Анатолий Юркин   732

Раскрой пошире  глаз

«Кремль на турусах» (2005)

Стилистический портрет Андрея Ъ-Колесникова

"Количество мест для работы в пулах ограничено".
Департамент аккредитации и брифингов
Управления пресс-службы и информации
Президента Российской Федерации

Рубиновый кукиш

"Мелочь на первый взгляд", - пожал плечами президент".
"День зависимости"

Приход офицера тайной полиции в политику и бизнес означает легитимизацию дезинформации как главного источника новостей про власть. Эта болезненная тема современности превратилась в масс-медийную мозоль тогда, когда офицер тайной полиции стал руководителем Отечества. С марта 2000 года мозоль непрерывно разрасталась вплоть до таких размеров, что трудно определить силуэты и перспективы масс-медийного пространства России.

Читатель проявляет обостренный интерес к агонии политической элиты. К телодвижениям тех, кто всем цехом давно отказался от человеческих черт, но в чьей жизни происходят события, привлекательные для людей, не знающий цену билету в большую политику. Сегодня журналист смотрит на политиков через замочную скважину в тех условиях, когда с той стороны обитатели коридоров власти контролируют пытливый не моргающий глаз потенциального носителя скепсиса и сарказма. Что происходит, когда журналист пишет тексты по новым правилам, а читатель их читает по старой традиции?

Излишне говорить о том, что не после первой инаугурации Владимира Путина. А сразу после новогоднего выступления Бориса Ельцина, назвавшего имя преемника, полностью изменилось масс-медийное пространство России. Из-за корпоративной закрытости федеральной власти мусор становится формой и содержанием не какой-либо отдельной корреспонденции, но всех новостей из Кремля. Как заставить потребителя информации смириться с дезинформационным мусором? Особое значение приобретает стиль кремлевских корреспонденций. Вместо кремленологов 1990-х годов, всегда склонных подстраховаться за счет аналитических записок и мнений инженеров закулисья, Андрей Ъ-Колесников работает в манере близкой к традиционному (английскому) плутовскому роману, чью поэтику в упрощенном варианте газетчик примерил к театру политических кукол. Ирония английского романа и сарказм британской публицистики были вызваны жесткой нормированностью общественного бытия. В английской традиции ирония - это духовная свобода одиноких гордых интеллектуалов.

На мой взгляд, ответственность за беспринципность и аморальность текстов Андрея Ъ-Колесникова несет ленинградский беллетрист Валерий Попов. В условиях современной России игра с иронией как нулевым результатом вроде "стиля Ъ-Колесникова", вобравшего в себя формальные достоинства олигархической публицистики, превращается в инструмент конвейеризации массового сознания. Тексты в "стиле Ъ-Колесникова" подменяют собой анализ, способный послужить предтечей духовной свободы, фундаментом гражданского общества. Ъ-Колесников - комментирующий шут при театре кукол. Значение его творчество предрешено абсолютизацией сарказма комментирующей фразы. Есть такое понятие "улыбка в ладонь". Саркастический комментарий Ъ-Колесников отпускает всегда за спиной у жертв. Отныне в журналистике для подражателей Ъ-Колесникова окружающие люди - источник скупых комментариев.

Хорошо смеется тот, кому смех вменяется в служебную обязанность. Лукавство шута или шутовское лукавство? Почему шут имеет право иронизировать (не смеяться) над большими людьми? Потому что он наделен подобной привилегией в качестве компенсации за издержки ремесла. Ирония переходит в юмор на территории отсутствующего элемента. Недостача как повод для юмора крайне уместна при близком контакте с Президентом России. Ъ-Колесников "понимал, что среди сотен людей найдется хоть один человек, который рано или поздно сделает это и без меня. Не может не быть такого человека" ("Три часа без Беслана").

Кремлевское фиговое дерево

В случае с Ъ-Колесниковым подписчик и читатель газеты имеет гарантию на лирический монолог, в котором опорные точки связаны с мимикой и жестами участников диалога и события, послужившего новостным поводом. Для перерастания в драматический монолог репортажи Ъ-Колесникова должны приобрести интонацию человека, имеющего право на диалог. На самом деле репорте нем как рыба. Безязычие журналиста путинской России - это обязательное условие игры. "Я все думал, что же это никто пока так и не спросил президента про Беслан. Я уже сам не меньше получаса тянул руку".

Тексты Ъ-Колесникова населены публичными людьми, но не публицистика? Вопрос входит в более широкую проблему, когда обсуждается принадлежность жанра новостей к публицистике. Новостные корреспонденции мимикрируют под политическую и полемическую публицистику, хотя, по сути, остаются мемуарами вчерашнего дня. Тексты Ъ-Колесникова лишены проблемности. Они заявляют феномены текущей жизни общества, но не анализируют их, что отличает публицистику в ее классическом определении. Светская хроника не публицистика. Ежедневный рассказ об ошибках Кремля может быть беллетристикой, но не публицистикой. Многословный рассказ о жестах главного ньюсмейкера страны не равнозначен повествования о жизни общества и постановке актуальных проблем, присутствовавших у Ъ-Колесникова в таких репортажах как "Рабочие идут в рай" или в заметках об "оранжевой революции" на Украине. Достоинство репортажей Ъ-Колесникова о Путине в том, что в иронии по отношению к заглавному персонажу материалов "Владимир Путин очертил округ проблем" (2005) отражается некое подобие плюрализма общественного мнения. Ирония - единственное проявление того, что принято называть "направленностью".

Семантический анализ газетного текста требует онтологическую модель. В репортажах светской хроники видимость проявления сознания предопределена предсказуемым поведением персонажей, выступающим в качестве автоматов с узнаваемым поведением. Поэтому онтологической моделью для репортажей Ъ-Колесникова может быть театр кукол. Почему востребован особый стиль? Из-за творческих задач, преследующих цель показа общечеловеческих вкраплений в мире кукол кремлевского театра. Модель оказалась работоспособной из-за наличия определенных шаблонов, благодаря эксплуатации которых в текстах Ъ-Колесникова происходит конфликт между материальностью персонажей и озвученными ими репликами.

