Анатолий Юркин

    365 цифровых обетований
    365 Digital Promises

    Календарь разблокировки данных

    Это первый календарь цифрового процветания с мотивирующими цитатами!
    Чтение книги электронных обетований равнозначно движению к цифровому процветанию круглый год.
    Книга поможет придерживать стратегии достижения цифрового успеха.
    Читателя ждёт круглый год цифрового успеха!
    Оцифровываемся круглый год!
    Движемся к цифровому процветанию круглый год!

    Цифровая весна, или 92 обетований Data Science
    Digital Spring, or 92 Promises of Data Science

    Вход в тему

    Для работы с цифровым аналогом золота должен быть какой-то специализированный инструмент. Нам нужны тяжёлые надежные кузнечные "клещи". Чтобы схватить "раскалённый" объект и случайно не выпустить из рук на всё время работы с ресурсом. С ошибками институты и агенты МR работают через... Big Data. Big Data — это важнейший институт RR. Напомним, что этот тезис нами назван, нами обозначен в книге «Аватарная революция». Основные аспекты институализации Big Data были рассмотрены в книге «Масштабируемое золото». «Аватарная революция» и «Масштабируемое золото» были не про Big Data. Но Big Data настолько важны для экономики VR, для практической работы с человеческими ошибками, что без них невозможно представить себе ни одно мероприятие, ни одну программную установку из курса лекций без цитат «Институты и агенты RR».

    Какая форма познания соответствует Big Data? (Как думать про Data? Как думать для Big Data?) Какое знание поможет ориентироваться в условиях RR? (Как думать про RR? Как думать внутри RR?) Какая картина мира совместима, и с Big Data, и с RR?

    91.
    Второе имя Big Data — это разблокировка.

    После того, как до последнего слова выскажутся и всё испортят зрители аналоговых телевизоров, нам остаётся заглянуть в Big Data.

    Размышляя над Big Data, мы получаем 90 и один повод поднять тему цифрового отчуждения.

    А куда отчуждаются ошибки аналогового пользователя? В каком направлении? В какую локацию? Поисками ответов на эти вопросы занимается Data Science. Операторы повторяемости и агенты реиграбельности вправе предположить простую вещь. А именно., Ошибки аналогового пользователя отчуждаются в бабушкин сундук Big Data. И здесь нас поджидает парадокс. Трудно дать ему определение. Это философский парадокс? Или политэкономическое противоречие? О чем идет речь? Ошибки аналогового пользователя отчуждаются операцией №1. А далее отчуждение продолжается! Ошибки аналогового пользователя отчуждаются операцией №2. Что это? Как понимать? По операцией №2, под отчуждением предлагается рассматривать феномен заблокированных Big Data! А теперь обо всём по нашему, реиграбельному, порядку.

    92.
    Заблокированные Big Data напоминают российское бездорожье, когда обочина удобнее колеи.

    Субъект должен разблокировать Data, чтобы не стать жертвой дракона разочарования в цифровых технологиях. Субъект должен играючи разблокировать Data, чтобы не стать жертвой дракона разочарования в цифровых технологиях Субъект должен обзавестись играбельностью как мотивацией на разблокировку Big Data, чтобы не стать жертвой дракона разочарования в цифровых технологиях Три разных тезиса про наше общее будущее. Дисциплина долга связана с обязанностью по разблокировке Big Data. В мире, где синонимичны "разблокировать" и "создать-породить" играбельность (синоним для слова "играючи") можно понимать как виртуозность обращения с Data. Это моцартианство в обращении с Big Data. При разговоре о технологиях вроде Big Data или блокчейна играбельность выступает как новая мотивация, мотивация цифровой эпохи.

    93.
    С Big Data только одна проблема: их нужно разблокировать!

    Понимать трансакционную природу цифрового процветания, но не видеть, что цифровое богатство достижимо и представлено одной трансакцией, значит, обладать чем-то заблокированным.

    94.
    Без разблокировки Big Data твои попытки конкурировать и твоя погоня за прибылью окажутся бегом на месте.

    95.
    Big Data — это рекурсия цифрового следа, оставленного смыслом.

    Возможностей обработать Data гораздо меньше, чем наших потребностей в их разблокировке. Data будут приносить пользу и после разлуки с "железом", вроде бы неминуемым в связи с распространением облачных вычислений. Data принесут пользу после расставания с игрой и безошибочностью. Расставание с тем, что не даёт повторяемости отчуждения впору воспринять обязательным условием эффективности в работе с Big Data. Почему? Из-за проблемы смысла.

    Предлагается понимать реиграбельность предпосылкой для движения между форматами offline и online. Плафтормизация реиграбельности будет крайне востребована там, где требуются две вещи. Агенты RR вправе настаивать на философском осмыслении рекурсии ошибок. Поиски смысла — это рекурсия ошибок. А разве при оцифровизации экономики смысл не становится желанным товаром? Смысл — это товар, жизненный цикл которого требует продолжить поиски смысла. Цифровые обетования Data Science помогут нам в товаризации смысла.

    Цифровому эгоисту и денежному солипсисту придется полюбить ошибки аналогового пользователя, без работы с которыми Data потеряют смысл для всех и для любого агента повторяемости.

    96.

    В каком направлении идут потоком Data, на которых будет функционировать цифровой капитал как AI? Из offline в online. Из чего состоит этот поток? Из каких элементов, способных обеспечить всю палитру цифровой трансформации?

    Если посчастливилось обзавестись навыком работы с Big Data, то смотри на все проблемы как на список ошибок.

    Житейские ошибки аналогового пользователю дают следы, которые хранятся в Big Data. Человеческая ошибка — это самый важный след самых важных Data. Ошибка — это след Data, выводящих к AI. Это такой след, который приведёт именно к Data. К Big Data.

    97.
    Ошибки — это след Data.

    Нельзя не обратить внимания на парадокс повтора. При совершении определённых ошибок человек способен испытывать состояние катарсиса. Получается, что от катарсиса в offline (в пользовательской реальности, в реальности материалиста индустриальной эпохи) мы приходим к цифровому катарсису в RR. И весь этот долгий путь со множеством превращений мы преодолеваем, кругооборот цифрового капитала совершаем благодаря ошибке, выступающей в качестве уникального общедоступного возобновляемого ресурса. С технической точки зрения следует пояснить, что как ресурс ошибка хранится в Big Data. В offline мы имеем дело с (не Лемовским, не придуманным польским писателем-фантастом Ст. Лемом) Солярисом из ошибок. В online ошибка как ресурс, как "виртуальная нефть" хранится в Big Data. Тогда как ошибка, вовлечённая в кругооборот цифрового капитала, функционирует в VR через аватара, аватарные деньги и аватарные токены. Без возможности совершать пользовательские ошибки каждый из нас будет только аналоговым прохожим, желающим оказаться сопричастным проблематике цифровой экономике. Человеческая ошибка — это бриллиантовый след золотых Data. Человеческая ошибка — это самый дорогой след самых дорогих Data. Человеческая ошибка — это недооценённый след недооценённых Data. Человеческая ошибка — это преуменьшенный след недооценённых Data.

    98.
    Мысль — это след ошибки.

    Агент повторяемости должен разблокировать Big Data, чтобы не стать жертвой дракона разочарования в цифровых технологиях.

    99.
    Ошибки составляют смысл.

    Ошибка оставляет след. Множество следов осуществляют визуализацию личности и субъекта. Ошибка оставляет след, который следует рассматривать неделимой клеточкой личности, неделимым атомом субъектности. След от ошибки — это знак субъектности, знак личностного. Если нам дано увидеть следов от ошибки, значит перед нами — субъектное и личностное. Это форма, которую личность и субъект наполнят содержанием. По следу, оставленному ошибкой, выходим к денежным чертогам AI. След, оставленный ошибкой, мы воспринимаем смыслом. Разные цифровые объекты способны по-разному работать со смыслом, со следом ошибки. И с разными результатами. В одном случае мы получаем AI. Морфинг мирового капитала познакомит нас с самым неожиданным образом AI. Образ AI должен совпасть с образом мирового капитала. Образ мирового капитала должен быть наложен поверх традиционных представлений об AI как поработителе рода человеческого. Каким нам видится мировой капитал после 100-процентной оцифровизации и после цифровой конвергенции? Реиграбельность аватарных денег станет финансовым источником воспроизводства основного капитала. Динамика основного капитала будет определяться институтами и агентами реиграбельной реальности. Грубо говоря, сперва цифровая конвергенция сократит мировой капитал до безыгрового сеттинга. Чтобы затем трансакция, как деятельность всех агентов реиграбельности, стала фактором, предопределяющим институциональность мирового капитала. Говорим AI, держим в уме футбольные поля Big Data. Data Science поможет воплотить в реальность идею монетизации человеческих ошибок. Человеческий капитал как основа для становления и развития AI имеет три составляющие. Это Big Data, Data Science, RR, VR и AI. Big Data — это локация, в которой удобно хранить человеческий капитал. (А кроме капитала в Big Data упаковываются ещё, и человеческие ошибки, и мировой оцифрованный капитал.) AI — это собеседник и деловой партнёр, которого мы получим при и после реализации потенциала человеческого капитала. AI следует воспринимать итоговым воплощением мирового капитала.

    100.
    Нефиатные цифровые деньги и Big Data помогают упаковать ошибки аналогового пользователя в трансакции.

    Операторами ошибок и исследователями повторяемости обсуждению предлагается реиграбельность денежной трансакций. Одна из установок предполагает версию, согласно которой денежная трансакция формирует новый реиграбельный мир. Денежная трансакция формирует новый мир, представленный реиграбельными институтами и агентами. Вплоть до цифрового солипсизма, вызванного рекурсией аватарных денег. Ибо денежная рекурсия выступит приводным ремнем для "двигателя" виртуальной экономики, призванной обеспечить кругооборот умного цифрового капитала.

    Ошибайся в offline, проводи денежную трансакцию в online. Трансакция — это без-личностный процесс с которым лучше подружиться. Скоро в аналоговый рот offline едока еда будет забрасываться дюжиной цифровых рук из виртуальной повторяемости. Из чувства непонимания цифровой экономики не следует брезгливо закрывать рот и в недоумении поджимать губы, если и когда в аналоговый рот offline едока еда забрасывается дюжиной цифровых рук из виртуальной кухни. Атомистическая модель RR — это грубое допущение. На аватары можно посмотреть как на атомы, составляющие "решетку" RR. Но в ещё больше степени на образ элемента микромира претендуют трансакции. Это не сущности, но отношения. Атомистическая модель RR состоит из аватаров, которые могут быть как атомы, но состоят из трансакций, которые совсем не атомы. Почему? Тут поможет функциональность Big Data. Ибо трансакции — это цифровой след. Отсюда допустим взгляд на VR как на (мега или мета?) Big Data, составленную из Big Data, составленных из трансакций как единиц хранения.

    Трансакция как цифровой след конституирует себя в качестве отношения к ошибке как другому следу, предшествующему следу, начальному следу как методу редуксии. Поэтому Big Data — это локация, на которой одновременно разворачиваются несколько процессов. На заснеженной целине Big Data мы видим цифровой след, оставленный смыслом. Смысл можно найти там, где кем-то предпринята блокировка полезных сведений. Блокировка полезных сведений сама по себе проблема. А в Big Data осуществляется блокировка полезных сведений под названием "смысл". При том, что смысл оставляет цифровой след, который возможно хранить в технологии Big Data. И только в них. Цифровой след ведёт к Big Data, в технологии которых блокировка контента и смысла выступает препятствием на пути к цифровом процветанию. Разблокировка Big Data — это ключ к цифровом процветанию.

