Анатолий Юркин (г. Санкт-Петербург)

    «Пасынки забвения»

    Пьеса в 4 актах [, или Забавное костюмированное шоу с афоризмами, уэллеризмами, конспирологическими диалогами невпопад; а также с чеховскими монологами, которые персонажи Двадцатого века также произносят не к месту, и с не совсем удачной попыткой воспроизвести индивидуальную речь реальных прототипов, имена и фамилии которых изменены во избежание возможных судебных претензий со стороны ныне живущих родственников; уф, чего не только не сделаешь в борьбе с забвением!

    (Тайна за тайной в четырех актах и без слова «отчуждение» с персонажем из народа в статусе Deus ex machina в середине пьесы и с ремарками народных гуляний на Масленицу 1939 года в финале пьесы)]

    Действующие лица

    Мужчина в штатском

    Фаддей Фаддеевич Титанин, протагонист в бухгалтерских нарукавниках

    Троеточие, антагонист с удостоверением начальника уголовного розыска

    Марс, психолог из Казани с повадками невменяемого аспиранта из Ленинграда не старше 30 лет *

    Селезнев, сосед из углового дома на улице Граничная (улица Кирова) и Кладбищенская (улица Советская)

    Виктор Таичков, водитель грузовика ГАЗ-51 с зелеными деревянными бортами

    [Таичков человек из народа. Изъясняется уэллеризмами. Особенная роль. Deus ex machina. Бог из машины, капризно принявший одно из народных обличий. При наличии в труппе исполнителя, готового пойти на "сопротивление", роли Мужчины в штатском и Таичкова может сыграть один актёр. В одной роли придется изображать бесстрастный автомат на службе Системы, а в другой избыточно быть Петрушкой из народной среды. Этот же актёр может исполнять роль Третьего синегорца. Если он же сыграет Первого или Второго синегорца, а не перевоплотится в своего отца, то могут возникнуть новые сценические подтексты]

    Ангел [с вершины Александровского столба]

    Василий, довоенный и единственный муж Царевны

    Первый синегорец

    Второй синегорец

    Третий синегорец [, отец Виктора Таичкова, очень на него похожий в 1939 году]

    Левый монтёр на левом столбе, монтёр №1

    Правый монтёр на правом столбе, монтёр №2

    Подсобный монтёр, монтёр №3

    [Чокан [Чингисович] Валиханов, юный путешественник родом из Синегорья

    Передняя половина костюмированного верблюда

    Задняя половина костюмированного верблюда

    Петр Симон Паллас, молодой исследователь Синегорья

    Виссарион Григорьевич Белинский, владелец окровавленного носового платка

    Чернышевский

    Добролюбов

    Томас Карлейль

    Фотограф в зрительном зале, на первом ряду партера

    Лев Семенович Берг, президент Советского географического общества]

    Царевна в 1939 и в 1953 году, женщина старше 45 и 55 лет

    [Екатерина Вторая

    Королева Виктория]

    Роксана, физически развитая старшая дочь Царевны

    Нина Шутова, соратница Царевны

    Нурия, заведующая библиотекой

    Аида, директор музея имени Валерьяна Куйбышева

    Мария, жена Титанина

    Старуха Ротшильдовна

    [Альбертина Паллас, девочка в коротком платьице и в белых чулочках

    Мария Федоровна Андреева, директор Московского Центрального дома учёных

    Мужская массовка, представляющая толпу героев Томаса Карлейля

    В массовке, представляющей толпу героев Томаса Карлейля, могут быть, по решению постановщика, женщины, переодетые мужчинами или, только женщины, переодетые мужчинами, могут сыграть толпу героев Томаса Карлейля]

    Текст в [] можно сокращать по желанию режиссёра-постановщика [, худрука театра, директора театра [и-или исполнителей.]]

    Автор пьесы даёт честное слово, что с прототипами персонажей он был знаком в конце 1960-х, в 70-е и в 80-е годы, а в квартире прототипа психолога Марса был в последний раз в 1993 году и, пользуясь случаем, выражает соболезнования по поводу смерти 85-летнего прообраза психолога Марса в 2020 году.

    В спектакле звучат стихотворения Татьяны Легкодимовой, Ольги Орловской, Владимира Селицкого, Ларисы Штраус и музыка Елены Чичерины.

    Преамбула

    Спектакль начинается с запуска зрителей в зал. Антрактный занавес открыт. На правой стороне сцены два макета Александровской колонны (Александровского столпа; далее — левый и правый столбы) [высотой десять метров]. Это введение в тему Петербурга. Правый столб чуть выше, чем левый. Левый столб слегка задвинут. Оба столба представляют собой триумфальные колонны. Столбы делают отсылку к Александровскому столпу (Александровской колонне). Обозначено навершие колонны. Высота навершия колонны меньше половины человеческого роста. [В четырех местах ствола колонны имеются опор для людей, не видные зрителю. Левый столб трансформируется в тропический цветок из галлюцинаций Марса. Правый столб трансформируется в гигантский гриб.] Для безопасности подъема столб имеет прямоугольное сечение опоры, но это не должно мешать отсылкам к Александровскому столпу. Имеется основание — прямоугольная абака — чуть меньше человеческого роста.

    Двумя столбами обозначен силуэт арочного поворотно-откидного окна с импостом в створке. Оконная арка, имеющая вид подковы, свисает сверху на тросиках. Арка оформлена силуэтами облаков.

    Верхний брусок от левого столба идёт в середину сцены. Верхний брусок от правого столба, который стоит почти в середине сцены) идёт к левой кулисе. Верхние бруски оформлены траверсом опоры электропередач с изоляторами. Хотя траверсы опор не сходятся, не впритык, но создается видимость верхнего бруска и основания арочного окна. Траверсы как вертикальные конструкции опоры идут только вовнутрь (окна), чтобы быть верхним бруском. Однорогие траверсы суть бруски оконной рамы.

    От одних изоляторов вниз спускаются провода, на которых закреплена качель-стол. Качели (из проводов) одновременно и стол Титанина. Столбы электропередач определяют раму гигантского окна. [От других изоляторов вниз спускаются обрывки проводов, которые висят "крючком".]

    Мужчина в штатском с бумагами технической документации обходит оба Александровских столба "восьмеркой", смотрит снизу вверх и как бы проверяет сохранность объекта. Вместе с первыми зрителями на сцену выходят двое мужчин: монтёр №1, монтёр №2 и монтёр №3 с монтёрскими когтями. Подходят к своим столбам. Монтёр №3 подносит к столбам монтёрские когти (4 штуки) для товарищей. Мужчина в штатском придирчиво осматривает когти, имеющие на концах три шипа. Монтёра №3 отпускают, он уходит. Монтёр №1 и монтёр №2 расписываются в бумагах за полученные монтёрских когтей и дают подписку о неразглашении того, что увидят во время работы. При помощи ремней оба фиксируют лазы на своей обуви (сапогах). Мужчина в штатском жестом разрешает приступить к работам. Монтёр №1 залазит на левый столб. Монтёр №2 залазит на правый столб. На одном столбов висит киноэкран, край которого нужно прикрепить к соседнему столбу. Разворачивают экран, фиксируют полотно. Между столбами висит белое полотно киноэкрана. Монтёр №1 и монтёр №2 остаются на верхних позициях.

    Два верхних монтера сидят на траверсах как мальчишки на ветках дерева.

    Звук включаемого кинопроектора. На экране возникает и исчезает изображение коронации Елизаветы Второй. Это киномеханик проверил своё оборудование и правильно ли вывесили киноэкран. Затемнение).

    Пролог

    Начало июля 1953 года. Глухая ночь. СССР. Казахстан. Кокчетав. Пустой кинотеатр имени Жданова.