Жесты - оригинал текстовой модели Ъ-Колесникова. Главный жест любимого персонажа Ъ-Колесникова - "оживился". У Ъ-Колесникова не просто "оживился президент" ("Разговоры по-флотски. Владимир Путин командует парадом в Лондоне"), но "Владимир Путин необычайно оживлялся, когда слышал японские и американские вопросы" ("Три часа без Беслана"). Главные персонажи репортажей Ъ-Колесникова - это марионетки, постоянно требующие оживления за счет приемов из традиционного косметического набора создателя образов (имиджмейкера). Отсюда появляется неожиданная мысль относительно того, что Кремль ликвидировал программу "Куклы", но взял на вооружение ее творческий ресурс для придания долго дыхания хроникеру Ъ-Колесникову. Фраза Ъ-Колесникова абсолютизирует один жест. Ироническое описание жеста становится самодостаточным. Репортаж как набор из нескольких десятков фраз воспринимается танцем немых людей, попавших за кремлевские стены. Личная трагедия Ъ-Колесников состоит в том, что корреспондент кремлевского пула вынужден приспосабливаться к переменам, причины и природа которых неизвестны, ни ему, ни работодателю, ни, тем более, читателю. Репортаж Ъ-Колесникова - это хоровод пляшущих человечков, каждый из которых высветлен семиотикой эзопова языка.

Многоплечее божество Кремля

"Но говорить о будущем – плохая примета", –
пожал плечами президент".
"Владимир Путин пообещал голландцам уравновесить Турцию"

Ъ-Колесников - это светская хроника глазами лабрадора Кони. Тот, кто придумал стиль специального корреспондента газеты "КоммерсантЪ" Андрея Колесникова, знал цену скрещиванию беллетристики про зверей с газетным репортажем. Репортажи Ъ-Колесникова обладают скрытым обаянием рассказа И. А. Бунина "Сны Чанга". Для черной суки жесты хозяина важнее слов и мыслей. Поэтому любимый хозяин всегда загадка, полная обаяния.

Спецслужбы - это корпоративная легализация (институализация) отсутствующего элемента. Спецслужбы призваны превратить в ничто всё, что может для них составлять угрозу. Философия отсутствующего элемента имеет традицию, каноны и беллетристику. Репортаж Ъ-Колесникова - это до предела сжатый шпионский роман с исторической бутафорией политического закулисья. Было бы ошибкой смотреть на его тексты как фельетоны. Ъ-Колесников - это реферат на темы современной российской исторической и шпионской беллетристики, написанный светским хроникером. На смену критически мыслящей личности пришел ироничный наблюдатель, отказавшийся от традиций мысли. Ремарка драматурга - соль светских репортажей Ъ, насыщенных узнаваемыми фразами советской и российской беллетристики.

Бесспорно стилевое сходство светских репортажей Ъ-Колесникова со шпионской (контрразведчиской) беллетристикой в ее современных трафаретах. Тревожная озабоченность сопровождается странностями в пожимании плеч. Почему плечи? Потому что в руках огнестрельное оружие и ценные данные? Многоплечее божество Кремля - архетип шпионского романа. Разве появляется ощущение инородности, когда репортажная цитата Ъ-Колесникова 2005 года оказывается между Юлианом Семеновым 1984 года и Чингизом Абдулаевым конца прошлого века? Нет.

Как не читать Ъ-Колесникова

"... пожал плечами Герман Греф".
"Президент поработал над отдыхом"

"Сложная" история очень простого вопроса

Швыдкой - Жириновскому "... помочь не смог и лишь пожал плечами".
"Владимир Путин вручил Госпремии явным лауреатам"

Итоговый вариант так называемого "стиля Ъ-Колесникова", предлагаемый к употреблению в трех толстых книгах "Я Путина видел!", "Меня Путин видел!" и "Увидеть Путина и умереть", – это та самая текстовая Америка, которую не в первый раз открывают российские публицисты.

Сегодняшний "стиль Ъ-Колесникова" вышел родом из советского "крокодиловского" фельетона, претерпевшего значительную деформацию в капиталистические 1990-е годы, но далее развивался через ироничную детализацию мироздания. На рубеже веков фельетонное начало уступило место светской хронике. Хотя поначалу эволюция новой жанровой формы предопределялась оппозиционностью содержания. Ныне популярный "стиль Ъ-Колесникова" имеет тенденцию подменить собой теоретически возможное разнообразие в журналистском видении непримиримого борца с олигархами Владимира Путина. Парадокс в том, что торговую марку Ъ-Колесникова следует расценивать отрыжкой "около-олигархической публицистики". Её расцвет в Петербурге пришелся на вторую половину последнего десятилетия прошлого века.

"Олигархическая публицистика" – это политические материалы, подготовленные по поручению олигархов или их доверенных лиц. Отсюда деликатная приставка "около" (предлагая к обсуждению новое определение, автор не боится обвинений в нарушении морали и этики потому, что за весь проделанный объем работы от скуповатых олигархов не получил ни копейки, ни рубля). Статьи и репортажи писались на рекомендованные темы для публикации в изданиях, финансируемых богатыми людьми. Ирония, сарказм и язвительность в политическом тексте или в статье про политика допускались, если соответствовали настроению учредителя. Свободу самовыражения если и не поощряли, то терпели, когда автор справлялся с основной задачей и не нарушал неписаных правил, не кусал руку дающего.

Эталонным проявлением "олигархической публицистики" были реализованы первые номера газетного проекта "Петроградский курьер". Задумывавшаяся изданием для избирателей со средним образованием, способных заскучать между выборами, газета стала выходить весной 1999 года. Второй номер открывался передовой статьей "Нужна ли Петербургу нефтяная труба?", в которой содержались такие вопросы как "Кто пробивает нефтяную трубу в сердце России?". То есть, при одобрении непосредственных учредителей, газета заявила откровенно оппозиционные тезисы и вышла на диалог с читателем с высшим образованием. Интеллектуально содержательная оппозиция федеральной власти – это идеология "олигархической публицистики" конца 1990-х годов.

Новый слог?!

Даниил Гранин "повернулся к людям... и сказал им, тяжело пожав плечами..."
"Владимир Путин открыл памятник демократу"

Обостренный интерес к деталям – атрибут "стиля Ъ-Колесникова". Достаточно сфокусироваться на детали, чтобы при взгляде на представителя федеральной власти добиться эффекта отстранения. Сегодня в рамках проекта "Ъ-Колесников" подробно описывается одежда и жесты главы государства вплоть до того, в какую сторону сдвинулся галстук, когда Путин присел на корточки или наклонился в сторону. Вчера внимание было приковано к губернаторам и олигархам. В "Петроградском курьере" нагляднее всего прием был использован в статье "Запах праздника на Троицкой площади".