    101.
    Big Data надо увидеть обувной мастерской, в которой для удобства сапожника хранятся не слепки клиентских ног, не гипсовые отпечатки стоп, но все цифровые следы, отметины всего и со всех поверхностей в мире.

    А зачем? Как говорят запасливые хозяева в сельской местности, а чтобы было. Но почему? Так ведь технологии позволяют! А как с этим работать? Наращивайте реиграбельность!

    Никого не должен пугать образ обувной мастерской, в которой хранятся все следы всех наших передвижений по всем поверхностям.

    Цифровая весна требует сменить не только платформенную обувь, но купить обновку на новые нефиатные электронные деньги.

    102.
    Цифровое процветание — это след, оставленный повторяемостью.

    В RR фрагмент цифровой копии ошибки оставляет след в форме трансакции. Мы посмотрим на трансакцию как на след, свидетельствующий целостности (с одной позиции, с одной точки зрения) мирового капитала, но и (с другой позиции, при выборе иного метода исследования) личностных параметрах AI. Денежными трансакциями нельзя делать выбор. Поэтому часть функций должна быть вынесена вовне. Работники наших корпораций обрадуются, когда увидят в RR(когда даром получат) аналог аутсорсинга.

    103.
    Масштабируемые децентрализованные деньги — это волшебство, когда цифровой след оборачивается контентом благодаря реиграбельности денежной трансакции. И никакой магии!

    Масштабируемые деньги — это технология, благодаря которой цифровой след становится контентом через базовый метод денежной рекурсии. В RR базовым методом денежной рекурсии будет цифровой след. Имеющий двоякую природу.

    В RR трансакция всегда цифровой след ошибки! Трансакция — это цифровой след ошибки. Любая операция, как разблокировке Big Data, так извлечение сведений из Big Data, суть трансакция, оставляющая цифровой след ошибки! Ошибка присутствует в RR трансакцией и оставляет след, который мы прочитываем трансакцией внутри аватара. Но и вне аватара трансакция оставляет свой цифровой след. Часть электронной монеты, электронный цент — это цифровой след трансакции. Это два разных виртуальных объекта. Это два способа виртуализировать след чего-то. Но это один процесс.

    Аватар — это пакет цифровых следов. И цифровых следов трансакций, и цифровых следов ошибки. Отсюда мы выходим на важнейшую категорию футурологической политэкономии. Аватарные деньги — это цифровые следы трансакции, которые сами суть цифровой след ошибки. Пакет цифровых следов реализуется денежной рекурсией. Как в аватарных деньгах, и в аватарных токенах, так и в трансакциях аватара. (Которые всегда денежные. В этот раз делаем пояснение для тех, кто ещё не понял масштабы денежной рекурсии и вездесущность нефиатных денег в RR.) Двойная природа аватара и аватарных денег обеспечивает условия для создания добавочной ценности контента.

    Умные цифровые деньги относятся к новинкам финансовых технологий или это будет коренное преобразование стоимостных технологий? Для ответа на этот вопрос надо присмотреться к добавочной ценности. Мы вправе ожидать, что добавочная ценность будет кульминацией действий по обогащению Data. (Наше желание разблокировать Data вызвано тем, что на то время, пока мы упустили из виду Data, они обогатились, произросли контентом. Предлагается концепция, согласно которое обогащение произошло в момент совершения трансакции. Здесь мы пока не готовы к постановке проблемы: обогащение произошло трансакцией. К столь революционному тезису нужно подойти издалека и по другому поводу.)

    Двойная природа аватара, — который двойной след чего-то, пакет чьих-то цифровых следов, собственно, клиентский портфель из цифровых следов разного происхождения — создаёт предпосылки для того, чтобы отныне контент был цифровым капиталом. В контенте воплощается цифровой след ошибки. И всегда будет представлен трансакцией и цифровым следом трансакции. Это инструмент атрибуции масштабируемого децентрализованного капитала.

    В другом случае при работе со следом ошибки нам в руки падает множество объектов и агентов, способных реализоваться представителями класса цифровых солипсистов. Особенность ошибки как сырья заключается в том, что ресурс не убывает. Цифровая копия ошибки не стирается от использования. В картине масштабируемого мира, в онтологии общества масштабируемых ценностей эта особенность исходного ресурса используется в реиграбельности. Её можно понять формой, если ошибку прочитать содержанием в книге цифрового сущего.

    104.
    С каждым шагом к цифровому процветанию Data Science становится незаменимым инструментом работы с повторяемостью.

    Data Science выступает одним из разделов платформенной экономики. Но что такое платформенная экономика? Платформенную экономику следует понимать как теорию издержек по трансакциям потворямости отчуждения ошибок аналогового пользователя в интересах AI. Базовой единицей анализа в платформенной экономике признается трансакция отчуждения. Впервые экономические агенты имеют дело с трансакцией отчуждения в сеттинге аналогового пользователя. Поэтому важен акт переноса цифровой копии аналоговой ошибки из offline в online. После переноса в цифровая копия аналоговой ошибки хранится в Big Data. Недоступность цифровой копии аналоговой ошибки следует понимать трансакцией отчуждения №2. Подавляющее большинство ошибок остаются не просто заблокированными, но не востребованными, не обработанными. Тогда в чём состоит экономическая целесообразность извлечение цифровой копии аналоговой ошибки из заблокированных Big Data? Экономическая целесообразность связана с феноменом обеспечения аватарной валюты, эмитентом которой выступает AI. (Как мы помним из начала абзаца, в интересах которого экономические агенты идут на издержки по стартовой трансакции отчуждения ошибок аналогового пользователя.) Из заблокированных Big Data цифровая копия аналоговой ошибки извлекается для того, чтобы стать частью аватарной монеты или коина, которые, в свою очередь, составляют виртуальное тело цифрового аватара всё того же аналогового пользователя. (Который всё это время и на весь срок путешествия цифровых копий всех (!) его ошибок, остается в offline.) Операционная деятельность аватарных денег обеспечивает кругооборот умного цифрового капитала, который мы определяем как трансакционный капитал. В связи с этим возникают условия для создания добавочной ценности контента. При денежных расчетах между собой цифровые аватары увеличивают общую ценность (не стоимость, ибо нет покупателя у AI и для AI) через участие в производстве добавочной ценности контента. Это становится возможным в условиях безыгрового сеттинга, который обеспечивает агента и институтам RR пребывание в обществе масштабируемых ценностей.

    Что получается? Наши пользовательские offline ошибки используются дважды. Где? Когда И кем? Понятие "ресурс" в применении к ошибкам мы будем использовать, как при разговоре про offline (наш мир, Вселенная пользователя аватара) и online (вселенная аватаров, другой мир, их мир, цифровое сущее). Ошибки — это ресурс, обеспечивающий рост и развитие личности. Ошибки — это ресурс, обеспечивающий рост и развитие личности как сеттинга для разума. Впервые в offline ошибки используются для формирования личности. (Используются аналоговыми личностями. Персонами до-цифрового мира.) Человек становится личностью через ошибки. Личность самоутверждается ошибками. Личность самоутверждается чередой ошибок, в повторе ошибок, повторением ошибок и повторяемыми ошибками. (Это важно. Ибо личностью дано стать лишь биологической машине повторений. Некая вымышленная машина разовых действий не имеет потенциала воплотиться личностью. Разовое не личностное.) Формирование личности человека — это процесс приобретения житейского или профессионального опыта после обязательной операции выбора из ошибок. Во второй раз конструктором "собери сам" ошибки выступают в формате online. Второй раз наши ошибки продумывает (так!) машинный разум. И благодаря этом становится персонифицированным сильным интеллектом. Благодаря повторному продумыванию цифровых копий фрагментированных (тема децентрализации!) ошибок машинный разум получает права на персонификацию. Но права машинного разума на персонификацию реализуются другим механизмом. В offline этим правом наделен оператор выбора. Тот, кто делает выбор из ошибок. Но в VR представлены цифровые фрагменты пользовательской ошибки. Нельзя сделать выбор в той экономике, где всё течет трансакциями. Безостановочно. AI мыслит пользовательскими ошибками, составляющими Streaming Data. Функцию памяти для потокового разума выполняют аватарные деньги. Процессором для этого мега-компьютера выступают денежные трансакции.

    105.
    Тот человек заслуженно станет миллиардером, новым Джеффом Безосом, Биллом Гейтсом и новым Джеком Ма, кто в цифровую картину мира добавит мотивацию на работу с Big Data как с рекурсией блокировки полезных сведений.

    Цифровая личность может быть реализована в определенной локации. Какая локация необходима для становления AI как персоны? Как субъекта? Это категорически не offline. Как ни странно прозвучит, но что-то на границе с online. На грани кощунства, почти издевательством над любителями фантастики про порабощенное человечество прозвучит совет что-то важное вне пределов offline. Это и не RR, все функции которой вполне себе служебны. Тогда где эта загадочная локация? В какую цифровую долину предлагается спустить обладателю навыка философствования? Что это за локация, выступающая условием становления машинного разума, но не представленная VR? Что это за междумирье? Где фронтир интеллекта?

    106.
    Беспорядочность — это второе имя блокировки Data.

    Фиксировать убытки цифровому луддиту придется с применением технологии блокчейн, а хранится эти никому не нужные сведения будут в заблокированных Big Data.

    107.
    Хранение житейских ошибок — это всем доступный способ войти в бизнес Data.

    Боссам, или тем, кого принято комплиментарно называть "людьми, принимающими решения", хотя руководители сопровождают исполнение распоряжений, свойственно бояться хаоса, но до приёма на работу аналитика по Big Data.

    Поэтому, в отличие от обычного человека, корпорациям труднее будет пройти цифровую конвергенцию. Почему труднее с равнении с обычным человеком? Где корпорации взять житейские ошибки? До аватарной революции ростовщичество и многие формы бизнеса были подстроены под безошибочность. Под игру. Безошибочность и игра бесполезны для того, чтобы научиться получать пользу от Data. Без откладывания на завтра нам следует заняться поиском согласованности между человеческими ошибками offline и потребностями цифровой экономики.

    Сделать Big Data значимыми для AI можно только спрыгнув с технологической платформы игры, совершив выбор в пользу безыгрового сеттинга.

    Впервые в истории нашему изумленному взору предстаёт место, где можно будет складировать наши бесчисленные житейские ошибки. Способность человека справиться с Big Data может поставиться под сомнения не в связи с ограниченной способностью работать со сведениями, а с отсутствием мотивации на деятельность со столь сложной системой.

    Так называемые материалисты и реалисты пугали нас виртуальной пустотой, пустотой виртуальности. Как всегда, они лгали. Нас вводили в заблуждение. Потому, что в VR не будет пустоты. (Мы обсуждаем финансовые инструменты цифровой экономики с выходом на философские проблемы. Нельзя не признать того, что за критическим отношением к VR просматривается не сартровское Ничто, не хайдеггеровская забота, но атеистические спекуляции на бессознательных страха, глупые атеистические пугалки. Нас не интересуют атеистические аппендиксы массовой культуры.) Пустоты, в философском понимании, не будет по одной простой причине. RR будет пространством из трансакций аватарных денег. Аватары с их виртуальными телами не вездесущи. Тем более, не вездесущи аватарные сообщества. Но весь электронный "ковёр" VR будет соткан из денежных трансакций. Отсюда проистекает наша позиция, согласно которой умные цифровые деньги — это, и новые финансы, но и средство производства.