    Два силуэта в освещенном зале ожидания при закрытых дверях в просмотровую.

    Царевна в платье выходного дня и в красных туфлях с металлической пряжкой.

    Мужчина в штатском. Ваше имя?

    Царевна. Царевна.

    Мужчина в штатском. Ваше отчество?

    Царевна. Царевна.

    Мужчина в штатском. Ваша фамилия в девичестве?

    Царевна. Царевна.

    Мужчина в штатском. Ваша фамилия?

    Царевна. Царевна.

    Мужчина в штатском. Год рождения?

    Царевна (шутит, думая о чём-то другом). Один. Восемь. Девять. Пять!

    Мужчина в штатском смотрит укоряющее.

    Царевна (уступает). Одна тысяча восемьсот девяносто пятый.

    Мужчина в штатском сверяется по своим документам.

    Мужчина в штатском. При вас имеются перьевая ручка или карандаш?

    Царевна. Нет.

    Мужчина в штатском. Вы пришли сюда с блокнотом или листами бумаги для записи?

    Царевна. Нет.

    Мужчина в штатском. Хорошо. Предупреждаем. Ни во время просмотра, ни после не рекомендуется с кем-либо обсуждать содержание киносеанса. Проходите. Зал пустой. Садитесь на любое место.

    Женщина усаживается. Гаснет свет. На экране показывают хронику коронации Елизаветы Второй, проходившей 2 июня 1953 года в Вестминстерском аббатстве в Лондоне.

    Полная темнота. Три часа спустя. Загорается свет при продолжающейся поблекшей картинке. Женщина в слезах.

    Мужчина в штатском (в дверях). Ольга Николаевна, мы не вправе Вас больше задерживать.

    Показывает на выход в ночь.

    Плачущая женщина молча встаёт и выходит из кинозала. За ней двери на засов закрываются кем-то невидимым.

    [Кубик "Первый музыкальный номер"

    Включается и приходит в движение театральный поворотный круг. Пока Царевна идёт по кругу, как бы по сути оставаясь на месте, меняется время года. Наступает зима 1962-63 годов. Сперва падают романтичные снежинки, но затем погода меняется к худшему. С помощью световых спецэффектов создаётся ощущение, что, по-летнему одетая, Царевна идёт сквозь метель. Нет никаких звуков зимы. Против часовой стрелки, наперекор метели, Царевна идёт по двигающемуся поворотному кругу под музыку Елены Чичерины и стихотворение Владимира Селицкого "Ожидающий рай".

    О, зимарь -

    по нутру,

    не кемарь

    по утру,

    где вздыхает Онега

    как псарь

    на ветру.

    Киноварь

    на щеках,

    и оленьего снега

    в слюдяных свинчаках

    с самоедного брега,

    понашлют лопари.

    Пот с лица оботри,

    Пол-ведра нашамань,

    пол-ноги обопри,

    и кропи глухомань.

    Не замай, не дыши

    на сосулек хрусталь.

    В них как ветер с вершин

    отражается Грааль.

    Пусть воротит с души,

    и пропиты шиши,

    обагри, задари,

    отрешись и замри.

    Не видать берегов

    На полотнах снегов,

    В жемчугах желтоглаз

    мутных лун верхолаз.

    С Соловков круговерть

    крутит за косу смерть.

    Будут плыть рыбари,

    ветре при, до зари.

    Кто долез

    до небес -

    Солнце сетью тяни.

    Чу, полярную ночь -

    чуда дочь -

    хорони.

    Тут Архангела всюду

    ступала стопа,

    прямо к чуду

    от чуди и веси тропа.

    Наподдай, поделом,

    намети помелом,

    и до времени скрой

    Грааля светлый настрой.

    То́пи гладью озёр

    занавесятся,

    жги костер

    из сестер

    полумесяца.

    Ожидающий рай,

    спящий севера край,

    ясной к Богу

    душой присоседится.

    Освети нам дорогу

    Большою медведицей,

    и к порогу

    веди гололедицей.]

    Занавес.

    Акт 1

    Кубик "Опыт ста семидесяти одних суток, прожитых без Царевны"

    Солнечное утро 24 июня 1963 года. 175 (сто семьдесят пятый) день в году. Прошло 171 (сто семьдесят один) день после смерти Царевны. Понедельник. Как бы рабочий день.

    Тот же город. Что-то вроде приватной пятачка отдыха под восточной стеной дома Фаддея Фаддеевича Титанина. Что-то вроде открытой веранды. Слева от дорожки для пешеходов и улицы Кладбищенской отгораживает забор, внутренняя часть которого оформлена полками, на которых стоят хозяйственные предметы. В доме в полтора этажа распахнуто единственное окно на восточной стене. Без занавесок. Под окном нет мебели. Угол южной стены и ступени входной лестницы, высотой в половину человеческого роста. От лестницы ведут неубранные доски настил от дождя. С середины сцены на заднике видна сопка Букпа, которая нависает над озером Копа. Сопка и озеро видны потому, что за ухоженным Титанинским огородом идут необжитые участки с низкими силуэтами дальних саманных домиков. Под бревенчатой стеной, между окном и лестницей, стоит стол с самоваром и стулья. Кресло для хозяина дома в левом углу. Брезентовые стульчаки для гостей.

    Троеточие и Марс возникают в арочном окне. Видны по пояс. Смотрят в зал так, как будто озирают окрестности из окна небоскрёба.

    Марс. Где я?

    Троеточие. Двадцать шестого сентября тридцать четвертого года Сергей Киров посетил город Кокчетав и провел собрание партийного актива в здании бывших торговых рядов. Первого декабря того же года в Ленинграде в Смольном в коридоре Ленинградского горкома и обкома ВКП(б) первый секретарь Ленинградского обкома ВКП(б) Сергей Киров в затылок был застрелен [Леонидом Николаевым]. Моя версия убийства связана с возможной тайной встречей ленинградца и коммуниста Сергея Кирова с жительницей нашего города Кокчетав Еленой Никифоровной Кубриной-Парфеновой, которую я бы не советовал называть чудом выжившей Великой княжной Ольгой Николаевной Романовой, старшей дочерью Императора Николая Второго! Эх! А не встречался ли Киров с выжившими Романовыми для обсуждения действий после транзита власти "Сталин-Киров"? (Дёргается после упоминания имени своего кумира Сталина.)

    Сопка Букпа!

    Озеро Копа!

    Сергею Кирову хана!

    Прошло двадцать девять лет после убийства любимца и наследника Сталина. Сто семьдесят один день минул после смерти Царевны, после смерти загадочной женщины, с которой возможный преемник Сталина встречался в Кокчетаве. (Угрожающе, но с улыбкой и наклоненной головой.) Не пытайтесь покинуть Кокчетав!

    Марс. Сопка Букпа похожа на древнеегипетского сфинкса, хранящего тайну озера Копа?

    Троеточие. [Это Синегорье. Здесь вольно дышится сфинксам. До Октябрьской революции здесь было много золотых сфинксов. (Показывает падающими жестами перечисления: здесь первый, вон там второй, а у нас за спиной третий сфинкс лежит.) Все царские сфинксы, все местные тайны утоплены в солончаках.] Земляным сфинксом сопка Букпа сторожит тайну озера Копа. А в нашем шестедесят (не через мягкий знак, ибо разговорная речь) третьем году (о наболевшем) анти-сталинисты не разрешают никаких сфинксов.

    Марс. Ага, что-то происходит?

    Троеточие (казенным голосом информирует того, по поводу права которого быть проинформированным испытывает некоторые сомнения). После смерти местной жительницы девяносто пятого года рождения неизвестные, с не афишируемыми целями, пытаются проникнуть в дом номер четырнадцать по соседней улице Лазаря Кагановича.

    Марс. Хулиганы? Воры, ага?