У Ъ-Колесникова про Владимира Путина весной 2005 года: "Зачем нужно было делать это второй раз? Я переступил границу и оказался рядом с алтарем. Я увидел, что Владимир Путин ослабил узел галстука, расстегнул ворот рубашки и стал доставать свой нательный крест. Он приложил его к отверстию и еще долго неподвижно стоял на коленях..." ("И за стеной не постоял. Еще немного, и Владимир Путин оказался бы другом Государства Израиль", "КоммерсантЪ").

У Юркина в 1999 году про губернатора Петербурга Владимира Яковлева: "Почему запомнились детали? С ними связаны самые эмоциональные моменты прошедшей акции. Когда губернатор придирчиво рассматривал аппаратуру, его галстук отделился от сорочки, и всем стало любопытно – запачкается или нет? Когда губернатор вступил на чугунную крышку люка, то многие из чиновников подумали: "Телохранители находятся не на самом ответственном месте". Когда губернатор потянулся к кнопке, то одновременно заработали все видео и телекамеры, защелкали все фотоаппараты. Сердца у журналистов застучали в унисон" ("Запах праздника на Троицкой площади", "Петроградский курьер").

Семантическое зерно "олигархической публицистики" было зарыто на поле ни к чему не обязывающей иронии под корнями портретного описания. В 1999 году ирония в портрете была представлена следующим образом: "Серый галстук в белую клеточку подчеркивал атлетическую грудь Владимира Анатольевича, плоские часы квадратной формы на крепкой руке раскрывали его некабинетный характер, а туфли сливового цвета говорили о душевном спокойствии. Помните, стародавние резиновые сапоги из предвыборной компании суперхозяйственника?" и т.п.

А что насчет слога? Фельетонный репортаж "Летнее сочинение о муниципальной власти" описывал интеллектуальное и административное ничтожество членов совета Муниципального округа №60, пригласивших на заседание одного из учредителей "Петроградского курьера". Последний оказался в роли светской персоны, вокруг которой выстраивалось конфликтное пространство. Слог репортажа "Летнее сочинение о муниципальной власти" содержит все рабочие элементы "стиля Ъ-Колесникова". В тексте было сказано черным по белому: "Вернулись зощенковские времена и зощенковские персонажи. Да, вернулись. Но в романном сюжете Федора Достоевского". Авторы "олигархической публицистики" могли себе позволить наблюдательность, превращавшуюся в угрозу для второстепенных персонажей. Острота восприятия деталей основывалась на букве стенограммы, но в контексте и в комментариях легко перерастала в сарказм. Вспомним про первое столкновение между членами совета Муниципального округа №60 и гостем из Законодательного Собрания: "Мы долго готовили вопросы, на которые мы хотели бы от вас услышать ряд вопросов", - на первых минутах встречи признался Воронцов-младший. "Ответов", - автоматически поправил его А. И. Белоусов". И далее: "Возникает ряд вопросов, которые мы бы хотели услышать от нашего гостя"… Зачем задавать вопросы ради вопросов?" ("Петроградский курьер", №5, 1999).

Сегодня "стилю Ъ-Колесникова" свойственна ирония по отношению к телевизионщикам, способным ради красивого кадра пройтись по ногам пишущих коллег или, наоборот, упустить самое главное. В 1990-е годы газетчики, подвизавшиеся на ниве "олигархической публицистики", редко упускали случай послать "шпильку" в адрес носителей телекамер и студийных редакторов. Не стал исключением и репортаж "Запах праздника на Троицкой площади", в котором телевизионщики "потеряли" и не пустили в эфир губернаторское обещание реализовать намеченное за 5 лет.

Ирония призвана была выйти за пределы портрета, чтобы заявить оценку действиям и словам представителя власти: "Затем внимание присутствующих заслуженно переключилось на губернатора В. А. Яковлева, удачно вписавшего систему подземных труб в политический пейзаж Северной Европы". Или: "В тот жаркий солнечный день губернатор Яковлев был на пике своего недавно проявившегося ораторского таланта". И финальное: "Такова специфика городского хозяйства. Где губернатор прикасается пальцем, там депутату приходится руки запускать по локоть".

Ирония присутствовала во всех крупных материалах газет, не вскормленных Смольным. Дело не в том, что автор названных статей ощущал в себе богатырские силы юмориста или "Петроградский курьер" стал приютом для интеллектуалов-маргиналов. Ирония – привилегия "олигархической публицистики". Поэтому в каких-то несуразно серьезных текстах появлялись фразы вроде следующей: "Но русский человек остается самым душевным владельцем недвижимости" ("Куда плывете, каменные острова?", "Петроградский курьер", №3, 1999).

Бесспорно, что за годы сотрудничества с "Коммерсантом" Ъ-Колесников достиг чеховской прозрачности в описании словесных перепалок между персонажами очерка светской хроники. Но представители "олигархической публицистики" всегда ценили любые словесные перепалки, в ключевых словах которых присутствовал политический конфликт момента. В репортаже, посвященном параду Нахимовского военно-морского училища в честь Дня знаний (1 сентября 1999 года), имел место обмен репликами: "Ничто не потревожило безоблачное небо, когда зычным голосом зачитали приказ N209 в котором Главнокомандующий поощрил преподавательский состав в связи с 55-летним юбилеем училища. Стоявший за невысокой трибуной, (преподаватель училища и депутат городского парламента Валерий Николаевич Селиванов – А. Ю.) Селиванов отчетливо сказал: "Зря они это придумали". В том смысле, что с содержанием приказа все были ознакомлены еще летом. А руководство училища с трибуны депутату ответило: "А зря вы летом не получили грамоту. Сейчас мы вам ее официально и передадим". (газета "КронверкЪ", 4 августа, 1999 , стр. 1-2).