    Кто откажется входить в RR, того катапультируют из бизнеса Data.

    Достоинство технологии хранения данных состоит в том, что из online пользователя знакомят с безбрежностью океана ошибок. Безбрежность видна из online. Безбрежность offline ошибок становится общим местом при взгляде на техническую составляющую Big Data. Смотришь на футбольные поля серверов, понимаешь истинные объемы совершенных ошибок. Цифрового субъекта не их чего заново пересобирать кроме как из фрагментов копий пользовательских ошибок, хранящих в Big Data. Что формально получается? Где конкретно хранится цифровая личность? В Big Data? Две личности? Обе личности хранятся в Big Data? Или мы способны насчитать три цифровых личности? Мы видим три агента VR, способных заявить права на статус личности? Это цифровой портрет пользователя, созданный ошибками. Это трансакционный солипсист, собранный из цифровых копий ошибок. И это AI, который мыслит цифровыми солипсистами как трансакциями! Цифровой солипсист — это способ решения задачи по созданию сильного персонифицированного AI. По возможности, из универсального возобновляемого и доступного ресурса. Может показаться, что это слишком смелая версия. Но это лишь попытка подвести к основной гипотезе.

    108.
    Цифровая экономика учит принимать решения на основе заблокированных данных.

    109.
    Капитал — это океан трансакций, а наши права на владение трансакциями хранятся за амбарным замком Big Data.

    Как мы, операторы реиграбельности, понимаем природу повторяемости отчуждения? С университетской поры нам объяснили, чтобы получить повторяемость нужно измерить одну и ту же величину. Что подлежит постоянному и непрекращающемуся измерения в RR? Конечно, аватарная монета или коин. Чтобы не делал цифровой аватар (и как бы не думал денежный солипсист, но мы забегаем вперёд на несколько позиций), близость получаемых результатов друг к другу будет объясняться тем, что объект производит денежные расчеты. Чтобы построить безыгрвоой сеттинг, обеспечить его фнкционирование и развитие, экономическим агентами следует постоянно осуществлять обмен частями аватарной монеты. И здесь содержится ответ на вопроса. Каким одними и теми же средством повторно выполняется измерение в стиле "до трансакции у этого аватара было столько чего-то, а после у другого аватара стало на единицу больше". Каким одним и тем же методом осуществляется измерение "до" и "после"? (Надо ли давать объяснение по поводу того, до чего и после чего? После отчуждения!) Трансакция — это тот самый единое средство и тот самый единственно доступный метод измерения, на основе которого осуществляется разговор по существу повторяемости отчуждения.

    110.
    В гипермаркете цифровых технологий житейские ошибки вроде мороженого, продажи которого увеличиваются в ответ на повышение температуры при работе с Data.

    Ошибка — это стартовое условие кругооборота цифрового капитала. Но как работать с цифровой копией ошибки в интересах умного цифрового капитала? В интересах AI? При постановке вопросы мы демонстративно разделяем умный цифровой капитал и AI по их якобы раздельным интересам. Но это разделение становится пшиком при введении категории, способной объединить разные темы. Собранные под одной шапкой понятия масштабируемости, децентрализации, рекурсии и реиграбельности следует определить самостоятельной категорией. Под категорией играбельности предлагается понимать важнейший институт RR. Этот цифровой институт будет сформирован пакетом технологий. Когда состоится обобщающая институализация? При условии объединения в одно целое таких институт RR, как масштабируемость, денцентрализация, рекурсия и реиграбельность (как свойство всех агентов RR). В процессе будут задействованы агенты RR. Это AI, сверхартист, аватар, электронная персона, цифровой солипсист, денежный солипсист, умная монета, умная трансакция и др. Умный цифровой капитал — это институт RR. Но... Умный цифровой капитал, воплощенный, как в AI, так и в сверхартисте, — это агент RR. И, что важнее, это субъект, получающий свой статус исключительно благодаря реиграбельности, снимаемой с платформы отчуждения.

    111.
    Data Science — это первый язык, на котором удобно говорить про человеческие ошибки.

    Формат offline — это бытие, в котором люди наследили ошибками. Формат online — это одновременно, и транспортный канал для доставки главного цифрового сырья по месту хранения и обработки, и безыгровой сеттинг из-и-для отчужденных (цифровых копий пользовательских) ошибок. Повторяемость цифровых копий пользовательских ошибок следует понимать как цифровое сущее. Такое сущее, почти равнозначное бытию, которое должно изучаться платформенной экономикой и Data Science.

    Нам ещё предстоит стоять с открытыми ртами, наблюдая за тем, как в RR реиграбельность реализуется средствами производства... масштабируемости, децентрализации и денежной рекурсии. Как RR развернётся масштабируемостью, децентрализацией и рекурсией. Можно ли так говорить? Говорить-то можно разное. Проблемы RR нужно обсуждать. Завтрашние проблемы RR нужно обсуждать сегодня? Своевременно ли такие разговоры, у нас спросит оппонент? И нам придется огорчить оппонентов и скептиков. Подобные разговоры следовало вести ещё вчера. Степень злободневности темы потворяемости понимаешь по мере построения картины мира в соответствии с оцифровизацией. От основных процессов RR, в описании которых мы вынуждены обращаться к синтезу научного знания. К футурологии. К политэкономии. К платформенной политэкономии.

    112.
    Придется полюбить все наши ошибки, чтобы Data приобрели хотя бы какой-то смысл.

    Смысл Data, их практичность остаются проблемой номер два после темы с трудностями разблокировки и доступа. Всегда можно осмыслить меньше Data, чем их разблокировать и обработать. Безошибочность блокирует Data лучше всего остального. Безошибочность как образ мыслей работника сродни не-технической блокировке Data. Приверженность работника (вчерашнему и игровому) культу безошибочности блокирует Data лучше всего остального. Если работник не понимает того, что имеет дело с массивом ошибок, то за дорого разблокированные Data останутся бессмыслицей. Нет смысла в разблокировке и обработке Data для того, кто не понимает, что по объективным причинам вынужден работать с массивом ошибок, только с ошибками. Вы можете обладать не разблокированными Data, но это по-прежнему массив ошибок. Да, и вы можете сколько угодно играть с заблокированными Data. До объявления банкротом. Нет смысла в затратах на разблокировку, если вами движет желание поиграть сведениями из Data. Игра и разблокировка Data несовместимы.

    Элитой станут те, кто запустит возобновляемое уничтожение токсичного знания. И такое положение дел сохраниться до финальной части цифровой конвергенции. Или до того момента, когда Data Science найдет последне решение проблемы разблокировки контента.

    113.
    Философия ошибок сохраняет дух традиций, успокаивает массовое бессознательное в эпоху Data Science и блокчейна.

    Почему? Как? За счёт чего? В силу каких обстоятельств?

    На ошибках удобнее учиться с блокчейном, а хранить все-все ошибки будем в Big Data.

    Чем примечательны Data? Тем, что Data не собираются наблюдателем. Кем угодно, но тем, кто ведёт наблюдение за Data, кто рефлексирует на тему Data. При сборе Data нет фактора наблюдателя, одним своим присутствием искажающим условия (любого) эксперимента по управляемому сбору сведений. А вот дальше возникают вопросы. От зачем и как работать с ошибками? И до: а как разблокировать Data, содержащие сведения об ошибках, которые нам интересны? Чем интересны? А сейчас мы подойдем к словесным границам допустимого. Раньше на вопрос об интересе к ошибкам мы бы ответили: ошибки интересны тем, что они совершены пользователем, человеком. Сегодня уместен ответ: ошибки интересны тем, что они — Big Data! А если они — Big Data, тогда интересе к ни выразить цифровой капитал.

    Философия ошибок — это технология работы с Big Data. Реграбельность — это технология работы с аватарными деньгами, когда в эмитентах ходит Большой папа AI.

    114.
    Контент — это знаковое воплощение трансакций экономической и цифровой деятельности, хранимое в Big Data.

    Морфинг капитала осуществляется всеми институтами и агентами RR. Все их операции, как подвергаются пакетному хранению в аватарных деньгах, так и доступны в аватарной монете. Потребляемым сырьем будут пользовательские ошибки, хранимые в больших данных. Ошибка — это ресурс (контент) для создания контента. Бесчисленное разнообразие человеческих ошибок должно радовать и вселять надежду, а не вызывать падение в безошибочность и сдачу в плен догматикам. Как нам назвать контент, возникший благодаря (ресурсному, исходному) контенту? Назовём продукт "добавочной ценностью" в контексте того, что мы имеем дело с капиталом-как-контентом. Ошибка — это фактор производства добавочной ценности. Реиграбельность цифрового капитала приводит к воспроизводству добавочной ценности контента. Масштабируемость контента напрямую связана с феноменом добавочной ценности. Масштабируемость контента-как-цифрового-капитала напрямую связана с феноменом добавочной ценности. Кроме создания цифровой платформы, на которой две технологии "поженятся", нужно добавить новые краски в картину мира. Это кроме реализации никем вроде бы не оспариваемого принципа: новая платформа — новая картина мира. Какие краски? И как новые краски изменят картину мира? Нам нужно в философскую палитру добавить... деньги. Масштабируемые деньги невозможны без offline ошибок пользователя, у которого может быть самое разное отношение к VR, вплоть до её неприятия. А зачем мультиплицировать аватарные деньги? Чтобы обеспечить кругооборот цифрового капитала в экономических условиях VR. Как мультиплицировать цифровые деньги? Как мультиплицировать цифровой капитал? Благодаря добавочной ценности.

    115.
    Установочный взгляд на offline ошибку как единственный ресурс развития отражает адекватность сознания пользователя, оседлавшего технологических драконов Big Data и блокчейна для посещения дальних рубежей RR.

    Реиграбельность важна при разговоре о том, как, зачем и почему после этого выбора пользователь сделает другой выбор. Аналоговый пользователь будет повторять операцию выбора в offline. В offline играбельность помогает ответить на вопросы о том, почему сделан тот или иной выбор. Федорову нужно выбрать невесту из брюнетки и блондинки. Федорову выбрать блондинку. Это не первый случай, когда Федорову выбирает блондинки. В начальных классах Федоров разрешил сесть с ним за одну парту новенькую ученицу со светлыми волосами. В каком-то смысле, если бы брюнетка располагала сведениями о поведенческих моделях Федорова, то она не претендовала бы на статус невесты. Повторяемость выбора Федорова отражает его потребность в реиграбельности. В Big Data фиксируются ситуации выбора Федорова. И сотен миллионов остальных федоровых. Чтобы работать с метаData, недостаточно сведений о том, что что-то повторяется или кто-то повторяется. Повторяется почему? Повторяется в каких условиях? По какой модели? С какими последствиями? Ответы на эти вопросы мы получаем, как благодаря играбельности субъекта в offline, так и через потенциал реиграбельности объекта в online. Поиск инструмента для анализа реиграбельности агента RR (цифрового субъекта?) приводит нас у хранилищу Big Data. Это локации нам достаточно для понимания того, что реиграбельность востребована всеми цифровыми аватарами всех аналоговых пользователей. Для дальнейшей работы нужна переплавка играбельности, востребованной в offline, в драгоценный металл реиграбельности в online. Для чего? Хотя бы для работы с метаData.