    Троеточие. Нет. Мужчины такого типа, которых отпугнуть можно только так и не иначе.

    (Троеточие хлопает по кобуре на поясном ремне. Снимает ремень и потрясет кобурой на вытянутой руке.)

    Марс. Всё так ага серьезно? Деньги? Антиквариат? Ценности?

    Троеточие (на согнутой руке кобуру забрасывает за спину). Куда там. [Собеседница Сергея Кирова была бедна как церковная мышь.]

    Марс. И всё же, что ищут, такие же как я, ага-приезжие в доме у озера Копа?

    Троеточие. Имя.

    Марс. Найдут?

    Троеточие. А вот это зависит от людей, с которыми нам предстоит провести этот день.

    Марс (слитно и утвердительно). Агагашеньки?

    Троеточие. Это участник войны, капитан-артиллерист Фаддей Фаддеевич Титанин, которого этой зимой приехал разоружать взвод автоматчиков.

    Марс. Оружие? (Раздельно и вопросительно.) Ага-агашеньки?

    Троеточие. Фаддей Фаддеевич Титанин не пальцем деланый. Но полгода как безоружный.

    Марс. А с кем мне ещё придется провести этот солнечный летний день в июне шестьдесят третьего?

    Троеточие. Нина Шутова, соратница владелицы дома номер четырнадцать.

    Марс (записал в блокнот). Дом пустует?

    Троеточие. После похорон в доме живёт беременная младшая дочь. [Прервала учебу из-за беременности в двадцать один год.]

    Марс (хватается за слово). А старшая?

    Троеточие. Старшая дочь переехала жить в поселок за сопкой Букпа. Но от своего права на половину дома не отказалась. Наверное, ждёт денег от сестры.

    Марс. Неизвестные лица настойчиво пытаются проникнуть в дом, в котором живёт беременная [бывшая студентка]?

    Троеточие. Вот поэтому мы с ребятами наладили дежурство. Сейчас в доме номер четырнадцать дежурит наш общий друг из дома номер два. Вчера была смена нашего общего друга из дома номер семь. Сегодняшняя ночь за Титаниным.

    Марс. Это тот, которого зимой разоружили?

    Троеточие. Старушка из дома номер восемнадцать по улице Лазаря Кагановича хранит охотничье ружье, оставшееся от покойного мужа. Случайно она занесла ружье в дом номер четырнадцать где и оставила на всякий случай. Патроны в ствол сами вставятся. Всяко на ночь занятие.

    До сцены доковыляла Старуха.

    Старуха (изображает стрельбу из оружия с длинным стволом). Шарах!

    Марс (понимающе). Гражданская взаимовыручка?

    Троеточие. Какими вы, психологи. умными словами изъясняетесь. Я скажу проще. Если какая сволочь полезет в пустой дом, получит медвежьей дробью в [спецслужбистскую или сектантскую] харю.

    Марс. Беременная младшая дочь живёт по этому адресу, но дом пустой?

    Троеточие. Объясняю в последний раз. Старшая дочь любит танцевать. Младшая дочь на сносях. Со дня на день разродится сыном. Сейчас в роддоме, куда от нас надо бы отправить гонца.

    Марс (задаёт вопрос, который волновал его весь этот диалог). А я вам зачем нужен?

    Троеточие. Неправильно спрашиваешь, а ещё психолог. Ты живой нужен Фаддею Фаддеевичу Титанину. У него и спросишь, зачем?

    Голос Титанина (снизу и справа, властительно). Чего вы там шепчетесь? Я хозяин дома с высокими окнами. Я здесь, на открытом воздухе. И здесь всем нам будет не тесно.

    Троеточие (свешивается из окна на голос Титанина). А мы тебя в доме ищем. Никуда не уходи. Сиди как привязанный. Сейчас придём.

    Исчезают в окне по-разному. Мгновенное исчезновение Марса. Троеточие разворачивается по-человечески.

    Окно пустеет.

    Старуха. Щёлк!

    Кубик 2

    Троеточие и Марс прошли комнатами, вышли из дома, спустились по лестнице. Идут от силуэта лестницы.

    Троеточие. Уютно здесь безмятежно. Место, удобное для ленивых дачных разговоров. Хотя никаких дач в Синегорье пока нет. Бьются людишки на своих огородах. Здесь в огородах растёт всё... Кроме совести. Благо воды вдоволь. Солончаки кругом, а вода в озере питьевая. Чиста как царская слеза. Прозрачна как слезинка ребенка.

    Марс. Как называется озеро?

    Троеточие (показывает левой рукой на задник). Озеро Копа. (Правой рукой в сторону дома.) Сопка Букпа. (Топает ногой в сапоге). Город Кокчетав. Всё это называется Синегорье. И ровно никакого тебе дела до всей этой природы быть не должно. По моему велению и моему хотению займись-ка ты психологией, незваный казанский гость из Ленинграда.

    Марс (пытается соответствовать). Могли ли в СССР в 1950-е годы советские люди жить тайной жизнью? И до какой степени эта жизнь останется непознаваемой?

    Старуха. Топ-топ!

    Кубик 3

    В окне обозначается Нина Шутова.

    Входит Троеточие. Титанин стоит спиной к визитеру. Титанин смотрит в сторону дома Селезнева, словно ждёт какого-то важного сигнала.

    Титанин. Солнце только встало, а ты весь в земле как землепашец. Записался в комсомольцы целину осваивать?

    Троеточие (отряхивает землю с одежды). Местная новость для тех, кто любит английские детективы. Ночью к береговой линии у аэропорта тело голого мужчины выбросило. Я сразу и приехал. Смотрю: тело раздулось. Испортившийся холодец на июльском солнцепеке оставь на день, вот такая картина будет. А песок на том берегу жёлтый и мелкий...

    (Шутовой интересен разговор. Наклонилась корпусом в сторону рассказчика.)

    Удобный, под женскую стопу.

    Титанин (витиевато). До расставания с душой тело утопленника завтракало, обедало и ужинало на улице "Из каковских будете?".

    Троеточие (уточняет без напрямик заданного вопроса). Не из наших. Не из местных. Приезжий. Я тело в морг отвёз. Пару минут в морге тело полежало, пока мне синюю печать ставили. Из морга на кладбище отвёз. У американского грузовика руль разболтанный и сцепление не такое как у наших, у советских тарахтелок. За бутылку водки добрые люди могилу вырыли. Палку воткнул с бумажкой. На бумажке написано "Н75". Всё сделал по инструкции. Вот такой я человек.

    Титанин. Награду тебе за службу не дадут.

    Троеточие (смотрит в сторону окна, Шутова отступает внутрь комнаты). А женщины в щечку поцелуют.

    Титанин отрывает взгляд от дома Селезнева, разворачивается движением мужчины моложе своего возраста, подходит и обнимается с Троеточием.

    Титанин. Где ты найдешь таких неразборчивых женщин?

    Троеточие (напоминает). Я начальник уголовного розыска. Все конфискованные колоды игральных карт с фотографиями голых женщин хранятся в сейфе моего кабинета.

    Титанин (репликой собственника реагирует на должность). Сцена моя. А твоё ружо не бабахнет на моей сцене.

    Троеточие. Скажи спасибо родному государству. Не чистильщиков прислали по твою душу. Не молодых мужчин с пудовыми кулаками и с наганами в руках. А приехал какой-то бухгалтер. Эх, слабость свою показало наше государство. Подумать только, ведь всего десять годков-то прошло после смерти члена Политбюро ЦК ВКП(б) Иосифа Виссарионовича Сталина. (Сам себя подловил на том, что не озвучил другую должность своего кумира: член Президиума ЦК КПСС с 1952 гола и до смерти в 1953 году. Корит себя за это.) Только думать об этом некому.