При сравнении "вчера" и "сегодня" могут быть болезненными закулисные аналогии. Если у журналистки кремлевского пула и автора книги "Байки кремлевского диггера" Елены Трегубовой неприятности начались после запрета появляться в Кремле, то из-за саркастического описания забюрокраченного заседания членов совета МО №60 автор репортажа "Летнее сочинение о муниципальной власти" потерял работу пресс-секретаря, но пользовался правом посещать Смольный вплоть до конфликта с начальником службы протокола (вот оно, трегубовское, всегда проявится!).

"Олигархическая публицистика" дрейфует в сторону Кремля

Про Лукашенко: "... недоуменно пожал он плечами".
"Владимир Путин настроил Александра Лукашенко на работу с оппозицией"

Мониторинг российской прессы, пишущей о Кремле, показывает, что успех приходил к авторам, не просто обращавшимся к иронии, сарказму и язвительности, но умело маневрировавших между ними. Возможно, "крестной матерью" так называемого "стиля Ъ-Колесникова" была Тамара Замятина, про которую Коржаков писал в книге "Борис Ельцин: от рассвета до заката. Послесловие": "наш всегдашний критик" (М., 2004, стр. 393). Та самая Тамара Замятина, что после критики Ельцина в 2002 году написала в статье "Внешняя политика: как это делается": "Ныне, при Путине, мы уже вправе ставить властям вопросы... хотя повлиять на готовящиеся решения возможности еще не имеем". Но фактически до "эры Ъ-Колесникова" первые атомы нового синтаксиса тяготели друг к другу в творчестве всевозможных авторов. Кирпичики прообраза стиля закладывались в разных редакциях.

В газете "Аргументы и факты" (№ 50 (947) за декабрь 1998 года, стр. 2) в материале "Президент. Отсечение "правой руки" (авторы: Татьяна Нетреба и Виталий Цепляев) наблюдались переходы от иронии к сарказму. Юмашев собрал советников, чтобы "порешать" животрепещущий вопрос". Валентин Борисович "солировал", советники ему "поддакивали". На встрече с "верхушкой НДР" "кремлевский администратор был в ударе" и "чуть не лобызался с В. Черномурдиным". В ответ на обещания Юмашева "эндээровцы радовались, как дети". На привлекательной грани между иронией и сарказму балансируют фразы вроде "внезапного улучшения здоровья президента". Авторы внимательны к деталям. Покидающий Кремль Юмашев "привычно чуть взлохмачен". Главное различие между методологическим подходом к описанию Ельцина и Путина заключается в том, что в представлениях журналистов Ельцин часто выступал источником гнева, тогда как в изображении Путина не используются понятия вроде "гнева". Первая победа власти заключалась в том, что "олигархическая публицистика" была востребована на службе у Кремля. Остальные игроки (братья Шевченко в Петербурге, президент Акаев в Кыргызии) не оценили ироничного слога как оружия в информационных войнах.

Явь Чанга

"Начальник отдела интелектуальных игр Чанг
... внешне немного похож на Путина".
Александр Носовский

После стилистически близких к совершенству и математически выверенных мемуаров ельцинского телохранителя Коржакова (в первом издании, в мягкой обложке) - это вторая бесспорная удача в области очеловечивания власти, которую часть населения страны признает "режимом". Более того, Ъ-Колесников - это светская хроника, освоившая текстологические наблюдения "игрока в политологический бисер" Д. Галковского. Однажды автор "Бесконечного тупика" признался в том, что усидчиво законспектировал ленинское ПСС. Галковский не первым обратил внимание на то, что Ленин был злым интриганом и резким публицистом, но доказательства Галковского приводились не без бунинской изящности. Возможно, текстологические открытия теоретика Галковского послужили практику Ъ-Колесникову. Долгие годы Галковский писал экспериментальный роман "Бесконечный тупик". В лабиринте российской политики Ъ-Колесников последние годы экспериментирует с читательским восприятием желаемого образа недееспособной элиты.

Творчество Ъ-Колесникова - это мелодичные и слезливые романсы на экономическом пепелище Руси и геополитическом пожарище Евразии. Мелодраматизм - структурообразующий элемент политизированного репортажа светской хроники, нашедшей себе место на первой полосе в деловой газете. Но, внимание, это не старый добрый мелодраматизм русской театральной традиции и не выпуклые эмоции персонажей современных крепко сбитых телесериалов. Эстетика кукольного театра, в который декламаторами и актерами наняты бывшие цензоры. Сверхзадача Ъ-Колесникова связана со строительством виртуального мира при жесткой дисциплине в распределении ролей. Поэтому при чтении его текстов создается ощущение, что находишься внутри кабинетного квеста (ходилки с сокровищами), на нижних уровнях скрещенной с компьютерной стрелялкой, где вместо оружия корреспондент пользуется вопросом. Неслучайно, что атрибутом репортажей Ъ-Колесникова стал обмен репликами на ходу с действующими лицами закулисья. В коридорах власти и под дверьми зала заседаний Ъ-Колесников не спрашивает олигарха, министра или губернатора, а именно вопросом сражает наповал. Одни критикуют: "Газета "КоммерсантЪ" уступает позиции "Ведомостям". Другие хвалят: "Мы читаем "КоммерсантЪ" из-за свежих материалов Андрея Колесникова". Правы те и другие. В словах первых сокрыта правда вторых.

Имперский позничий

"По телевизору показали новый социум,
в котором все частное становится публичным".
Андрей Колесников, "Конец футурологии"

Производственная особенность разведчика - это взгляд на самого себя со стороны. Едва ли не лучшие места с комедийными оттенками у Ъ-Колесникова связаны с репликами в адрес суетливых коллег. Ъ-Колесников уместно ставит себя над журналистами от журналистики. То кто-то не так поздоровался с видным политиком из США, то телевизионные операторы назвали "мужиком" невзрачного супруга президента Финляндии. Кульминация наступает в описании журналистских повадок на пресс-конференциях Путина и глав иностранных государств. Оказывается, есть корреспонденты, которые со звериной ("звериные" эпитеты не применяются в отношении VIP-объекта) хваткой вцепляются в политика, склонного пожимать плечами и т.п. В итоге совместных усилий журналистов и подыгрывающих им политиков получается нарциссизм тотальной пустоты.