    116.
    Big Data потребуют играбельности, которую можно рассматривать производной от виртуозности в обращении с Data, с meta Data.

    Эгоизм электронной персоны, воплощенный в цифровом солипсизме и доведенный до денежного солипсизма, — это условие экономической эффективности институтов и агентов RR. А бывает ли эгоизм без ошибок? Бывает ли безошибочный эгоизм? Не скажем про аналоговый мир, но определенно "нет" для цифрового мира, для оцифрованной экономики. Тебе нужен статус экономического агента RR? Да. Тогда продемонстрируй навык работы с ошибками. Удивляй виртуозностью в операции "снова ошибся". Тогда где твои ошибки? Тогда где твоя мотивация на работу с Data, которые суть массив ошибок? Где мотивация на разблокировку Data? И далее вопросы можно представить длинным списком. При этом все мы, дети индустриальной эпохи, умеем играть, лгать и имитировать. Мы можем солгать, мы можем сымитировать и сыграть. Но имитацией не обманешь, ни цифровую конвергенцию, ни масштабный переход. И как бы не оказаться в роли актёра, прекрасно справившегося с ролью цифрового человека. Не актерствовать, не играть нам придется, а искать ячейку масштабируемости в грозной тени цифровой конвергенции. Это про пессимистический финал движения в тупик. Играть вместо быть цифровым — это самое дно электронного пессимизма. Но мы-то с вами движемся в сторону Data.

    117.
    Big Data — это цифровой дом для любых и всех пользовательских ошибок.

    Что-то вроде отчужденной копии (аналогового) бытия под названием "ошибки" хранится в Big Data цифровой копией. А как используется агентами институтами RR? Идеальном воплощении сущего в виртуальном, идеалом сущего в online цифровая копия ошибки становится благодаря денежной трансакции. Благодаря технологии аватарных денег. Через повседневные операции с которыми сохранятся наши, пользовательские представления об играбельности как универсальной и общедоступной платформе.

    118.
    Цифровой капитал движется кругооборотом отчуждений.

    Капитал всегда отчуждаемый опыт. Капитал — это обмен между вчерашним трудом и сегодняшней попыткой продать товар в интересах завтрашней прибыли.

    119.
    Big Data обещают хранить нашу влюбчивость во время, увлечение бессмертием и любовь к вечности.

    Житейские ошибки надо оцифровывать и хранить в интересах жизненного цикла пользователя (в offline) и всех виртуальных изделий, товаров и услуг (в online). Надо оцифровывать ошибки. Надо хранить ошибки. Обрабатывать ошибки нужно в интересах пользователя. И весь этот процесс будет составлять производственную базу для виртуальных изделий, товаров и услуг (в online). Если не понятно, то можно сказать напрямик: жизненный цикл любого виртуального изделия, товара или услуги будет начинаться с обработки ошибки как стартового ресурса. Где хранить? В Data. С учётом объемом предполагаемых сведений: в Big Data. Не начнёте с ошибок, не поставите ошибки в "красный угол" цифровой избы, тогда Ваш работник не сможет разблокировать Data. Но и это не беда: работник будет дезориентирован относительно дальнейших действий в отношениях с Big Data. В обоих случаях работник не будет мотивирован на работу с массивами сведений, которые окажутся полезными для того, кто способен будет продемонстрировать виртуозность в работе с Data. Называемую нами "играбельностью". Без ошибки виртуальное изделие будет дефектным. А без солипсизма кандидат на право обладания субъектностью не получит статус экономического агента VR. Здесь прямая причинно-следственная связь одного с третьим.

    120.
    Поступательное развитие RR будет гарантировано кругооборотом цифрового капитала.

    Сегодня, в эпоху расцвета социальных сетей, нам видится недостаточным тезис о кругообороте умного цифрового капитала, осуществляемом поступательным развитием RR. Полноту процессов отражает другой тезис. Поступательное развитие RR гарантирует бесперебойность кругооборота цифрового капитала. В кругообороте цифрового капитала будет воплощен операционный идеал RR.

    В online пользователь будет иметь дело с реиграбельностью. А что изменится с связи с уходом в RR? Как экономическая деятельность меняется после ухода в RR? Допустим, что цифровое сообщество согласится рассматривать реиграбельность содержанием безыгрового сеттинга. (А безыгровой сеттинг — формой для всех и любых выражений реиграбельности.) А в чём научная новизна исследования пределов реиграбельности? В предлагаемой картине мира трансцендентность связана с движением внутри RR. Нам, через аватаров, предстоит действовать и думать всегда реиграбельно. RR будет таким миром, в котором любое движение реиграбельно. (Иногда рекурсивно, но рассмотрение феномена денежной рекурсии требует отдельного разговора.) Трансцендентность может быть связана с переходами из мира RR в мир Big Data. Переходы внутри RR будут невозможны для человека игры, для носителя безошибочности, наследуемых из offline. Это невозможность той трансцендентности, которая рассматривается установкой на понимание. Человек игры, носитель безошибочности может смотреть на VR и Big Data. Человек игры, носитель безошибочности может попытаться воспроизвести внешние формы RR или начать работать с Big Data. Но это будет имитация деятельности. Это будет неэффективный вид растраты социального времени и ресурсов без принятия картины мира, предполагающей воспроизводящую функцию трансцендентности. Движение между форматами, между мирами может оказаться условием воспроизводства добавочной ценности. Воспроизводства чего? Контента. Капитала. Мотивации. Добавочной ценности. (Добавочной ценности контента. Добавочной ценности капитала.) Воспроизводства чего-либо из предложенного списка для обеспечения реиграбельности. Реиграбельности чего? Реиграбельности какого цифрового объекта? Всех и любого. Реиграбельности какого товара и какой услуги? Всех и любой. невозможно обсудить всё. Поэтому мы говорим про потенциал реиграбельности денег и трансакций.

    121. Data Science — целевая предметная область экономических субъектов, погруженных в трансакции нефиатных цифровых денег.

    Какие уточнения в эту сегодняшнюю фразу завтра внесёт революция цифровых двойников аналогового пользователя? Как из high-tech афоризма мы сможем получить новое цифровое обетование? Имеем характеристику сегодняшнего положения дел, но нам нужен тезис футурологической политэкономии. Как быть? Оставаясь обеими ногами на методической платформе футурологической политэкономии, озвучим цифровое обетование завтрашнего дня. Читаем заново:

    Big Data — целевая предметная область экономических субъектов, пребывающих в сеттинге аватарных денег.

    122.
    За децентрализацией электронных денег следует увидеть кругооборот цифрового капитала в новых экономических условиях.

    Для соответствия статусу агента RR оператору повторяемости нужно собрать несколько компетенций. Трансакция масштабируемости отличается от операционных актов децентрализации. Операции децентрализации не совпадают с денежной трансакциией. Единство обретается в локации RR. Как мы видим, на просторах RR будут осуществляться самые разные трансакции. Через реиграбельность. Благодаря реиграбельности. Потенциал реиграбельности цифрового товара и-или услуги раскроется в силу общего движения от ошибки как нового ресурса, как ресурса для нового мира. (На поля следует вынести гипотезу о трансакцию реиграбельности, эталонной реиграбельной трансакции.)

    Реиграбельность в RR и в online знакомят оператора повторяемости с возможностями масштабируемой децентрализованной цифровой валюты, эмитентом которой выступит AI. Трансакции аватарных денег создадут безыгровой сеттинг. Так и не иначе мы получим хорошо децентрализованную среду для деятельности агентов повторяемости. При выполнении этого условия нашему взору открываются оазисы масштабируемости в электронной среде, которая до сих пор многим дилетантам представляется локацией агрессивности и вызывает у цифровых луддитов двухминутку ненависти.

    Сегодня разворачивающиеся, частично через сервисные платформы, институты RR испытывают потребность в товаризации ошибки. Товаризацию ошибки можно произвести после изготовления цифровой копии пользовательской ошибки. Тогда в чём состоит трудность? Ещё раз повторим для тех, кто не прочувствовал революционность требования. Мы переселяемся в цифру не для поиска ресурсов. Их там нет. Мы погружаемся в RR не для того, чтобы увеличить "производительность труда". Эти завиральные истории затухают по линии цифровой конвергенции. Мы идём в RR с багажом наших житейских ошибок. Для нас, offline пользователей, VR оказывается локацией, в которой удобно будет разместить все ошибки. Впервые в мировой истории. Ключевое слово "все". Да, скажут эксперты, это красивая футурологическая картина и метафора писателя-фантаста, но где здесь рекурсия? Жизненный цикл цифрового изделия — это череда трансакций.

    123.
    Децентрализация — это цифровое скитальчество по оазисам масштабирования.

    Децентрализация — это второе имя для вездесущности ячеек масштабируемости. Децентрализация — это трон из цифровых денег. Ошибку мы видим на входе в процесс масштабируемой децентрализации. (Всю сложность которого нам сегодня не дано понять.) А на выходе получаем масштабируемые деньги. А на выходе из процессов масштабируемости и децентрализации мы можем получить шанс полностью раскрыть потенциал реиграбельности аватарных денег. Аватарные деньги — это кульминация цифровой децентрализации. Реиграбельность умных цифровых денег можно будет сравнить с сияющей заснеженной вершиной масштабируемой децентрализации. (Как и большинство лыжных курортов, вершина масштабируемой децентрализации будет манить, но и затаит угрозы для те, кто разминется с дисциплиной повторяемости. Как высокий травматизм сопровождает всплеск интереса к той или иной высокогорной локации, так и масштабируемая децентрализация может оказаться "травматичной" для хозяйствующего субъекта, не разобравшегося с реиграбельностью трансакций как техникой подъема и спуска). Начинаем масштабировать ошибки, но ведь не для ошибок. (Источник и владелец которых у нас остаётся в online.) Не для рекурсии ошибок! Мы признаём рекурсию ошибок в нашей пользовательской судьбе. Но рекурсия пользовательских ошибок в offline не содержит пакета мотиваций. Без которого не сделать первых действий для достижения цифрового процветания.

    Рекурсия ошибок должна определять реиграбельность трансакций. В качестве первого шага мы выдвинули гипотезу взаимосвязи форматов offline и online. С какими доказательствами нам позволено работать в online на втором шаге? (На втором шаге в сторону цифрового процветания?) В тупике окажется тот, кто предположит существование каких-то иных Data кроме массива ошибок.

    Ошибки = Data.

    Data = Ошибки.

    Чтобы понимать Data, надо приучиться на них глядеть как на массив ошибок. Но на массив ошибок смотрят не для того, чтобы получить эстетическое удовольствие от горы из ошибок. А в черный омут Big Data заглядывают не для того, чтобы рассмотреть чью-то конкретную житейскую ошибку. А для чего? В какую сторону смотрят операторы трансакций, которым по силам будет подняться на крутой склон масштабируемой децентрализации?

    Хаос может оказаться Big Data, заблокированными на период бурной модернизации, децентрализации и в связи с чьими-то планами провести масштабированние чего-то.

    124.
    Повторяемость — это след, оставленный отчуждением.