    Титанин. Спасибо.

    Троеточие. Вот ведь как жизнь поворачивается. С сорок седьмого хода струячил наш Упаддеич апереди усех. Да вот беда, приехал какой-то очкарик из Москвы. И случились у нас в провинциальном городке... перемены. Отныне мужчина из дома с высокими окнами стоит в стороне от государства. Особливо стоит. И безоружный. Эдак задумает какой беглый каторжник забраться в дом с высокими окнами, а у нашего Фадеича-то и охотничьего ружьишко-то нетуси! О с чего бы Москве осерчать на безоружного жителя города Кокчетава у которого отныне (говорит про себя, показывая пальцем на себя) и своего персонального оруженосца-то нет!

    Титанин. Твоя правда, [провинциальный Пинкертон Панса.] С тридцатых годков я не желал вписываться в какие-либо рамки. Сама судьба мне подкидывала возможность за возможностью. Видать пришло время что-то сделать для людей. Но что? [Подсказывай, Санчо Мегрэ, недофранцузистый и недоиспаниситый.]

    Троеточие. Твоя беда видна как на ладони. Не с кем конкуренцию вести. Себя ты любишь, нравишься сам себе. Брови у тебя наверх лезут, когда ты чужим людям не по нраву. Посмотри на себя из моего кабинета, из форточки начальника уголовного розыска. Страховиден ты, брат, нравом до неприличия. И как Великая княжна тебя терпела?

    Титанин. Что значит твоё слово "терпела"? Держала на расстоянии. Царским чутьем во мне советского распознавала. Такие как она социалистическое на дух не переносят. (Говорит голосом актёра Ефима Копеляна). В сороковые годы я был человек государственный. Другие детишки личиком в мамкином молоке вымазаны, а у меня оружейное масло по всем пеленкам. Но карьеры не сделал. Это факт. А почему? В колыбельной с патроном игрался, да видать не того калибру.

    Троеточие (Титанину). К социализму, братишка, надо подстраиваться. Коммунизм, может и строиться для гордецов, не знаю, а вот строительство социализма гордыни не терпит.

    Титанин (не уточняет, говорит ли про социализм или коммунизм). Взяли всё плохое, смешали в невымытой соседской кастрюле, чтобы, надрываясь, поставить на огонь забвения.

    Троеточие. Забвение — это дельная подсказка как выйти из всех выходов и войти во все ходы один раз. Одномоментно. Бессмысленная вещь.

    Титанин (мягко возражает). Не скажи. Как всегда не прав. Потому, что смотришь на мир по ту сторону кутузки. Если меня держат в тюрьме, а мысленно я знаком со всеми выходами и входами, то за ржавыми решетками мне будет легче!

    Троеточие (Титанину). Ты гордец. А гордыня твоя в размышлениях о забвении. Забвение не нуждается в рассуждениях. И в людях. Забвение — это вечность, помноженная на безвестность. Отсюда... Поэтому... Забвению нужен герой. Мы с тобой не герои. Мы жители Синегорья.

    Титанин. Синегорцы! Справлюсь ли с забвением или проиграю этот бой с невидимым врагом, не важно. Вам останется сопка Букпа и озеро Копа на память о женщине, которая в одиночку вырастила двух дочерей.

    Старуха (междометием напоминает, что никакие синегорцы ничего не услышали и не запомнили). Увы!

    Кубик "Марс в доме Титанина"

    В окне Мария вешает занавески.

    С опозданием Марс выходит к Титанину. Прыгает из-за того, что связан веревочными узлами на щиколотках.

    Троеточие. Позвольте повторно представить. Марс, 27 лет, психолог из Казани. Аспирант из Ленинграда.

    Титанин (откликается на фамилию психолога, хотя татарская фамилия не называется). Как будто дали попробовать субпродукты со стола хана Кулова.

    Троеточие (Титанину). Тебе бы кроссворды сочинять.

    Титанин. Вся моя жизнь один сплошной кроссворд. Всем известны все слова. Один я про себя ничего не знаю.

    Троеточие. Не кокетничай. Одно слово ты знаешь.

    Марс. Какое?

    Троеточие. Забвение.

    Марс (показывает в сторону сцены, откуда только что пришёл, и на лестницу, по которой только спускался). Эта лестница ведёт в дом с высокими окнами? (Показывает влево.) Почему я вижу только одно высокое окно?

    Его не услышали. Пока не заслужил внимания настоящих мужчин.

    Титанин (не про фамилию психолога, а про фамилию). Забвениев. Смешная фамилия.

    Троеточие. У тебя не лучше. По фамилии Титанин. А Зимний дворец на плечах не держишь. Босой не ходишь. Усов не носишь.

    Хотя зрителю последняя реплика Троеточия останется непонятной, но это пиранделлизм. По законам театрального новатора Луиджи Пиранделло, в данной реплике персонаж русской пьесы даёт отсылку к фамилии прототипа Титанина.

    Марс (прецизирует). А разве на входе в музей Эрмитаж не атланты стоят в набедренных повязках вместо шкур диких животных?

    Троеточие смотрит на хорошо выглаженные и со стрелками брюки Титанина. Титанин перехватывает взгляд Троеточия. Опускает глаза, чтобы убедиться в том, что он в брюках, а не в набедренной повязке. [Титанин простодушно щупает себя за ноги и бедра, чтобы убедиться, что с утра жена не завернула его в шкуру дикого животного. Марс видит, что может манипулировать провинциалами, не избалованными общением с профессиональным психологом.]

    Титанин (про Марса). В кои-то веки к нам на огонёк соизволил заглянуть человек без тайны.

    Как бы в подтверждении сказанного он повёл носом в сторону Марса и, разведя ноздри, два раза воздух втянул через нос, как бы наслаждаясь: «Вот! запах человека без тайн...»).

    Троеточие. А сейчас, психолог, будет тебе задание на выживание. Слушай внимательно, если не хочешь невесту удивить простреленной башкой... В тридцать четвертом году в Кокчетав приезжал руководителя партийной организации ленинградских коммунистов Сергей Миронович Киров. По официальной версии, говорил про хлебозаготовки на пленуме райкома партии. В честь посещения партийным руководителем Советского Союза Кировым города Кокчетава улица Граничная (показывает вправо.) была переименована в улицу имени Кирова. Спустя совсем ничего, первого декабря тридцать четвертом году в Смольном Кирова застрелили.

    Троеточие достаёт из кобуры пистолет. Снимает с предохранителя. Загоняет патрон в ствол. Согнутую руку в локте направляет в сторону Марса.

    Не буду стрелять, если придумаешь свою версию того, за что убили Кирова в декабре тридцать четвертого года. Это исторический факт, что правую руку Сталина и его возможного преемника после исторического визита в наш славный город Кокчетав.

    Марс (понимает серьезность намерений мужчины с оружием, сглатывает слюну в пересохшем горле. Уточняет для формулировки ответа). В тридцать четвертом году? Именно во время посещения столицы Синегорья? За столом президиума на сцене городского кинотеатра Кокчетава? До или после пленума райкома партии? Сергей Миронович Киров..? (смотрит на озеро Копа на заднике) встречался..? (словно пытается прочитать шпаргалку на склонах сопки Букпа на заднике) с чудом выжившей Великой княжной, жившей под чужой фамилией простой женщины?

    Титанин аплодирует.

    Троеточие ставит пистолет предохранитель. Вертит оружие на указательном пальце как бы обозначая отсутствие повода для стрельбе по живой мишени. Вынужден засунуть пистолет в кобуру.

    Троеточие (отряхивается от срежиссированного возбуждения). Люблю я это дело.

    Титанин (Марсу про Троеточие). Он не психопат. Он сталинист. Но и мы, остальные, не лучше.