Профессионально безупречные тексты Ъ-Колесникова вовсе не случайно построены на школярских эмоциях. Дело в том, что политическая корректность Ъ-Колесникова свидетельствует о прямой и непосредственной связи делового издания с фондовым рынком страны. Если Ъ-Колесников позволил бы себе выйти за некие условные, но вполне просматриваемы границы созданного им жанра мелодраматического репортажа светской хроники, то брокерские конторы и акционерные общества получили бы сугубо формальный повод для обострения игры с акциями. Можно сказать, что мозг Ъ-Колесникова представляет из себя крохотную часть нейронной сети фондового рынка, что функционирует за стенами Кремля и на борту президентской лайнера.

Путинское колесо

"Чем больше будет проходить времени,
тем больше будет сказываться на отечественной культуре
зияющая брешь, эти перерубленные
национальные корни, тем сильнее будет зарастать
и захламляться отечественная нива чуждыми растениями,
мелкотравчатой шушерой вместо поднебесных гигантов..."
Владимир Солоухин, "Читая Ленина"

Корпоративная легализация (институализация) отсутствующего элемента не может проходить ни в каких иных формах кроме как в традициях исторической и шпионской беллетристики и по канонам постмодернизма. Относительно движений от "сидел" и до "привстал - значит, все серьезно" можно сказать, что в глупых фильмах про контрразведчиков персонаж имел привычку привставать во время важного телефонного звонка ("Государственный преступник" и др.). Таким образом, подмеченное Ъ-Колесниковым типичное движение главы государства косвенным образом свидетельствует об отношении Путина к диалогу как телефонному разговору, более привычному для бюрократа любой масти. Движение вверх - элемент романтизма. Через призму цитирования становится понятно, что под торговой маркой "Ъ-Колесников" предпринято удачная попытка в светских репортажах представить спецслужбы источником позднего романтизма. Ирония появляется там, где все понимают неуместность романтизма в изображении спецслужб и большой политики.

Спецслужбы слишком долго занимались социальной этикой, чтобы не выдать какого-нибудь результата. Какое место Ъ-Колесников занял в "борьбе правды с государственной ложью" (В. А.Стрелецкий)? Гибкость лазутчика, а не мягкость и искренность интеллигента, должна была получить адекватную форму в массовой журналистике. Это произошло благодаря вкладу Ъ-Колесникова. Стиль Ъ-Колесникова - это одушевленный канцелярский язык.

От озабоченности до плеч - одна тревога

"И ни слова о бывшем сотруднике КГБ,
никаких неприятных воспоминаний об
отмывании денег в Бэнк оф Нью-Йорк".
Андрей Колесников, "Два шага вперед, шаг влево"

Если в пресс-релизах чиновники "выражают озабоченность", то в светской хронике Ъ "озабоченность" улыбается, радуется и недоуменно всматривается в беременных женщин. "Сначала они стоят в дверях и о чем-то переговариваются - крайне озабоченно" ("Владимир Путин разъяснил Джорджу Бушу обстановку в Ираке"). "И устья рек заилились", – озабоченно сказал наконец господин Кислов".("Ферма веников не вяжет"). Подобные приемы в их применении к мизансценам службы протокола Кремля и Белого Дома автор "Коммерсната" принес из "Известий": "Все началось с Центра стратегических разработок, с программы Грефа, большой сценарной записки для Путина, а еще раньше - с клуба "2015", учрежденного озабоченным сценариями будущего бизнесом..." ("Маленькая стратегия большой страны", "Известия", 30.03.03).

Из-за режима работы в жанре "вчера" простительны свойственные Ъ-Колесникову досадные повторы: "И, пожав плечами, она удалилась" ("Пиво без дружбы - деньги на ветер"), "Мы же не вовлечены в этот проект, - пожал он плечами" ("Владимир Путин разъяснил Джорджу Бушу обстановку в Ираке"), "Чем больше продукта, тем он дешевле",- пожал плечами господин Путин" ("Не в бровь, а в газ"), "Не обязательно,– подавленно пожимал плечами главный тренер" ("Владимира Путина на мячишке не проведешь"), "Да как-то так исторически сложилось", – пожал плечами Александр Архангельский" (статья "Президент отдал похоронную команду", в которой, по тверждению жителей Барнаула, автор дважды простительно ошибается: "Рождественский у него дважды превращаестя в Архангельского" и "нашего бывшего мэра звали Владимир Николаевич", http://tayga.info/forum/viewtopic.php?p=901#901) и др. Тогда как в "Известиях" Колесников (без приставки Ъ) изъяснялся вполне литературно: "Основные лоббистские баталии новейшего времени ложились тяжким беременем именно на плечи министров финансов" ("Бюджет мирного времени", "Известия", 23.09.02). Еще раз оговоримся, что шаблон пожимания плеч не вина, а беда Ъ-Колесникова. Фразы "плечом к плечу" и прочая "заплечная" анатомия стали навязчивым трафаретом у тех, кто пишет речи для главы государства: "И за плечами у каждого из ее членов – уникальный опыт и яркая биография" (Путин, Из "Выступления на встрече с участниками заседания Совета взаимодействия"). "Как и в годы Второй мировой войны, сегодня россияне и канадцы плечом к плечу противостоят новым глобальным угрозам..." (Путин, Из "Поздравительного послания Премьер-министру Канады Ж.Кретьену по случаю 60-летия установления дипломатических отношений между Россией и Канадой и 10-летия заключения Договора о согласии и сотрудничестве между Российской Федерацией и Канадой"), "В годы суровых испытаний народы России и Азербайджана плечом к плечу сражались за свободу и независимость" (Путин, Из "Поздравления Президента Азербайджанской Республики Г.А.Алиева с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне") и т.п.

Плечи как зеркало гласности путинской эпохи, путинской гласности? Или повторами маскируется семантическая недостача как особенность текстов Ъ, перенесенная им из хороших манер "известинской" публицистики (показателен заголовок "Без портянок" и т.д.). Сразу оговоримся, что Колесников был умнее своих персонажей еще до недавних выпусков московскими издательствами книг, основанных на газетных темах. Например, школьное изложение директора Института проблем глобализации Михаила Делягина "Второй кризис Гутенберга" (2003) в самом обидном контексте корреспондировалось с рассудительной статьей "известинца" Андрея Колесникова "Конец футурологии" (2001). Поэтому сегодня поводом для обсуждения становится не Андрей Колесников, но товар с узнаваемой торговой маркой "Ъ-Колесников". По внешним параметрам товар вроде бы почти безупречен, но и в данном случае массовый потребитель нуждается в защите.