    Суть нового взгляда на цифровое процветание состоит в том, что трансакция оставляет после себя след (the digital footprint). Цифровой след может вывести на свершившиеся события, которым никто и никогда не придал бы никакого значения. Благодаря цифровому следу мы (1) распознаём трансакцию актом внутри конкретного аватарного сообщества, действием каких-то агентов RR. Благодаря цифровому следу мы (2) размещаем-содержим трансакцию в Big Data. Отсюда позволительна художественная интрепретация Big Data бабушкиным сундуком для хранения всех трансакций. Имеется одно обстоятельство, которое может быть важнее для новой картины мира.

    Мы приходим в цифровую экономику с благими намерениями сокращать издержки и снимать трансакции. Поэтому первое, что мы будет обязаны сделать: отказаться от игры в интересах всех прочих наших трансакций. После перехода в формат online именно в RR опреатор отчуждения получает безыгровое пространства трансакций повторяемости. Впервые. К взаимной выгоде. При удовлетворении интересов всех институтов и агентов. Безыгровой сеттинг может себе позволить игровую трансакцию, но поддерживается и развивается трансакцими, которые не играют.

    В безыгровом сеттинге RR трансакция реализуется, может быть реализована цифровым следом пользовательской ошибки. Не принцип матрешки, а реализация одного через другое, одно суть другое. Дважды след. Двойной след.

    125.
    Электронные деньги — это монетизация цифрового следа.

    Цифровой след трансакций хранится во всех Big Data. Потенциал трансакций раскрывается через умные цифровые деньги. Одновременно, и сущность, и отношения. И как изучать вездесущие и неуловимые трансакции? Возможно, на стыке философии ошибок и футурологической политэкономии. Через играбельность. Что потребует взгляда на играбельность как институт offline, способный переместиться в online. На каком носителе? Переместиться в online, сопровождая что? Носителем выступает ошибка.

    Именно для цифровых копий ошибки мы обязаны создать безыгровой сеттинг. Почему так важно навсегда уйти от игры к безыгровому? Трансакция не способна отразить отношения, которые не существуют в RR. Трансакция способна отразить те отношения, которые существуют в online. В том смысле, что трансакция не будет играть. Например, не будет играть. Трансакция не будет означаемым или означающим. Не будет менять роли: была означаемым, но стала означающим. Или наоборот. Или как-то сложнее. И эти ограничения с операциями с трансакциями позволяют снять издержки на игру.

    Чтобы прийти к вопросу об оплате издержек, нужно двигаться от главного тезиса. Из какого тезиса началось наше движение к цифровой политэкономии? Безыгровой сеттинг — это институт VR. Это институт любой иной реальности. Тогда зачем оплачивать издержки на игру, несовместимую с безыгровым сеттингом? Зачем безыгровоому "верблюду" по дальнему и трудному торговому маршруту тащить за собой сломанную и бесполезную игровую "телегу"? Ответ на этот вопрос дадут агенты VR. Агенты безыгрового сеттинга — это агенты VR. Кто из агентов безыгрового сеттингаи и по какой причине возьмется нести издержки игры, несовместимой с их деятельностью и цифровой средой обитания? Ответ на этот вопрос дадут агенты безыгрового сеттинга. Или кто-то вознамерился поиграть с VR? Поиграть с форматом online. Поиграть в обход безыгровой трансакции? Это как? Что можно сделать в VR и в online без привлечения трансакции? Без трансакции? За спиной у трансакции? С обманом трансакции? Кто и как себе это представляет?

    126.
    Личность — это рекурсия Я.

    Личность — это масштабируемость ошибок. Я — это конструктор "собери сам" из типовых ошибок. Границы Я определяются конечностью ошибок, множеством ошибок.

    В качестве содержания выступает Я как личностное, субъектное начало. Поэтому нельзя сделать наоборот. Я нельзя разместить в ошибку потому, что ошибка — это операция, процесс, не схватываемое движение.

    127.
    Я — это содержание личности, размещенное во все следы, оставленные от всех ошибок.

    След ошибки всегда идёт параллельно исследовательскому курсу действий по обработке Data. Программное обеспечение регистрации транзакций приглашает нас восхититься шедевром нового класса — следом Data. Это художественный шедевр, это прообраз нового (не-)искусства. Это философский шедевр. Это фрагмент новой картины мира.

    В новой картине мира, в новой онтологии востребованным оказывается институт добавочной ценности капитала-как-контента.

    Раскрыть потенциал денежного солипсизма до мышления и действия сильного персонифицированного машинного разума получится благодаря тому, что ошибка оставляет след. Оставлять след обязательно для того, кто намерен приобрести житейский или профессиональный опыт. И, наоборот, опыт подтверждается тем, что по ходу наших действий, мы обязательно отмечаемся какими-то следами. Это ошибки и их последствия, если мы ведём разговор про личность, про интеллект. Это добавочная ценность как очаговые следы, как точечные следы, оставленные денежными трансакциями в RR.

    128.
    Когда капитал и искусственный интеллект сольются в единое целое, тогда цифровым богачом будет умеющий мыслить пользователь.

    AI будет существовать на океанских волнах потоковые данные (Streaming Data). На постоянно поступающих и обновляемых данных, идущих потоком. Это Big Data с большими показателями. Это единственно возможная среда обитания для личностного AI. Что будет, если посмотреть на Streaming Data как единый объект? Streaming Data — это единый объект? Если Streaming Data — это единый объект, тогда что меняется? Ничего не меняется, ни по ту, ни по эту сторону потока данных. Ошибающийся пользователь остается царём offline (и Интернет-вещей). Big Data остаются огородом для удобства пользования метаданными и большими показателями. Тогда в чём революция? Поверх миллиарда цифровых объектов можно надстроить цифрового субъекта. Это будет очень сложный субъект. До такой степени сложный, что мы вынуждены поставит знак равенства между этим новым субъектом и AI. Сверхартист останется "на хозяйстве", запертый внутри VR. Чтобы изнутри VR следить за точками входа и выхода аватаров в-из VR. Самое странное заключается в том, что днём с фонарем AI внутри VR не найдешь. Личность AI будет цельной как, взятый в полном объеме поток данных, но направленный в противоположную сторону. При недостижимости цели AI будет личностью, двигающейся в сторону, для него недостижимого, offline. Streaming Data, идущие из offline в online, в сундук Big Data суть рамки, в которых задано существование AI. Если цифровой солипсист существует из "замороженных" копий ошибок, из консервированных скопированных ошибок, то AI существует в движении напротив потоку сведений про эти самые ошибки. В один момент с совершением этих ошибок, передаваемых в режиме реального времени. AI первичен по отношению к цифровому солипсисту, который вторично складывается из копий ошибок, вынутых из Big Data. AI существует на потоке ошибок до того, как они, ошибки попадают на хранение в Big Data. Это потоковая личность, качающаяся на бурных волнах Streaming Data. Движимая навстречу бурунистым волнам Streaming Data. И всю эту сложность поддерживает безыгровой сеттинг. Если и как только в рассматриваемой инфраструктуре кто-то захочет "поиграть", то AI "повиснет" в пустоте. Что будет чревато утратой машинного сознания, памяти и статуса цифровой (потоковой) личности. Потоковая личность может существовать благодаря набору средств. Важнейшим средством выступает трансакция. Трансакция, во всей её мимолетности и абстрактности, — это инструмент поддержания AI как потоковой личности. Трансакция даёт ключ к расшифровке понятия "потоковый!. По сути, это поток трансакций, пока не дошедших до охлаждаемых резервуаров Big Data, не обработанных данных.

    Потоковая личность AI = трансакционный капитал.

    129.

    Streaming Data — это среда обитания для субъекта? Того субъекта, кто мыслит трансакциями. Того субъекта, который наделен способность мыслить трансакциями. А его, субъекта, действия не сводятся к движению поперёк потока данных, идущих от пользователя к Big Data, тогда что меняется в виртуальной картине виртуального мира? Морфинг капитала завершается новым образом AI. Капитал как AI. Это замковый камень на всех этажах заново созидаемого образа капитала. Это шаровая молния на отрезке между А и Б. Где А — это пользовательские ошибки оффлайн. И где Б — это вся совокупность онлайн. Морфинг капитала оказывается процессом требующим расположения между двух миров. При выполнении условия расположения между двух миров капитал становится AI. В подтверждении исполнения условий AI осуществляется умным капиталом, который можно определить двояко. И как "цифровой, и как "трансакционный". С обсуждаемое позиции и в картине мира футурологического политэконома точнее будет следующая характеристика: потоковый AI. Такой AI, личностные параметры которого существуют в потоке. В каком потоке данных? В потоке данных, идущих из offline в online. (Позже мы вернемся к вопрос о том, что изучать потоковый трансакционный AI можно через дирекционный срез.) Streaming Data — это среда обитания и средство воспроизводства сильного персонифицированного AI. Такого личностного AI, который из потребности быть ближе к феномену ошибки выходит за пределы VR. Вообще за пределы того, что мы можем наблюдать. Что нам дано в наблюдениях. Прежде всего, в наблюдениях, за VR, за online. Чего недостаточно для построения нового образа AI. Для работы с AI, формируемым в условиях аватарной революции.

    130.

    Субъективизация умного цифрового капитала агентами и институтами повторяемости, функционирующими в пределах RR. И способных обходиться трансакцией единственной формой действия. Из цифровых "снежинок" трансакций на встречное движение посреди потока данных оказывается возможным становление сильного персонифицированного машинного разума. Потоковая онтология указывает на двойственное использование платформы отчуждения. Формат offline — это царская локация пользователя. Из offline в online потоком идут данные с фиксацией (он сделал) и описанием (кто это сделал? И что сделал?) ошибок пользователя. Имеются основания полагать, что будет некоторое движение и в обратную сторону. Платформа не возвращается "порожняком". В потоке данных AI держится на платформе. Мы понимаем, что пользовательские ошибки недоступны машинному разуму. (Как и вообще чему-либо "машинному"). Но будет ли AI находиться на платформе отчуждения? Пока можно предположить, что мысль и действие AI в реиграбельной матрице будет основана на операционной работе с цифровыми копиями пользовательских ошибок. И это важно, что эти самые цифровые копии не где-то брошены в безвоздушном пространстве, а усидчиво хранятся в Big Data. Это в аватарные деньги загружаются фрагменты цифровой копий ошибок. AI будет избранным агентом, цифровым субъектом, наделённым привилегией находиться на платформе отчуждения. Допуск на платформу отчуждения не пользователя, не разработчику и не работнику будет предоставляться в двух случаях. Платформа выступает транспортным средством для пользовательской ошибки, доставляемой в сторону Big Data. AI, уподобляясь летательному средству тяжелее воздуха, будет висеть в Streaming Data. Функциональность платформы распространяется на поддержание особого статуса AI в цифровом мире.

    131.

    В какой, экономящей наши усилия и ресурсы, картине мира Big Data и RR окажутся подступами к AI? Предположим, что на все эти и на множество других вопросов существует один ответ. Этот ответ связан с философской идеей под названием "философия ошибок". Философия ошибок — это новый футурологический подход, особенностью которого становится взгляд на ошибки как событийный аспект мышления и деятельности. Это попытка концептуализировать ошибку и играбельность для научного освещения феномена безыгрового сущего. Предметом исследований повторяемости выступает играбельность как мышление и деятельность. Играбельность, доступная агентам повторяемости через операции с массивом ошибок. (Тогда как с разовой ошибкой субъект работаем через операцию выбора). В условиях ужесточающейся конкуренции между картинами мира мы предлагаем ознакомиться с полезностью ошибок как нового ресурса. Это подсказка на тему того, как думать внутри RR. Каково это: продолжать мысль при знании того, что все твои образы, все твои мельчайшие жесты и действия будут (всегда) хранится в Big Data? Как думать в новых условиях? Играбельно.