    Марс (не может остановиться в своих спасительных мыслях). На момент встречи с Кировым в тридцать четвертом году чудом выжившей Великой княжне Ольги Николаевне Романовой было полных тридцать девять лет?

    Титанин. Не во всех головах шведские шарикоподшипники закреплены.

    Троеточие (Титанину). Я тебе говорил. Всё на лету схватывает. Это какой-то цирковой аттракцион. А я в цирке, как и большинство советских граждан, ни разу не был.

    Титанин. Мозгоправ быстрее остальных вошёл в наше положение дел. Ладно, пускай поживёт в моем доме. До отъезда. Куда ты там не собирался его отправлять.

    Троеточие. А ты, ученый, поближе будь к простым людям.

    Марс (оглядывается). Где здесь совсем простые люди? Вы разве не начальник уголовного розыска? Хозяин этого дома c высокими окнами разве не был телохранителем Великой княжны с сорок седьмого года и до её смерти в января этого года? Какие же вы "простые люди"?

    Троеточие. Остёр на язычок? А ведь я ещё не решил, оставлять ли тебя в живых?

    (Марс делает размашистые записи в блокноте). По ходу проблемного обучения следует активнее использовать документальное и учебное кино?

    Титанин (разочарован). Понятно. На улице человек как человек, а в моем доме мозгоправ общается только вопросами. Вот и вся ваша наука. Понимай, как хочешь, насколько опыта хватит или как тебе будет удобно!

    Троеточие. Вот сейчас ты меня спросил и я тебя понял, хотя это были твои синегорские вопросы без знака вопроса, а не ленинградские хотелки.

    Титанин. Милиция спелась с мозгоправами. Я вижу, куда катится мир.

    Троеточие. Моя бы воля, я бы к каждому из нас поставил бы по человечку, задающему вопросы... (Пытается поймать взгляд Титанина. Ему это не удается. Поэтому даёт новую формулировку. Подбирает слова для своей казенной картины мира.) Когда снова будет на то воля сверху, к каждому из вас, задающих вопросы, мы поставим по человечку.

    Марс (продолжает). "А зачем ты это собираешься делать?" "А ты, дурашка, подумал о последствиях"? "Оно тебе надо?"

    Троеточие (делится сокровенным). Как школьник, которому в руки попал приключенческий роман, я часто пытался представить себе, как Сталин даёт поручение Кирову. Мол, поезжай в городишко Кокчетав. Во время встречи с чудом выжившей Великой княжне Ольгой Николаевной Романовой проинформируй её о том и о сём. Ну, например, как плохо ведут себя банкиры Швейцарии. И как на мешках с царским золотом продолжают сидеть банкиры Лондона. А потом, говорит Сталин Кирову, которого любил как родного сына, спроси у неё... И вот тут троеточие! Не хватает воображения кондовому милицейскому черепу! Чувствуешь себя как лошадь в шорах.

    Марс. Ага-ага?

    Марс делает вид, что хочет всех обнять по-братски. Никто не откликается на немой призыв побрататься.

    Марс. Эту часть жизни я прожил? Предстоящую биографию мне придется сконструировать? Событиями последних дней я заработал новый кусок жизни, ага?

    [Троеточие. Предупреждаю, психолог. Здесь все ненормальные. Буду признателен, если укажешь пальцем на самого ненормального из присутствующих.

    Марс (тыкает указательным пальцем себе в грудь). Я?]

    Титанин. Не надо плакаться. Тоже мне, нашлись дети подвального света, выросшие при пыточных факелах.

    Марс. Обладание политической психики может быть фактом тайной жизни гражданина, но политическое мышление требует публичности?

    Титанин. Это первый психолог в доме с высокими окнами. (В неистовстве бьет кулаком по столу.) В моём доме! Посланец чертовой науки! Так будь добр, яви свою научную милость. Объясни мне... Психологию... Забвения, дружок. (Наклоняет голову, смотрит снизу вверх.)

    Троеточие. Всякая собака в этом городе знает дорогу в мой кабинет. Для городского отдела внутренних дел Советская власть отняла кирпичное здание у артели по производству конфет. Оттого жизнь моя должна быть сладкой. Докладываю: во рту вкус такой, будто боксер по зубам врезал.

    Кубик "Звероферма"

    Троеточие. Я люблю стрелять в людишек. Областное начальство мне запрещает, а у меня это вроде охоты. Вот зимой был случай. Один хотел уйти в Омск. По глубокому снегу. Я ему сел на след. Широко шагает впереди. Я иду ему след в след, мне легче должно быть, а никак не могу нагнать.

    (Даёт объяснение, предупреждая возможные расспросы).

    Моложе меня. Первый раз выстрелил ему в спину, когда выскочили на замерзшие солончаки. Ничего. Когда он на высокий сугроб взбирался, я ему послал второй гостинец. Вижу, что попал. Ну, думаю: "Сядем мы, дружок, с тобой на польский завтрак". А он идёт как заговоренный! Почти догнал шапку ушастую. В третий раз стреляю. Почти в упор. Напраслина... Привезли его в морг. Для протокола осмотрели. Подиш ты. Все три пули застряли в фуфайке.

    Сведёнными пальцами делает жест руками, как будто показал слушателям эти три пули.

    Титанин. Всякий, кто был на фронте знает, что надень одну фуфайку поверх другой ватник, а третью телогрейку на спину накинь, рукава свяжи на груди, и лучше всякого железа защитят от пуль.

    Троеточие. Простую хитрость вынес тот, кто был на войне. А я не бывалый. Здесь отсиделся. Была возможность. (На секунду захотел было рассказать про обстоятельства, при которых получил освобождение от призыва. Было искушение облегчить душу, но сдержался). Это эрмитажный атлант Титанин в набедренной повязке мифологического героя до Германии дошёл. [А мне неоткуда было такое узнать. Я тут был. На подхвате. Нина Шутова подтвердит.] Ножками в послевоенной жизни боевой опыт приобретаю.

    Марс. Значит, тот ваш преступник из фронтовиков был?

    Троеточие. Нет. Молоденький был совсем. Зверофермы грабил.

    Титанин. Однородный ты мне человек. Был. С этой зимы, считай со вчерашнего дня у меня теперь нет оружия. А у тебя за стеной кабинета целая оружейная комната.

    Троеточие. Не примазывайся. Боком ты поставлен к своему классу. Не признаём мы тебя за своего. Душою ты рвешься куда-то в неположенные места.

    Троеточие (за локоток отводит Марса в угол сцены). Ты мне как психолог скажи. Они монархисты?

    Марс. Нет?

    Троеточие. Я знаю, что нет. Дай научное определение.

    Марс. Почему я не наблюдаю профессионального выгорания у людей, связанных с тайной чудом выжившей Великой княжны? Может быть, потому, что все эти годы люди функционируют каким-то подобием нерелигиозного культа? Если они не монархисты, то что всё это значит? Как вот это всё безобразие по-научному называется?

    Троеточие. Зря я тебе жизнь сохранил. Бесполезен ты. Тут бегущего сайгака нужно догнать. Вровень бежать с лидером стаи. А ты со своей ленинградской наукой словно детский автомобильчик с педалями.

    Троеточие (Титанин). У тебя остались книжки, что с собой привёз контролер из Москвы?

    Титанин. Какие-то молодые фантасты. По фамилии Стругацкие. Что мне с этим книгами делать? Тебе отдать?

    Троеточие. Мой тебе совет. Начинай собирать библиотеку художественной литературы. А книжки командировочного надо уничтожить. Улика-с.

    Уходят Троеточие и Титанин.

    Марс. Куда уходят? Зачем?

    Старуха. Ко-ко-ко!

    Кубик "Первый выход Шутовой"

    На согнутой руке Шутова выносит таз с постиранным бельем, который прижимает к бедру.