Ирония в слоновьих порциях востребована властью потому, что ее представители демонстрируют миру чудовищные образцы речевого и поведенческого эгоцентризма. С поправкой на корпоративный инфантилизм. Отныне корреспондентам кремлевского пула поручено заряжать обычного читателя директивной добротой, а интеллектуалов - иронией. Благодаря их усилиям энтропийные офицеры спецслужб каждый день приближаются к почти человеческому облику. В цитировании, в описании чудаковатых жестов. Основной тактический прием Ъ-Колесникова заключается в добавлении "странности" как вежливого отстранения там, где соблюдены строгости протокола: "И он поглядел на бельгийского журналиста со странной смесью осуждения и жалости" (о Путине в репортаже "Не в бровь, а в газ"). Если уместно так выразиться, журналистский и человеческий подвиг Ъ-Колесникова заключается в том, что он не теряет способности по-детски удивляться изменениям правил игры у взрослых и больших людей: "Из источников в российской делегации мне между тем стало известно, что, как ни странно, обсуждение Штокмановского проекта как с господином О`Рейли, так и с господином Тиллерсоном и правда свелось к двум-трем фразам" и др.

Кремлевская колесница

"Когда кого любишь, никакими силами никто
не заставит тебя верить, что может
не любить тебя тот, кого ты любишь".
Иван Бунин, "Сны Чанга" (1916)

Другая необоримая особенность стиля становится очевидной в сравнении Ъ-Колесникова с экономическим обозревателем Юлией Латыниной. Наблюдательность беллетриста Латынина сноровисто сбрасывает в романы. Пожимание плечами становится привилегией литературного персонажа. В ее газетных публикациях доминирует аналитика. Не дремлющий в президентской тени, Ъ-Колесников лишен возможности подобного маневра. Как и остальные журналисты путинского пула, Ъ-Колесников функционирует в качестве репортажного магнитофона с заранее Кремлем встроенным уничтожителем проблемности. Поэтому внешняя занимательность - обязательное условие текстовых лабиринтов Ъ-Колесникова. Не демонстрируют интеллекта по-лабрадорски (не по-собачьи) добродушные светские Ъ-репортажи. В них нет ни будущего, ни прошлого. Ассоциации уместны при описании одежды, причесок и жестов. Как и все коммерчески успешные публицисты современной России Ъ-Колесников наделен биологическим компьютером, работающим на исполнение одной операции - "распознавание Образа". Юмор в том, что распознается при его же непосредственном участии созданный образ доброго без причины, кем-то озадаченного и кого-то удивляющего Путина.

В итоге получается, что отсутствие интеллектуальных проблем, интеллектуальной методологии и видения будущего глазами интеллектуала - порок не журналистики, а нынешней элиты. Ничто так не свидетельствует о невозможности построения гражданского общества, как политически корректные репортажи Ъ-Колесникова. Ибо если большая политика есть теневой театр марионеток с повторяющимися жестами, тогда практически и окончательно неосуществимой в России становится реализация до любой степени отредактированного и отцензурированного цивилизационного проекта.

Большая политика в тени иронии

(К пятилетию одного репортажа Веры Токомбаевой)

  Ирония - это высшая форма проявления профессионализма нейтрального журналиста, вовлеченного в информационные войны.

  После выхода в свет четвертой по счету политической книги специального корреспондента газеты "КоммерсантЪ" Андрея Колесникова пришло время, и возникла насущная потребность вернуться к одному забытому репортажу кыргызского публициста Веры Токомбаевой. В самом обидном смысле этого слова многословные репортажи Ъ-Колесникова, написанные в соответствии с буквой стенограмм, но освещенные швейковским духом афористичных речей Виктора Черномырдина, в качестве конвейерных образцов уступают единственной заметке Веры Токомбаевой. В чем между ними разница? У Веры Токомбаевой большая политика в тени иронии. Время показало, что у Ъ-Колесникова, наоборот, ирония отступает в тень больших политиков.

  Осенью 2000-го года в газете "Вечерний Бишкек" редакция поместила короткий репортаж под неудачным заголовком "Таков уж регламент". Несмотря на малые размеры, газетный текст чуть более чем в одну тысячу знаков содержал массу неброских достоинств, которые складывались в новаторский стиль на логическом пространстве мало кем замеченного шедевра. Его можно назвать одним из самых недооцененных газетных репортажей начала нового века. Этот крохотный текст украшает журналистику независимого Кыргызстана потому, что "Таков уж регламент" написан гением краткой строки и контекста. На самом деле репортаж Веры Токомбаевой - театральное рецензия на спектакль, в основу которого положена добротно продуманная драма с завязкой, кульминацией и развязкой.

  Вера Токомбаева создала новый стиль, которым, к сожалению, не воспользовалась. Легкий стиль газетчицы, обреченной задуматься о карьере романистки и автора женской прозы, у Веры Токомбаевой сочетается с пикантными деталями, подмечаемыми молодой женщиной, взирающей на мужчин, которые хотят понравиться всем, кого они никогда не знали и с кем не будут общаться. Непреходящая заслуга творческой находки Веры Токомбаевой заключается в том, что ею спародирована точность, буквализм протокола, преломленный через житейскую достоверность и призму иронии со множеством оттенков.

  На пространстве в четыре абзаца Вера Токомбаева показал себя мастером иронического репортажа, введя коллег по цеху в качестве объектов язвительных наблюдений. Через предполагаемые ощущения, когда "журналисты, суетливо забегавшие с камерами", но "были слегка разочарованы" дается представление о высокой эмоциональности происходящего. Зерно высокой эмоциональности российского репортера Ъ-Колесникова XXI века текстолог находит в ранних текстах (2 октября 1999 года) стилистической новаторши из Кыргызстана: "А на вопрос: ругают ли когда-нибудь учителя? - ученики долго в изумлении отрицательно качают головами" (В. Токомбаева, "ТВОИХ ЛУЧЕЙ НЕЯСНОЙ СИЛОЮ..." http://star.edu.kg/data/5/3/?menu=5&sub=3).