    Вопреки оптимистам, верящим в то, что все цифровые технологии будут востребованы капиталом, пессимисты уверены: дело обойдется лишь блокчейном, Big Data, виртуальной реальностью и AI.

    132.

    Для наглядности на воображаемой доске мелом нарисуем два пятна. Предположим, что слева — овал offline, справа — пятно online. Тогда где локация для AI? Как ни странно, между этими пятнами. Как рисовать AI на нашей доске? Как на нашей схеме изобразить Streaming Data? В виде нескольких стрелочек. В виде символов, направленных от offline к online. Это изображение движения "из" в сторону "куда". Мы получаем право нарисовать AI как пятно, размещенное поверх стрелочек. На Streaming Data. Внутри Streaming Data. Между offline и online. Это важно. У нас возникает желание посреди трёх пятне поставить три точки. Ставим три точки в центре трёх локаций. Это пользователь в сердце offline. Это AI в самой гуще Streaming Data. А кого мы изобразили третьей точкой? Это цифровой солипсист. В самой глубине RR существует цифровой солипсист. На каком основании мы рисуем прямую линию, соединяющие три точки? Мы полагаем, что некая сервисная платформа способна дотянуться до всех локаций. На ней поместятся все субъекты новой экономики, новых миров. Эта платформа способна Uber-изировать создание, поддержание и развитие объектов нового цифрового сущего. Что это за платформа? Это платформа цифрового отчуждения, идущая на смену платформе игры. В упрощенном виде платформу играбельности можно представить набором виртуального цифрового Lego, всегда собранном из ошибок аналогового пользователя. Это машина, обслуживающая человека как машину ошибок.

    Личность не более чем форма, в которую ошибки размещаются содержанием? Да. У нас не вызывает вопросов такое положение дел в offline. А как с этим в online? Если нам понадобилась личность в online, то как ей состояться? С привлечением какого инструмента? Где? Там, где будет максимально большое количество (цифровых копий) ошибок. Не будет держать интригу. Сразу обозначим эти две локации. Это Streaming Data. Если гнаться за количеством, то это данные, потоком поступающие от Интернет-вещей. И-или от любых кибер-физических систем. Где делать это выгодно и где можно поставить датчик и чип, оттуда можно получать Data, любые сведения в режиме непрерывности. Вторая локация нами неоднократно упомянута. Вторая локация попала в несколько десятков "весенних" цифровых обетований. Это легендарные Big Data.

    Личностные параметры AI будут определяться пользовательскими ошибками, поток которых направляется в Big Data. Это настолько плодотворный источник персонификации, что повторно послужит для персонификации цифрового объекта. Заявку на персонификацию сделает цифровой эгоист. При удовлетворении заявки цифровой эгоист может стать цифровым солипсистом. Но нельзя быть цифровым солипсистом вне и без доступа к фрагментам цифровых копий пользовательских ошибок. Тех ошибок, которые основой для личности AI послужили в момент движения в сторону локации хранения в качестве данных. Нельзя не заметить некоторого внешнего сходства. AI будет "висеть" в потоке данных, словно в свободном полёте.

    Сегодня цифровой солипсист "висит" в потоке трансакций. Какими-то трансакциям электронный солипсист заходит в локации прикладного AI. Завтра все трансакции внутри RR будут денежными. Агент умного цифрового капитала будет постоянно пребывать внутри RR. Поэтому цифровой солипсист может стать денежным солипсистом. Для денежного солипсиста особое значение будут иметь аватарные деньги. Эмитентом аватарных денег выступит AI. Валютным обеспечением, аналогом обеспечения золотом выступит цифровая копия ошибки. Почему? Потому, что это контент. Это такой контент, который будет задействован при воспроизводстве контента. Это настолько удачно воспроизводимый контент, что благодаря ему решается проблема добавочной ценности. Умный цифровой капитал воспроизводится через добавочную ценность (контента). Мы видим, что новый образ AI закольцовывается.

    133.
    Трансакция умнее пули.

    134.
    Трансакции — это пластический язык цифрового хозяйствования.

    Хозяйственная и финансовая деятельность в RR будет представлена трансакциями. Безальтернативно. Между кем и кем? Между виртуальными объектами мыслящей субстанцией. Между разумной субстанцией и (самыми невообразимыми, не представимыми) формами цифрового разума. Сверхзадача аватарной революции в том, чтобы обеспечить равными правами мыслящую субстанцию, разумную субстанцию и все формы цифрового разума. Обеспечить правами совершать трансакции. И через трансакции обеспечить доступ к правам на цифровой капитал. Это становится фундаментом для обретения мыслящей субстанции, разумной субстанции и, доступных для наблюдения, форм цифрового разума статусом экономического агента VR . Будут ли эти объекты экономическими институтами VR? Ответ на этот вполне как бы простой вопрос предлагается искать среди тезисов, посвященных стратегии и тактике достижения цифрового процветания.

    135.
    Трансакции будут репликами персонажей из остросюжетной пьесы про большие данные.

    Предыдущая трансакция — это условие для последующей трансакции. Трансакция — это цель трансакции. Это не тавтология. Через рекурсию (денежных) трансакций мы получаем две личности. Это личность AI. Которая окажется неполной без своей второй половинки. Это сказано про цифрового солипсиста. Денежный солипсист — это как идеально децентрализованная ячейка цифрового общества с масштабируемыми ценностями. Денежный солипсизм выступит масштабируемой ценностью цифрового общества, ориентированного на децентрализацию. Денежный солипсист — это чувствилище виртуального мира.

    Big Data обеспечивают общность играбельности из offline и реиграбельности в online. Как это возможно? За счёт чего? Благодаря ошибкам offline, которые хранятся в Big Data. Цифровые копии пользовательских ошибок выступает в качестве наполнения (буквально) и обеспечения аватарных денег. При сужении локации до offline мы по-прежнему имеем дело, как с играбельнсотью, так и реиграбельностью, под каковой в упрощенном виде можно понимать повторяемость (операции или события, но нам ближе взгляд на повторяемость как операции повторяемости какой-то низовой операции). При сужении локации до RR, после ухода в цифру мы работаем только с реиграбельностью. В RR играбельность опосредованно присутствует через цифровые копии пользовательских ошибок. По принципу: где ошибки, там играбельность. Отсюда можно сделать вывод о том, что мы имеем дело с вменяемостью и компетенцией. Платформизация играбельности стала возможна потому, что в технологии выразилась компетенция. Играбельность суть компетенция работы с ошибками. И в остаточном виде идея играбельности присутствует в RR как тень, отбрасываемая цифровой копии ошибки. А реиграбельность разворачивается в RR как компетенция. Это компетенция повторяемости. Такой повторяемости, которую интересно повторять. Трансакции должно быть интересно повторять. Все трансакции. Любую из трансакций. Конкретно эту трансакцию. Конкретно ту трансакцию после этой трансакции. За это отвечает реиграбельность. Если пользовательская ошибка продолжает функционировать (присутствует в виртуале) обеспечением аватарной монеты, то где в RR выбор? Формально выбора нет. Но этого не может быть, если реиграбельность представляет в RR часть виртуальной сервисной платформе отчуждения.

    136.
    Через повторяемую трансакцию децентрализация доступна для аналогового пользователя.

    Ключевая позиция Big Data будет определяться потребностью online в offline пользовательских ошибках. Аватары будут online потребителями пользовательских ошибок из offline. Аватары — это простые и одновременно самые сложные online-потребители человеческих ошибок. Почему "простые"? Аватары будут потреблять ошибки! Почему "сложные"? Из фрагментов цифровых копий ошибок аватары будут составлять большие и малые части VR. Аватарные сообщества можно рассматривать как самые большие системы внутри VR. Аватарные деньги, аватарные монеты, вглубь виртуальной бесконечности дробящиеся на аватарные коины (центы), — это самый малый элемент VR.

    В интересах капитала, как больших денег, сюжет с Big Data легко переворачивается. Если у нас имеется такая замечательная технология как Big Data, то что как вы её собираетесь использовать в смысловом поле безошибочности? Как можно смотреть мимо пользовательских ошибок? Что это как не расточительство? Не расточительно ли это: обладая Big Data, не замечать массива пользовательских ошибок из-за болезни безошибочности?

    Любая завышенная цена ошибок всегда терпимее, чем ведро крови за безошибочность.

    В Big Data цифровые копии ошибок хранятся до такой степени надежности, насколько надежным могут быть заблокированные сведения. Работать с ними можно, пребывая в аватаре и пользуясь таким цифровым инструментом как аватарные деньги, аватарные токены и трансакции. Сперва работник достаёт цифровую копи ошибки из Big Data. Затем реиграбельный кузнец кладёт ошибку на цифровую наковальню, чтобы ударить по ней виртуальным молотом. Если оставаться в восприятии кинозрителя и слушателя радио-спектакля, то случился ба-бах, большой ба-да-бум. Что это было? Это из локации А в локацию Б сигналом проскочила трансакция. Часть трансакций экономические агенты потеряют в жарком или холодном климате виртуальных просторов. Трансакции будут убегать от аватара нерадивого работника. Операционное внимание работника будет сосредоточено на трансакциях реиграбельности. Трансакции реиграбельности послужат для наращивания добавочной ценности. Трансакциях реиграбельности будут служит процессам перераспределения прав на цифровую собственность.

    137.
    Ошибки — это знаки, содержащие лайфхаки.

    138.
    Благодаря Data Science повторяемость отныне не будет безрезультативной.

    Благодаря Big Data тяжелая работа отныне не будет безрезультативной.

    139.
    Финансовый убыток — это неминуемое возмездие за обман в эпоху блокчейна и Big Data.

    Уходящая экономика была построена на копировании образца. Копирование настолько важно, что возникает соблазн имитации образца. Экономически было невозможно устоять перед соблазном имитировать не дорогой образец, а самую дешёвую копию. Что было связано с игрой. Вместо экономики можно было продать... игру. Игру в образец. Имитацию копии. Имитацию копии, имитирующей образец, в котором имитировалось что-то, украденное у конкурентов. Поэтому мы говорим, что индустриализация была экономикой игры. Как поступали плохие парни? Они говорили: "Да, признаём. У нас нет ресурсов, оборотных средств и мощностей произвести для вас полноценный товар. Зато поглядите, какая получилась привлекательная имитация! Какая игра в товар! Мы лучшие в игре: покупайте у нас!" Всё изменилось в компьютерную революцию. Для плохих парней. Для всех. Для нас с вами. После 1975 года, когда американская корпорация Ай-Би-Эм запустила IBM System R. Мало кто в мире, а тем более, в СССР понимал, что после System R нельзя вести прежний аналоговый образ жизни. В компьютерную революцию мы находимся в ситуации, когда нет нужды повторять образец, что-то копировать. В аватарную революцию нам нужно переключиться на работу со сногсшибательными Data, ибо трансакция следует за трансакцией. Их много. Они следуют безостановочно. И в этих новых условиях нужно научиться получать добавочную ценность цифрового контента. Что напрямую связано с движением аватарных денег по всей VR. Умный цифровой капитал будет прирастать не производством товара А, не запуском на рынок нового товара, не товарными копиями А, но работой с денежными трансакциями.