    Шутова. А, казанская сирота, тебя мужчины не посылали в зеленый магазинчик за водкой?

    Марс. Нет. С нашего с Вами знакомства я хотел спросить про музей. Слушал версии от трёх человек. Ничего не понял.

    Шутова (усмехается. Ставит таз под окном). У нас не Казань. Всё проще. Ты в сердце казачьей станицы. Нравы до революции здесь были такие: либо расцелуют до синяков, либо шашкой разрубят от плеча и до бедра. Спрашивай, коли свой блокнотик не до последней страницы исписал.

    Шутова развязывает веревки на щиколотках Марса.

    Марс. Меня интересует один исторический анекдот. Я слышал, что музей Валерьяна Куйбышева создан поспешно и по ошибке. Там была какая-то история? Что-то, о чём не принято вслух говорить?

    Шутова (пытается уйти от темы). Великая княжна... Елена Никифоровна не была на открытии памятника Куйбышеву в 1950 году.

    Марс. И я не был, ну и что?

    Шутова. Великая княжна не разделяла народной скорби советских людей, когда в марте пятьдесят третьего умер последний двойник Сталина. Только не вздумай обсуждать эту тему с нашим местными сталинистами, с Троеточием.

    Марс выражает нетерпение.

    Шутова (смиряется). Когда Сталину сообщили о первой попытке самоубийства, то что-то они напутали в своих москвах. По справке, предоставленной Сталину, вроде как умерла Великая княжна.

    (Пытается шутить.)

    Удачно самоубилась. Шла война и было не до того. На месте можно было пощупать за край платья, а справку составляли другие люди или вообще нелюди. А после войны Сталин, помня о подданной ему справке, подписал документ о создании музея Великой княжны. В один росчерк. Деньги пришли в Алма-Ату. Было две основных статьи расходов. Музей чудом выжившей Великой княжны. И женский бюст из металла. Что делать? И снова выкрутились партийные интриганы. С самого начала было понятно, что от денег нельзя отказываться. Деньги следовало освоить тем или иным путем. Решили поступить следующим образом. Создали музей Куйбышева, но так чтобы можно было переделать под музей другого местного человека с другим прошлым. А в Москву отправили справку с перечислением расходов и экспонатов музея. Неизвестно, дошла ли хитрая справка до Сталина. Но самое главное. В партийной жизни для здешнего начальства не было никаких последствий. Как у них принято говорить в таких случаях: "Сработало!" Так и живём. И чудом выжившая царевна могла бы посетить музей Куйбышева, который за одну ночь можно переделать в её же память. После смерти Сталина в Москве может и не осталось начальства, понимающего кто тут у нас жил.

    Марс (отказывается верить). Какой выразительный исторический анекдот.

    Шутова. Это быль. Меня вызывали. Заплатили деньги как консультанту. Спрашивали про одежду и какие Великая княжна книги читала?

    Марс. Доказательства где?

    Шутова. Ах да, вы же казанский психолог. Людские слова не более чем эмоции. Ещё поди в свой блокнотик запишите: "Ложная память". Хорошо. В подвале Титанина хранятся документы. Дом с высокими окнами стоит на мешках с бумажной правдой. Ключ от подвала висит на гвоздике в кухонном шкафу. Пошли, казанский психолог, покажу тебе финансовые документы на создание музея чудом выжившей Великой княжны в Кокчетаве.

    Марс (идёт в полшага). Документам я поверю, а люди могут ошибаться...

    Шутова (подстраивается под неуверенную мужскую походку). Ага, мы такие. Наошибались себе во вред. Ты, казанский пожарный, думаешь, зачем приезжала сестра Фанни Каплан? Из Москвы назначили её новым директором музея чудом выжившей Великой княжны в Синегорье. Приехала директорствовать, а царевна-то жива. Кровушку потеряла. Килограммы сбросила. Но сама на сопку Букпа по дрова ходит. Весь вечер за одним столом просидели. Я за тем столом с краюшку сидела. Отказалась сестра Фанни Каплан директорствовать. И поехала сиротинушкой в Джамбул. А её там ни один человек в ссылке не ждал.

    Кубик "Государство Полифем"

    Шутова и Марс продолжают разговор в присутствии Титанина, Троеточия и Старухи.

    Марс. Что бы житель Синегорья сказал, если бы кто-то попросил дать Титанину характеристику одним словом?

    Шутова. Надменный.

    Марс (уточняет). Как он живёт?

    Шутова. Надменно.

    Титанин. Хорошо сказано! Ибо я живу над меню. Ни одно явство из меню вашей обыденной жизни меня давно не привлекает.

    Марс. Шутовой можно дать характеристику одним словом?

    Троеточие (подключаясь). Сильнее.

    Марс. Шутова сильнее нас с вами. Ничего другого и не следовало ожидать от соратницы царевны.

    Марс (не спрашивает). Царевна?

    Титанин (эгоистично срывается). Заложница забвения. Царевна была заложницей у людей, имена и должности которых мы никогда не узнаем. Разве может быть ещё большее оскорбление для меня? Меня?!

    Троеточие. А кто говорит? Человек без должности.

    Титанин. Да.

    Троеточие. Твоё имя будут помнить лишь про одном-единственном условии.

    Титанин. Молчи.

    Троеточие. Если люди узнают, что женщина без образования и без работы была Великой княжной.

    Титанин. Не провоцируй. Я рассержусь.

    Троеточие. А и не сомневаюсь в том, что снова будешь негодовать.

    Марс. Ага. Вопрос в том, на кого?

    Троеточие. Можем поспорить. Я ставлю на то, что Фаддей Фаддеевич Титанин негодует на весь мир и на всё человечество.

    Марс. На весь Советский Союз? Ага. На всех советских людей? На жителей Синегорья? На соседей?

    Шутова. На себя самого.

    Марс (ничего не понимает). Зачем судьба привела меня в дом с высокими окнами?

    Троеточие. Мне психолог не нужен.

    Титанин (добродушно объясняет). Через мозгоправа нам с Шутовой предлагают заключить перемирие.

    Шутова (огрызается без паузы на осмысление услышанного). Я не верю науке.

    Титанин. Погляди на него. Это какая-то пародия на литературного персонажа Паганеля из романа Жюля Верна.

    Шутова (без тревоги). Он и сейчас что-то записывает в свой блокнот.

    Титанин (пародирует анонсы в СМИ). Интересные факты из жизни аборигенов Синегорья! Спешите прочесть первыми! Научная сенсация из свежего номера газеты "Субботний мозгоправ"!

    Марс. На кого поставлена мышеловка?

    Старуха. Кис-кис!

    Марс разово хлопает в ладоши. Междометие понял как подсказку. Восторженно смотрит на каждого из окружающих, будто он попал в казино на место крупье, который не проиграет ни при каких обстоятельствах.

    Троеточие (Титанину и Шутовой, но и в зал на слове "забвение"). Великая княжна жила как простая женщина. Великая княжна умерла как простая женщина. Её похоронили как простую женщину. Поэтому сегодня не важно, была ли простая женщина Великой княжной. Надо отказаться от иллюзий. Я отказался от иллюзий.

    Шутова (с вызовом). Сталинизм возглавляет список иллюзий.