  Вторая фраза первого абзаца репортажа Веры Токомбаевой про путинский визит в Азию открыла новую эпоху в публицистике стран СНГ. Основной принцип стиля "одно описывать и характеризовать через другое, достигая иронии по отношению к третьему объекту" содержался в финальной фразе первого абзаца: "на кыргызскую землю ступила свита казахского главы государства". Несколько уровней иронии выявляются при анализе фразы, движущейся от патриотической патетики через язвительность светской львицы (глагол "ступила" дается до подлежащего) к сарказму (безликая многоголовая, но обезноженная "свита") с выходом на внешне политические корректное позиционирование третьего объекта. Сюжетная работа фразы заключается в том, что "свита" "ступила" на кыргызскую землю вместо "казахского главы государства". И без него. Назарбаев как отсутствующий элемент начальной фазы события - образец сюжетной недостачи, формально позволяющий (провоцирующий на) язвительность и сарказм, которые далее уступят место взвешенной иронии. Можно ли рассматривать приведенные доводы доказательством или нет, но журналистка газета "Вечерний Бишкек" Вера Токомбаева наполнила текст заметки тонкими и скрытыми насмешками над персонажами, некоторых из которых не описала как физических лиц, как носителей имен и должностей.

  Завязка в первом абзаце реализуется столкновением национальных различий, коллизией "кыргызское-иное". Поначалу под "иным" дается "казахское", затем эстафетная палочка вручается русским гостям. Первый абзац посвящен чему-то наболевшему и, может быть, приевшемуся, но по-новому ощущаемому в связи с появлением третьего и совершенно нового объекта.

  Во-первых, кыргызы позиционированы почвенниками. Фактически не присутствующие в поле зрения репортера одноплеменники невольно воображаются людьми от земли, почвенниками в духе Достоевского. Кыргызская земля не летное поле аэродрома, но - почва. Кыргызская земля - плодовитое лоно. Страна людей, знающих цену физическому труду. Немаловажна "легкость на душе" у кыргызов, принимающих гостей, когда самолет "наконец появился в синем небе". Над кыргызской землей - "синее небо". То есть, небо-труженник. Кыргызы - настоящие люди. В крови и во плоти, но как выписаны гости? Они представлены "свитой" соседнего "главы государства" и посланцами "государства". Не мастерами, живущими на казахской земле под казахским небом, но чиновниками государства, дворцовой свитой и коллективом без личностей. У читателя создается ощущение, что свита и есть государство.

  Во-вторых, "свита" безлика. Для фактологии уместнее было сказать, мол, ботинок чиновника "соседнего государства" ступил на кыргызскую землю. Но автор этого не делает. Почему? Как репортер Вера Токомбаева сформировалась в русле карнавализма. Для нее группа людей - карнавальное шествие. Поэтому она имеет целью нарастить заявленный контраст между хозяевами (людьми от земли-матушки) и безликими и бестелесными гостями, покинувшими далекий дворец. Свита - атрибут дворца. Самолет правителя - летающий дворец. Если свита пользуется летающим дворцом в отсутствии хозяина, жди интриг и переворотов. Дворцовую свиту Вера Токомбаева выписывает карнавальным шествием потенциальных участников государственного заговора. Если кому-то показалось, что с гениальностью Веры Токомбаевой газета "Пророчества и сенсации" отошла от объективности, то обратите внимание на узел из двух тем "свита без правителя" и "Путин без свиты", который до сих пор востребован журналистами всего мира: "Когда Путина в 2000 году избрали в Кремль, он пришел туда без свиты" (Клаус Хельге Донат, "Новый бонапартизм Владимира Путина", 2004).

  В-третьих, ирония на грани допустимого вычитывается из фразы, согласно которой журналисты "были слегка разочарованы, увидев голубые буквы "Казахстан". Вера Токомбаева - мастер едкой ремарки. Если вчитаться в текст по законам семиотики, то получается, что журналисты испытывают разочарование не от созерцания "голубых букв" или опознавания другого самолета, но из-за "казахского". Здесь заложен легкий укол, один из немногих, которыми казахи и кыргызы обмениваются в быту, противопоставляя братские нации друг другу. Кыргызы в Бишкеке разочарованы "Казахстаном".

  В-четвертых, казахи продолжают разочаровывать принимающую сторону и после того, как фактически ушли из текста. Если аэроплан с буквами "Казахстан" на борту ранее выдавал себя за самолет Российского Президента и был автором удостоен вне эмоциональной характеристики "он", то подлинный "серебристый красавец-лайнер приземлился десятью минутами позднее". В контексте события самолету с названием "Казахстан" представляется достойным только нести на борту свиту, а "Путин с Назарбаевым приняли решение лететь из Астаны в Бишкек вместе, на российском борту".

  Было бы ошибкой промолчать о том, что Вера Токомбаева изнутри взрывает жанр репортажа, заметки светской хроники. Словно умелый драматург она оттягивает кульминацию, предлагаю аналитическую справку по достоинствам распавшегося СССР: "Пока российский самолет подруливал к трапу, подумалось..."

  "Отведав хлеб-соль, Владимир Путин..." - это кульминация. Ранее заявленные сюжетные нити связываются в тугой узле злободневной политической (где-то политологической) публицистики. Во-первых, кыргызская земля - лоно, плодоносящее для избранных. И Путин не простой гость, а спустившийся из синего пространства (привет художественным приемам документалиста Лени Рифеншталь) небожитель, заслуживший угощения и способный по достоинству оценить кыргызский хлеб. То есть, приобщиться к той "кыргызской земле", на которую ранее "ступила свита казахского главы государства". Это не случайное совпадение, а закономерность. Вспомним, что буквально сказано в мемуарах Майрам Акаевой "У надежды не бывает ночи": "Кыргызская земля - соль жизни и большая политика" (М., 2003, стр. 125). Во-вторых, это у казахского главы государства "свита" безлика. А для Владимира Путина свитой становятся главы дружеских государств. Путин равнее всех ему равных. Гость из России и "Нурсултан Назарбаев в сопровождении Президента Аскара Акаева неспешно, но решительно направились к ожидающим их лимузинам". Лимузины - дворцы на колесах. Двигаться по направлению к лимузину, значит, как минимум, удаляться от толпы. Какой толпы? Кто играет роль толпу в мизансцене Веры Токомбаевой?