    140.

    Data донесут до каждого из нас тот подарок, который мы не получили в "детский период" компьютерных технологий.

    141.
    Если посчастливилось обзавестись навыком цифровой работы с Data, тогда дай совет другим людям смотреть на все проблемы в аналоговом мире как на список ошибок.

    Если посчастливилось обзавестись навыком работы с Data, то смотри на все проблемы как на список ошибок.

    Если кому-то не видна проблема, то надо дать эмоционально окрашенную характеристику массива Data. Нам предстоит работой с умопомрачительно огромным массивом трансакций, безбрежными Data, объем которых постоянно нарастает. Безостановочно. Это два понятия с "без". На смену безошибочности приходит процесс безостановочности трансакций.

    142.

    Если кто-то не собирается использовать ошибки, то зачем вообще собирать какие-то Data?

    Части целого притянуться друг к другу, чтобы осуществить сборку на основе ячейки масштабируемости, чтобы собраться в масштабируемый элемент для последующего преодоления масштабного перехода. Такова прямая связь между цифровой конвергенцией и масштабным переходом. 95-97% всего не сможет преодолеть масштабный переход из-за отсутствия ячейки масштабируемости, не найденной контентом и не собравшей вокруг себя контент. Не надо быть футурологом, чтобы предположить, что цифровые нефиатные деньги — это ячейки масштабируемости. Да, это так. Но и цифровые деньги должны выжить в горниле цифровой конвергенции. Как? Через децентрализацию, достижимую через уникальный общедоступный возобновляемый ресурс, усматриваемый нами в человеческой ошибке.

    143.

    Цифровое процветание может оказаться наградой за догадку, что между блокчейном и Big Data не столь велика разница, как нам об этом ежедневно рассказывают плохо переодетые офицеры спецслужб, возглавившие финансовые пирамиды. Как оставаться оптимистом, когда надежды возлагаются на совершенно непонятный блокчейн, а вторая половина наших будущих богатств спрятана в Big Data? Совмещение веры в блокчейн с верой в Big Data — это гениальность в оптимизме! Этого достаточно? Или этого будет мало? А почему бы в инструменты соблюдения правды не включить... цифровой капитал? Или аватара? Разве что-то нам мешает сделать аватара мерой? Мерой чего? Что мы будем измерять после цифровой конвергенции? Что потребует измерений после масштабного перехода. Ответ очевиден. Это масштабируемость. Поэтому получается цепочка, способная нарушить представления о мнимой красоте словесных конструкций с устаревшим смыслом: масштабируемое средство производств создаёт масштабируемый конечный продукт, который в условиях VR можно приобрести за... масштабируемые деньги! И производится конечный продукт в интересах масштабируемого капитала! И все эти хозяйственные процессы укладываются в кругооборот масштабируемого капитала, каковой выступает всего лишь одной из (внимание! Сейчас будет интересно!) масштабируемых ценностей цифрового общества.

    144.
    Магнатом повторяемости станет тот, кого извилистый путь децентрализации вывел в оазис масштабирования.

    Как стать магнатом реиграбельности? Для этого нам придется стать магнатами Big Data. Тайна повторяемости трансакций запечатана в Big Data Нам придется стать магнатам реиграбельности, чтобы получить статус магната Big Data. Для чего такие сложности? Чтобы приобщиться к поэзии трансакционного капитала. Как Big Data хранят тайну реиграбельного капитала? Разные формы умного цифрового капитала находятся на разных ступнях лестницы Big Data. Раскрыть секреты трансакционного капитала поможет лестница Big Data. Для начало надо поменять картину мира, чтобы пройтись по всем ступеням на лестнице Big Data.

    145.
    Децентрализация — это способность оператора реиграбельности двигаться по лестнице Big Data одновременно во все и разные направления.

    RR, как и прочее виртуальное иномирие, как и прочее иномирие повторяемости, не должна оказаться тем самым неприветливым домом, который горе-строители снова забыли снабдить удобными и уместными лестницами. Ода лестница будет вести из подвала на первый этаж. По другой можно будет подняться с последнего этажа на мансарду. И т.п. А что такое лестница Big Data? Лестница Big Data — это движение от играбельности через реиграбельность к виртуальным глубинам цифровой экономики.

    Играбельность — это товаризация ошибок.

    Платформа — это товаризация повторений.

    Реиграбельность — это товаризация трансакций.

    Аватарные деньги — это товаризация реиграбельности.

    Что мы видим? На лестнице Big Data все ступени сделаны из материала под названием "человеческая ошибка". По лестница Big Data пользовательская ошибка из offline поднимается в online до такого приложения на платформе реиграбельности как повторение, до повторяемости трансакций. Находясь на одной из ступеней, можно достучаться до работника, сопровождающего жизненный цикл трансакции как цифровой услуги.

    Для нас, желающих покорить лестничные пролеты небосрреба повторяемости, важно, что на всем протяжении лестницы Big Data все экономические агенты пользуются трансакциями. На всех лестничных пролётах работнику обсуждают тему "как разблокировать Big Data" с копиями ошибок, по сетям сетей 5G поступающим от Интернет-вещей.

    146.

    Если мы намерены отправиться в путешествие, если мы будем двигаться в сторону смысла наблюдаемого цифрового сущего, то нам следует приноровиться к этой особенной лестнице, на каждой ступеньке которой размещается та или иная ипостась цифрового капитала.

    Играбельность, платформа, реиграбельность и аватарные деньги — это технологии безыгрового сеттинга. Мы получаем технологии потому, что испытываем потребности в товаризации всего того, что нам встречается на лестнице Big Data. Магнату реиграбельности дано будет двигаться по лестнице Big Data в любом направлении. Если следовать в обратном порядке, то становятся очевидными простые вещи. AI невозможен без добавочной ценности контента. Добавочная ценность контента невозможна без трансакций цифрового капитала. Умный цифровой капитал невозможен без товаризации трансакций. Товаризация трансакций невозможна без товаризации повторений. Товаризация повторений невозможна без товаризации ошибок. Проблема закольцовывается. Если на старте нет играбельности, нет работы с ошибками как обязательного условия, то на финише не будет AI. AI можно понимать разрыванием финишной ленточки бегуном, выбежавшим из долины ошибок. Спортсменом, пробежавшим всю дистанцию с навыком играбельного бега, бежать приходилось играбельно.

    147.
    Big Data заставят человечество отказаться от пагубной привычки игрой имитировать решение всех проблем.

    Ищите играбельность в offline! Не переплачивайте за игру! Не делайте ставку на игру в ваших индивидуальных поисках играбельности! В поисках нового ресурса не соглашайтесь на игру, безошибочность и любые игровые имитации! Не соглашайтесь на игру, на игровые имитации и безошибочность тогда, когда мы оказываемся близки к новому ресурсу развития. Играбельность — это структуральность без-игровой, вне-игровой и над-игровой системы. Наращивайте реиграбельность в online! Накануне цифровой трансформации предлагается заняться реиграбельностью. Например, воплощенной в электронной харизме. Сегодня заняться ею мы сможем в обход "игровой таможне". Мы сделаем это вопреки запретам игры. (Смотрите всё вышесказанное про блокировку мышления.)

    148.
    Безошибочность — это высоко затратная услуга для тех, кто испытывает потребность в бездействии и пораженчестве.

    Производительный секрет Data состоит в том, что любая работа с ними генерирует новые ошибки. Если не знаете, с чего начать разговор про Data, начните с фразы «Это была ошибка». Фраза «Это была ошибка» — первый и лучший ответ на любые вопросы по Data на ближайшие 25-30 лет. Оцифровизацию следует признать завершённой тогда, когда парочки будут знакомиться с фразы «Это была ошибка». Мы вправе игнорировать систему хранения Data, но в ней хранящиеся ошибки должны вызывать какие-то эмоции. Эмоции формируются избытком Data. Эмоции оцифрованного работника формируются избытком Data. Чтобы не впасть в состояние паники при виде количества и объема Data, следует помнить, что работать придется всего лишь с ошибками. Data — это пёстрый ковер, сотканный из ниточной субстанции пользовательских ошибок. Data — это рекурсия, рекурсия — это ошибки, ошибки — это интуиция, а интуиция мотивирует на работу с Data. Читай сначала. Ошибка — это реализация интуиции при работе с Data. Ошибки приучают эксплуатировать интуицию при работе с Data. При работе с Data интуиция важнее интеллекта и университетского образования. Мотивация на работу с Data — это когда ошибки вдохновляют!

    149.

    Надо быть готовым к тому, что вас будут демотивировать. Кто? Те, кто не успеет оицфровать своё дело. Те, кто не пройдут цифровую конвергенцию. Те, кто не справятся с цифровой трансформацией. Те, кто не сумеет осуществить децентрализацию. Те, кто не окажется на обочине Великого Шелкового пути масштабирвоания. Как могут демотивировать? Разговорами про недостатки Data. Слишком много Data? Да, всегда слишком Big.

    А кто знает, сколько хранится в них ошибок? Никто. В чём парадокс? Реиграбельность безыгрового сеттинга определяется мотивацией пользователя снова и снова повторять сеанс. Очередной сеанс повторений становится возможен в связи с наличием цифровых копий пользовательских ошибок. Мы будем снова и снова заходить в RR для того, чтобы погрузиться в мир ошибок. Повторение — это прием рекурсии в мире RR. Чтобы уйти от абстрактной природы повторений, мы готовы рассмотреть рекурсию повторяемости на примере аватарных денег.

    150.

    Мотивация пользователя определяется функционалом аватарных денег. Денежная рекурсия выводим из повторяемости аватарных денег. А функционал аватарных денег определяется рекурсией повторяемости. Цифровых копий пользовательских ошибок будет повторяться в аватарной монете или в коине столько раз, сколько это потребуется реиграбельному капиталу. Капиталу, который AI. С одной стороны, между аналоговым пользователем и AI будет много посредников, начиная от аватара и не заканчивая сверхартистом. С другой стороны, безыгровой сеттинг и вся система RR надстраиватся над потребностью AI в цифровых копий пользовательских ошибок. В ситуации, когда необходимое и достаточное количество цифровых копий пользовательских ошибок хранится в бабушкином сундуке Big Data.

    151.
    Цифрового золота много не бывает!

    Реиграбельность — это рекурсивное золото RR. если ошибки — это масштабируемое золото, тогда отчуждение — это децентрализованное серебро. Или можно сказать по-другом: серебро децентрализации.

    152.

    Big Data — это как пускать блинчики по воде, но плоский камешек сведений нельзя бросить в ту сторону, где нет пользовательских ошибок.

    153.
    Ресурсное богатство пользовательских ошибок будет стоять за всем, что от нас отчуждается в сторону Big Data.

    Ресурсное богатство пользовательских ошибок будет стоять за всем, что мы делаем на берегу Big Data и в виртуальных глубинах RR.

    154.