    Троеточие (избегает обострений от осознания государственной важности того, что делает). Это был выпад персонально в мою сторону. Принимается. Согласен. Уточню. Пришло время отказаться от иллюзий, не связанных с государством. Государство позволило Великой княжне жить как простой женщине. Государство поставило печать смерти в сюжете о Великой княжне, жившей как простая женщина. На этом всё. Остальные обстоятельства этого сюжета не важны для истории. Остались две дочери. Младшая дочь родит ребеночка со дня на день. Одноглазое государство по имени Полифем прислало в командировку двух жителей Ленинграда для проверки. Один командировочный ленинградец пропал без вести. Казанско-ленинградский психолог узнал, что местные до сих верят в то, что умершая была Великой княжной. Ни один из ныне живущих людей не сможет повторить подвиг простой женщины. В отношениях каждого из вас с государством не будет сказки о Великой княжной. Подобно пауку государство каждого из нас поместило в паутину забвения. Этим сравнением я не хотел обидеть пост-сталинское государство. Я указываю вам на то, что любой протест, любой бунт будет попыткой разорвать паутину забвения. Откажитесь от иллюзии возможности чего-то кроме забвения.

    Титанин. Нам предлагают перемирие. Нас не уничтожат.

    Шутова (с запозданием). Перемирие с кем?

    Титанин. У нас общий враг. Но все жертвы забывают вражеское имя. Это забвение.

    Троеточие (неуверенно). Наука не занимается забвением.

    Шутова (догматично). Вся ложь сегодняшней так называемой науки подлежит двойному или тройному забвению.

    Титанин. Ещё одно доказательство того, что женщины по природе своей ожесточеннее мужчин.

    Троеточие (косвенно просит поддержки). Психолог нужен вам обоим.

    Марс (подключается). Перестаньте грызть друг друга на тему, кто больше достоин памяти о пережитом чуде? Ага? Мальчики или девочки?

    Троеточие. Как трудно с вами. Лучше сутки просидеть в каталажке с людьми дурного запаха, чем битый час выслушивать ваше раздергайство.

    Марс. В пьесах шведского драматурга Августа Стринберга мужчина побеждает женщину или наоборот?

    Троеточие. Какие вы все эгоисты! Как подло и мелко каждый из вас упивается своими слабостями! Ни один из вас не услышал того, что я сказал. Я вам исповедался. Я вам поведал свою тайну. Мне труднее, чем всем вам вместе взятым. Потому, что государство остается в моей голове. Вы все меня унизили. Израненным сердцем я вынужден признать... Забвение сильнее государства!

    Старуха. Бо-бо!

    Кубик "Троеточие междометиями дразнит Старуху"

    Титанин, Шутова и Марс аплодируют своевременности реплики Старухи.

    Троеточие (говорит вразрез аплодисментам). Напраслина. Никогда мы не построим коммунизм. Потому, что треть людей безумна. А безумными нельзя управлять, манипулировать. Ходила тут. Изображала из себя безумную.

    (Срываясь по-детски.)

    А ведь могла бы озвучивать имя товарища Сталина! Я тоже так могу!

    (Пародирует.)

    Сю-сю! Трамп-трамп! Ась-ась! Лимпопо! Игого! Накуси-выкуси!

    Титанин. До войны за лошадиное "Игого!" в имени пролетарского вождя дали бы десять лет лагерей.

    Старуха (высовываетсяиз-за спины Титанина, оппонирует). Тю-тю!

    Троеточие смотрит в ту сторону, откуда высовывалась Старуха. Пытается понять: было ли её "Тю-тю!" политическим высказыванием об упущенной возможности построить лучший в истории передовой общественный строй.

    Троеточие (соглашается с Титаниным). Да. Социализм умеет быть жестким к нарушителям. Здесь бы в Синегорье и сидел бы. Западнее того города Кустаная, в котором отбывал ссылку Михаил Бахтин. Южнее того города Павлодара, в котором сегодня отбывает ссылку сестра Фанни Каплан.

    Титанин (издевается). Будет ещё одна попытка с другим человечеством.

    Троеточие. Ученые над этим работают. В книжках командировочного были на это намёки. Остальное молчок.

    Марс. И чем Ваше молчок отличается от бреда старухи?

    Троеточие. Мне мой "бред" помогает вести допросы. А она сама себя не сможет допросить.

    Шутова, Титанин и Марс смотрят на Троеточие.

    Троеточие (подстраивается под коллектив). Забвение — это когда сам себя допрашиваешь о причинах и обстоятельствах пережитого одиночества.

    Все одобряют возвращение Троеточия в неформальный клуб пасынков забвения.

    Кубик старушечий

    Старуха (подсказывает, мол, записывайте, я важное говорю. [Мол, спешите, пока я ещё жива]). Ц-ц-ц!

    Старуха. А-а-а-а!

    Старуха. Р-р!

    Старуха. Ей-ей!

    Старуха. Виват!

    Старуха. Ну-кася!

    Старуха. Ай-люли!

    Кубик последний в почти отыгранном акте

    Нина Шутова (Титанину). Да разве ты человек? Посмотри на себя стороны! Хочешь хотя бы раз в жизни услышать слово правды? Да что я тебя спрашиваю! Прошло время оглядываться! Так наоглядывались, что чуть головы сами себе не поотрывали. Не человек ты, а... Сейчас не тебе, но всему миру скажу! Так скажу, чтобы мир содрогнулся! И чтобы ничего подобного во второй раз не случалось! Смотрите, дети! Разве это Фаддей Фаддеевич Титанин? Узнаете героя войны? Бравого артиллериста? Нет. Это не человек. (Складывает губы колечком, как делают, когда во время курения выпускают табачные круги.) У-у-у! Железный занавес. И некому тебе сказать "спасибо" за то, что с сорок седьмого года был ты железным занавесом для одной женщины. (Сбивается с характеристики Титанина на главную для неё тему.) Зачем-то хотела сказать "слабой женщины". Ан нет, так не скажу. Во многом я виновата перед... Великой княжной. Но этот грех не возьму на душу. Ну что молчишь, железный занавес? Как услышал слово правды, так и перестал скакать на одной артиллерийской ножке?

    Титанин и Шутова уводят Старуху. Троеточие следует за ними, смущенный тем, что советская женщина повысила голос на советского мужчину.

    Марс остаётся один на пустой сцене. Во время монолога принимает позу Half Moon Pose Ardha Chandrasana. На одной ноге совершает медленные наклоны корпусом при выпрямленных руках. Позу половинной луны принимает, то в одну сторону зрительного зала, то в другую.

    Марс. В старших классах школы была ли учительница химии, которую мы немножко дразнили? Было ли царство лягушек в моей деревне? Кто же спилил толстые вязы в три обхвата? Кому мешал этот лес из старых вязов? Куда их убрали? Зачем высадили тополя? Был ли я ребенком, когда плавал на пароходе и видел обнаженное речное дно с ужасными видами? Почему корейцы обращаются ко мне, принимая за своего? Если я казанская безотцовщина, почему для меня учителем стал еврей из Перми? Только ли ради денег на старших курсах в Казанском дворце пионеров я вёл детскую секцию акробатики? Жалею ли я, что бил детей до синяков за ошибки в повторении движений? Прав ли я, если после аспирантуры откажусь создать лабораторию в Омском институте физкультуры? Я обманут? Кем?

    [Кубик "Второй музыкальный номер"

    Ещё не перестал говорить Марс, как из динамиков слышна тихая мелодия, которая нарастает и голосами Роксаны и Шутовой исполняется песня "Чемодан без ручки..." на стихи Татьяны Легкодимовой в стиле близком к тому, что предлагала Елена Чичерина.

    На голос Шутовой Марс не откликается. При голосе Роксаны Марс оживает мимикой и круговыми движениями головы. Когда звучит голос Роксаны зачарованный Марс как бы ищет источник звуков, придающих ему силы в трудной жизненной ситуации. Возможно, пытается делать упражнения йоги на одной ноге.

    Голос Шутовой. Еще на любовь становлюсь я мудрее,
    Разлуки следы просочились в песок.
    А ветер весенний печали развеял.
    Но прежние чувства не скрыть между строк…

    Голос Роксаны. Что ж, буду учиться без страха и боли,
    Без ужаса в сердце дышать без тебя.
    Сама одолею, найду силу воли
    Без стона тащить "чемодан бытия".