  С уходом темы "казахское как иное" Вера Токомбаева, как говорится, раздает всем сестрам по серьге. У нее "истошно кричат российские парни". Надо полагать, местные журналисты молчат не потому, что не ценят "двух слов" Путина, но преисполнены самодостаточностью хозяев. Если раньше космополитические "журналисты, суетливо забегали с камерами", то парни из России (чужаки, не ценящие местных нравов) "истошно кричат". Сарказм Веры Токомбаевой приобретает политический оттенок. Не случаен столь резкий возврат к сарказму как средству. Автор готовит читателя к развязке. Газетная заметка Веры Токомбаевой классически закольцована. Текст начинается с заголовка "Таков уж регламент", чтобы завершиться воображаемой, но так и не произнесенной репликой "но - регламент..." "Полуобернувшись, ВВП смущенно пожал плечами: дескать, рад бы пообщаться, но - регламент..." Поэтому в художественном мире Веры Токомбаевой Путин равнозначен заглавному персонажу драмы абсурда "В ожидании Годо" (1952).

  Достигаемый Верой Токомбаевой эффект не понять без привлечения термина "мизансцена". Более того, если текстологу развести характеристики "мастер едкой ремарки" и "репортер, владеющий искусством мизансцены", то не уясненным останется структурообразующий элемент новаторского стиля Веры Токомбаевой. Имя ему: мизансцена в ремарке. И это половина правды. Вторая половина истины кроется в том, что едкие ремарки востребованы виртуальным режиссером, в интерпретации которого исполнение политиками требований службы протокола представлено ироничной мизансценой. "Виртуальным" в том плане, что на самом деле всю описанную краткую сцену прохода от самолета и до лимузинов автор газеты "Вечерний Бишкек" простояла в журналисткой толпе, не переступая невидимую линию, обозначенную офицерами ФСО. Обладая воображением беллетриста, Вера Токомбаева располагает актеров на сцене словно фигуры на шахматной доске, чтобы в дальнейшем их жесты и реплики заработали на главную идею текста, раскрывали драматургический конфликт. Идею, существующую вне ситуации с актерами, заявленными и отработанную автором в полной мере в индивидуальном выводе про самолеты, собранных во времена и на территории СССР: "у глав государств Договора о коллективной безопасности действительно много общего".

  Ироническое сочувствие журналистки, помнящей СССР, абсолютно ей незнакомому, попросту недоступному Путину стало художественным открытием Веры Токомбаевой. Автор репортажа "Таков уж регламент" дает кажущееся увеличение объекта, оставаясь в толпе журналистов, чьи желания не сбылись. Тех, чьи требования не были исполнены. Вера Токомбаева демонстрирует глаз профессионала, способный приблизить объект и создать иллюзию доступности. Взяв на себя функции театрального режиссера, Вера Токомбаева ставит актера одного театра Путина таким, образом, что при двух жестах (для Ъ-Колесникова ставших шаблонами), когда важнее не то, что объект "полуобернувшись,.. пожал плечами", но продемонстрировал "смущенность".

  Вера Токомбаева - чеховское ружье кыргызской журналистики.

  У Веры Токомбаевой палитра иронии востребована для того, чтобы сокрыть, а не обнажить. После 1990-х годов, прошедших в обстановке повышенного спроса на газетную "чернуху" Вера Токомбаева обращает внимание на пустоту, описание которой может повысить рейтинг конкретного политика. Стиль Веры Токомбаевой обещал стать эффективным оружием в информационных войнах. От иронии Веры Токомбаевой Путин как политик не терял статуса лидера и размера личности, воспринимался серьезным человеком в рамках регламента. Финал важен тем, что Владимир Владимирович не произносит требуемых "двух слов". Почему? Политический Сфинкс не заговорил потому, что пока еще осенью 2000 года не на полный маховик цинизма и бездушия был раскручен проект "Ъ-Колесников".

Источник: газета "Пророчества и сенсации"
Автор: Анатолий Юркин
Рубрика: передовица
Дата: №758 (47) 10 ноября 2005 года

  Вместо P.S. Причастна ли Вера Токомбаева к литературным достоинствам книг ("Звезды науки" и др.) и мемуаров Майрам Акаевой "У надежды не бывает ночи"? Скорее всего, нет. Что общего между лаконичным репортажем "Таков уж регламент" и мемуарами видных деятелей страны? Вопрос не праздный в свете того, что сегодня Вера Токомбаева работает корреспондентом "Российской газеты", а именно данное издание заявлено в выходных данных книги "У надежды не бывает ночи" (2003). Ответов на этот и многие другие вопросы нет по причине скудности информации об интеллектуальных процессах современной Кыргызии. В 2005 году Кыргызия переживает трудные времена, которые вдвойне опасны для текстовых гениев.

Приложение
"Таков уж регламент"

"Самолет Российского Президента задерживался на час. И когда он наконец появился в синем небе, стало как–то легче на душе. Однако журналисты, суетливо забегавшие с камерами при виде приземляющегося авиалайнера, были слегка разочарованы, увидев голубые буквы “Казахстан”. 11.55 — на кыргызскую землю ступила свита казахского главы государства.

Как выяснилось, Путин с Назарбаевым приняли решение лететь из Астаны в Бишкек вместе, на российском борту. 12.00 — в небе показался Ил–62. Серебристый красавец–лайнер приземлился десятью минутами позднее. Пока российский самолет подруливал к трапу, подумалось: у глав государств Договора о коллективной безопасности действительно много общего. Воздушные средства передвижения, например. Все президенты прилетели в Бишкек на самолетах, сделанных в СССР.

За долгие минуты томительного ожидания толпа кыргызских, российских и казахских журналистов была щедро вознаграждена обаятельными улыбками лидеров всех трех стран. Отведав хлеб–соль, Владимир Путин и Нурсултан Назарбаев в сопровождении Президента Аскара Акаева неспешно, но решительно направились к ожидающим их лимузинам.

— Владимир Владимирович! Два слова! — истошно кричали российские парни с камерами и микрофонами. Полуобернувшись, ВВП смущенно пожал плечами: дескать, рад бы пообщаться, но — регламент..."

Источник: газета "Вечерний Бишкек"
N 195 (7615) 11 октября 2000 года
Автор: В.ТОКОМБАЕВА.
Фото: Е.ПЕТРИЙЧУК.
Адрес постоянной страницы: http://www.vb.kg/2000/10/11/01.htm

Путинские секреты Старой Ладоги

Hosted by uCoz