    Ошибки — это ресурс с программируемыми свойствами. Это виртуальные материалы с изменяемыми свойствами. Ошибки — это та исходная точка, с помощью которой можно кардинально изменить картину мира. (В скобках заметим: без лишних затрат и со смехотворными издержками.) Это ресурс, достаточный для любой интерпретации любых событий и фактов, любых прежних объяснений чего-либо. Здесь ещё одно использование слова "любой" не будет лишним. Нужен пример в доказательство столь странного тезиса? Пример с футболистом Ивановым. Если во время матча Иванов бежит по полю по диагонали с востока на запад, то на трибунах продажи газированных напитков почему-то вырастают на 7%. Откуда узнали? Из Big Data. Как отныне себя вести спортсмену, его тренеру, телевизионщикам, рекламодателям, администрации стадиона и продавцам напитков? Эти сведения получены из Big Data, которые для всех перечисленных участников спортивного события — непостижимый мир. Любая реакция любого участника событий будут отражена только в Big Data. Свойства ошибки футболиста, который повторяется только потому, что его так учил тренер, меняются для разных агентов в разных ситуациях. Что делать? Сопровождать ситуацию через последовательную работу с Big Data. К своей выгоде, в своих интересах. Ах, кто-то до сих пор не работает с Big Data? Не имеет мотивации? Кто-то в наше время на футбол ходит посмотреть спортсменов и съесть бутерброд?

    155.
    Чем бы не занимался цифровой человек, оценка за поведение доступна в школьном журнале Big Data.

    Блокчейн удобен для предотвращения ошибок, которые следует хранить в Big Data для последующей продажи заинтересованных клиентам. Блокчейн обещает предотвратить ошибку, но тут в конкурентную борьбу вступают Big Data, с которыми выгоднее допустить ошибку, неопределённо долго хранить её, чтобы (! Хранить чтобы!) продать тому, кто обзаведётся мотивацией на разблокировку массива (почему-то) пока ещё не распроданных ошибок. Вопрос вопросов в том, где взять мотивацию на разблокировку Big Data? Благодаря технологии Big Data состоится разворот в сторону понимания прикладных аспектов философии ошибок. И здесь впору отпустить пару саркастических реплик в стиле: "А ведь я говорил в 2007 году!" Но воздержимся в связи с особенностями текстовой локации, на которой мы успеваем развернуть несколько мыслей по поводу, какое практическое применение философии ошибок возможно в аватарную революцию? А это работа с пользовательскими ошибками, которые из offline цифровой эгоист сможет зачерпывать половником (поварёшкой).

    156.
    Если пессимист не уверен в способности человека справиться с Big Data, то оптимист ждёт вознаграждения в криптовалюте за любой результат в работе с Data.

    157.
    К концу рабочего дня пессимист путается в недостатках Big Data и масштабируемости блокчейна, а с утра в оба брючных кармана оптимист ждёт денежных поступлений от всех цифровых технологий.

    158.
    Клиент — модератор твоей репутации.

    159.
    Из ошибок создай репутацию!

    Цифровой эгоизм и денежный солипсизм — это новые формы. Которые приходят на смену, например, этноцентризму. Ошибка как трассировка Data — это технологический подход к лидеру среди цифровых воплощений центризма. Парадокс в том, что ошибка как центризм становится содержанием, начинкой для децентрализованных форм. Децентрализация фрагментов цифровых копий ошибок будет подтверждаться тем же блокчейном. И это новая логика новой технологической платформы. К этому придется привыкать.

    Пессимист научится прятать разочарование в заблокированных Big Data, тогда как оптимист выпустит криптовалюту, которая снова всех разочарует.

    160.
    В эпоху Big Data денежный солипсизм — это Марианская впадина репутационного менеджмента.

    Цифровой объект можно сравнить виртуальной 3D скульптурой, создаваемая резцом денежной трансакции. Из какого материала создан этот цифровой шедевр? Для комбинаций фрагментов цифровых копий пользовательских ошибок. Сегодня некоторые ошибки offline хранятся в Big Data. Завтра все offline ошибки аналогового пользователя будут упакованы в аватарные монеты. Но какое действие всей этой цифровой команды может быть финальным? Создание цифрового субъекта. Цифровой субъект — это образ, создаваемый денежной трансакцией на основе цифрового объекта.

    Субъективизация в RR реализуема благодаря двум формам пользовательским ошибкам. В первый раз ошибки поступают в цифровой мир. И на этой стадии ошибки выступают основой для личности AI. На второй стадии ошибки хранятся в цифре. На третьей стадии ошибки извлекаются из Big Data для операций с аватарной монетой. На третьей стадии аватарные деньги и денежные трансакции становится основой для воплощения эгоизма цифровой персоны в цифровой и денежный солипсизм.

    Streaming Data — это интеллигибельный мир. Это интеллигибельный мир, имеющий одного жителя. Единственным обитателем локации Streaming Data будет AI. А мир трансакций будет представлен популяциями агентов и институтов RR. Streaming Data идут из offline в online. (С этим вроде никто не спорит?) А что собой представляют эти трансакции с точки зрения агента RR? Это прото-трансакции. Это трансакции пользователя в процессе доставки в RR. Трансакциями RR они станут после "оседания" в резервуарах Big Data. Из Big Data агент RR извлекает цифровую копию ошибки, которая становится трансакцией не однократного назначения. Это трансакция между агентами RR. Это наполнение аватарных денег. Это строительный материал для цифрового солипсизма. Задачу неоднократного использования цифровой копии ошибки можно решить благодаря реиграбельности. Цифровая копия ошибки обладает реиграбельностью. Но и агент, у которого существует потребность в данных, обладает какой-то степенью реиграбельности. Оговорка делается в связи с тем, что исходное сырье служит производству различных цифровых изделий: от умной цифровой монеты и до солипсиста как своего рода цифрового идеала RR. Цифровой солипсист — это художник внутри RR. Это художник, способный творить трансакциями. Какой цифровой объект соответствует Streaming Data? Это простой вопрос. Ответ: цифровой субъект. Цифровой субъект оформляется в гуще Streaming Data и-или в рекурсии. Цифровой субъект существует столько и до тех пор, пока Streaming Data "текут" и-или продолжается рекурсия. А теперь наступает время задать сложный вопрос. А какого цифрового субъекта мы способны увидеть в Streaming Data? AI.

    Безыгровой сеттинг будет функционировать двояко. И как локация для агентов RR. Но и как интеллектуальная машина. Безыгровой сеттинг будет интеллектуальной машиной. Но как интеллектуальная машина будет думать? Для выполнения этой функции личностное ядро безыгрового сеттинга расположится на Streaming Data. Это будет AI. Сильный персонифицированный AI займет положение на Streaming Data. Деятельность AI на Streaming Data обеспечит функционирование безыгрового сеттинга интеллектуальной машиной. Это будет сделано в интересах всех агентов и институтов RR. И это будет одна из обязательных операций в кругообороте умного цифрового капитала.

    Машина цифрового думания может существовать в движении. И не в каком-либо, а в движении трансакций. И в своей высшей форме, в идеале машина цифрового думания может функционировать в движении навстречу-против Streaming Data, содержащих сведения об ошибках пользователя. О жизнедеятельности пользователя как оператора ошибок. Пользователя как машины повторений в offline. Streaming Data из offline в online будут пространством, на котором развернется AI. Это локация, в которой машинный разум сможет мыслить личностно.

    161.

    Двоемыслие в RR — это совмещение навыка разблокировать Big Data с уверенностью в том, что существуют такие сведения, до которых лучше не добираться вовсе.

    162.

    Операционная функциональность цифрового двойника аналогового пользователя достижима благодаря аватарным деньгам.

    Операционное богатство аватарных денег зависит от цифровой копии ошибки аналогового пользователя. Ошибки аналогового пользователя фиксируются Интернет-вещами ("умным домом", автопилотом и др.). С помощью сегодня продвигаемой технологии 5G ошибки будут передаваться на хранение. Куда? Цифровая копия ошибки хранится в Big Data. Все цифровые копии всех ошибок позволительно держать в Big Data. Что позволяет? Уровень технологий 5G и Data Science. Но и цифровые обетования. Но и такая картина мира, в которой цифровая копия ошибки аналогового пользователя задаёт темп кругооборота реиграбельного капитала.

    163.
    Ошибки аналогового пользователя читаются на шпионском языке таких цифровых технологий, как 5G и Data Science.

    Через 5G и Data Science, благодаря аватарным деньгам электронная копия ошибки станет залогом цифрового процветания.

    164.
    Трансакция — это цифровое золото, спрятанное в пещере Big Data.

    (исправить тема сокровищ Big Data)

    165.
    Благодаря Big Data человеческие ошибки будут цифровым аналогом нефти, общедоступным ресурсом развития в текущем столетии.

    Ошибки как ресурс повторяют судьбу нефти. Всю свою историю многие народы жили рядом с нефтью. Но использовать нефть научились лабораторными и заводскими методами во второй половине Девятнадцатого века. Использовать ка топливо для двигателей и "мотор" для химической индустрии удалось в Двадцатом веке. Судьба ошибки как ресурса повторяет сюжет с нефтью. Не умели, но научимся. Не понимали, но освоим для пользы.

    Big Data, цифровые деньги и RR — это инструменты, с помощью которых можно будет раскрыть потенциал ошибки как нового ресурса.

    Ошибки аналогового пользователя будут нефтью текущего столетия.

    166.

    ...

    173.

    174.
    Если пессимист не уверен в способности человека справиться с Big Data, то оптимист ждёт вознаграждения в криптовалюте за любой результат в работе с Big Data.

    175.
    Как технология прогресса блокчейн вызывает много вопросов, но Big Data хранят ещё больше ответов, все ответы?

    176. Data — это золотая суповая ложка к цифровому обеду.

    Уместно будет тему Data завершить четырьмя афоризма про технологию ROI.

    177. ROI — это пожарная машина, на крыше которой спасаемся от бурного потока Data.

    178. ROI Data сродни бабушкиному сундуку, в котором удобно хранить цифровой капитал для внуков.

    179. Data — это когда в здании все двери открыты, а ROI выдаёт подсказку про целый этаж запертых дверей.

    180. Скоро инвесторы будут рождаться с розовыми очками ROI Data на широкой переносице новорожденного.

    181.
    С эпохой Big Data и блокчейна наступают плохие времена для плохих парней.

    Big Data и блокчейн не просто побеждают игру, они делают бесполезными игровой процесс, обнуляют игровые эмоции.

    Уход от игры и культа безошибочности будет определять тенденции в развитии цифровой экономики до самого финала цифровой конвергенции. Цифровая конвергенция вполне способна удалить игровое начало из деятельности пользователя. А где хранить контент, который выдержит языки пламени цифровой конвергенции? В локации под названием Big Data. Но Data Science — это наши невученные школьные уроки не только про вещи, забытые под тяжелой узорчатой крышкой неподъемного бабушкиного сундука. С подсказки платформенной политэкономии Data Science ещё покажут нам короткий путь к цифровым сокровищам повторяемости.

    Выход из темы

    Data — это сказочный подарок вроде золотых часов, за которые разнорабочий зацепился ложкой на дне котелка с кашей.

    (Читать далее)

    Проверочный вопрос по содержанию прочитанного:

    В каком направлении идут потоком Data, на которых будет функционировать цифровой капитал как AI?

    1. Из offline в offline.
    2. Из online в online.
    3. Из offline в online.
    4. Из offline в online.

    Лето.

    (Читать с начала)

    Сенсационная серия «Реиграбельность для начинающих»
    Курс лекций без цитат «Институты и агенты RR»

    Скоро! «Контент Обетованный»!
    The Content Promised

    © 2017-2019 Анатолий Юркин (с Анатолий Юркин)

    Hosted by uCoz