    Голоса Роксаны и Шутовой, двухголосие. Да, с ним будет тяжко, раз выбросить жалко!
    Здесь «ценностей» много, хоть с виду старье.
    Теперь он без ручки… пора и на свалку.
    Но сердце-то знает, что это вранье.

    Голос Шутовой. Цепляюсь упорно за старые чувства,
    Хоть пыткой мне груз в одиночку нести.
    На спину взвалить? Так, чтоб кости до хруста?
    А может, все сжечь в нем до пепла в горстИ?

    Голос Роксаны. И легкой, свободной, без лишней обузы,
    Без мусора в прошлом, без бед и обид
    Уйти налегке, коли порваны узы?
    Понять и простить… Только сердце скорбит…

    Монтёр №1 и Монтёр №3 выкатывают на сцену большой чемодан. Открывают крышку. Жестами предлагают Марсу залезть в чемодан. Марс ждёт продолжения песни голосом Роксаны, но музыкальный номер завершился. Поэтому у него нет сил сопротивляться. Марс складывается в позе зародыша в чемодане. Закрывают крышку.

    Голос Марса из чемодана. Я? Чемодан без ручки? Чемодан без ручки? Я? Чемодан без ручки? Я?

    Со сцены увозят чемодан с Марсом, который внутри чемодана кричит в щели под крышкой.]

    Затемнение.

    Акт 2

    Окно закрыто. Занавески задернуты.

    [Кубик "Просмотр кинохроники"

    Между столбами висит простынь киноэкрана. Монтёры на столбах с походными ручными кинокамерами в руках. Подражая хроникерам и документалистам, снимают Царевну и окружающую обстановку. Круговые движения камерой, округлые движения вверх-вниз. Возможно, это служебная киносъемка. Звуковым сопровождением становится стрекот как бы работающей кинокамеры, а не звук из кадра. Немое кино.

    На экране актеры, изображающие коронацию Елизаветы Второй. Актриса, играющая Царевну как зрительницу, одновременно в роли Елизаветы Второй. Синегорцы играют свиту (епископа и др.).

    Зрители на сцене аплодируют, когда на экране показывают Царевну в роли Елизаветы Второй.

    Над киноэкраном между столбами вывешен политический плакат с лозунгом «Советские трудящиеся! Проигнорируем коронацию Елизаветы Второй!», а под белым полотном раскровянился плакат с агитацией от обратного «Монарх в Британии, власть Советов — в СССР!». [До начала спектакля эти плакаты и-или их копии можно вывешивать для зрителей в фойе театра.]

    Зрителями черно-белой кинохроники стали Титанин, Шутова, Троеточие и Марс, который уходит в начале акта. Шутова и Марс сидели рядом. Марс что-то пытался разузнать у Шутовой. Кинохроника прерывается. Монтеры убирают киноэкран и плакат. Зрители возвращаются в повседневность.]

    Кубик "Неведомая сила против Марса"

    Шутова (отвечая Марсу на непрозвучавший вопрос). Насколько я знаю, была единственная договоренность. С 47 года Титанину обещали что Великую княжну никогда не поместят в психушку. Как это водится у власти, в конце сороковых годов сразу же попытались произвести освидетельствование. Вместе с психиатром приехало несколько милиционеров из Омска. Их встретили восемь вооруженных мужчин. Стольких успел собрать Титанин. Незваных гостей не подпустили к дому с сиренью в палисаднике. Те повертелись, да и уехали ни с чем. Восемь вооруженных мужчин, готовых умереть может быть и представляли интерес для психиатра, да только не срослось.

    Марс (показывая на пространство между столбами). Мы видим, что созданы условия для «провокации» изменений в индивидуальности человека через диалог и воспоминания.

    Титанин. От тебя, психолог, я не жду благодарности. Ни от кого не жду. Ни грамма благодарности.

    Марс. А почему? Я что, не заслужил?

    Троеточие. Увиденное за прожитую жизнь утвердило нас в важной мысли, без которой мы жили до сегодняшнего дня.

    Шутова (в пандан словам Троеточия). Память — это отложенное забвение.

    Титанин (приревновал Шутову к общению с Марсом). Бессмертие недостижимо из-за неизбежности забвения.

    Шутова (возражает). Память — это посредник забвения.

    Титанин (упрямится). Забвение — это подтексты и контексты беспамятства

    Шутова (не отступает). Забвение — это прощение через насилие.

    Титанин. Забвение — это оружие победы над чем-то забытым.

    Шутова. Бессмертие достижимо через победу над забвением.

    Титанин (предлагает компромисс). Беспамятство всегда пролог к забвению.

    Шутова. Бессмертие — это пустая комната в храме забвения.

    Марс. Зачем мне Шутова рассказала про музей Великой княжны?

    Титанин. Простая женщина. Уверен, не всю правду тебе поведала.

    Марс. А вам что запомнилось с этим анекдотичным сюжетом?

    [Шутова напевает тему из музыкального номера.]

    Титанин. В конце сороковых приезжал скульптор. Встречался с Великой княжной. Из гипса её голову вылепил. Дом этот тогда строился. Я комнату снимал у царевны. На табурете сидел и смотрел за тем, как скульптор её голову из гипса делает. А потом оскорбили всех нас до глубины души. Вдруг присылают памятник какому-то пучеглазому чудищу. Устанавливают голову гиппопотама посреди пустыря. Не видел ты, сколько на открытии памятника в толпе было мужчин в военных фуражках.

    Марс. А в чём правда?

    Титанин (рассматривает собеседника, словно только что проснулся). А правда в том, что на открытие памятника Куйбышева хватило им наглости пригласить Великую княжну. Отказалась. Не пошла.

    Марс. Но разве памятник соратнику Сталина не способен украсить любой провинциальный городок?

    Титанин (Марсу, обыгрывает его имя). Понимаешь ли, бог войны, что под этой железкой они честь мою похоронили? Честь Титанина!

    Марс. Как же вы выжили?

    Титанин. А никто ничего не понимает. Бывало, среди людей мы с Ниной говорим о царевне...

    Шутова. А люди не понимают, что разговор идёт про Великую княжну.

    [Никто не замечает странности в поведении Марса. Марс не уходит, но какая-то неодолимая сила выталкивает психолога со сцены. В какой-то момент к нему, ничего не подозревающему, приблизилась невидимая стена. Шаг за шагом в попытках противостоять невидимой преграде, Марс выдавливается со сцены. Смысл мизансцены в том, что представитель советской науки недостоин лицезреть Deus ex machina. Никто не зафиксировал отсутствие Марса.] Чудо встречи с человеком из народа происходит без Марса.

    Кубик "Deus ex machina (Бог из машины)"

    За забором слышно приближающееся урчание мотора грузового автомобиля. Визг тормозов. В ответ на событие в окне обозначается женский силуэт. Слышно, как накреняясь бортами, автомобиль сворачивает с дороги. Проезжает через кусты, которые хлещут по капоту. Останавливается. Скрипит дверца. Из кабины выпрыгивает мускулистое существо с неподвижными ногами. Слышно, что дверцу не захлопнули: в этом жесте выразился весь характер водителя грузовика. Топанье. Кто-то не с первого раза пытается залезть на забор. Наконец ему это удается. Через забор перепрыгивает молодой озорной мужчина. Ободрительно осматривает внутреннюю часть забора. Видит кобуру, ремнем висящую на гвоздике. Присвистывает. Оборачивается. Плутоватым лицом готов встретить опасность. Догадывается, что от него ждут объяснений. Но и сейчас не собирается поступать по принципу "так положено".

    Таичков (в сторону окна). Хозяйка! (Обводит всех взглядом. Останавливается на нахмурившемся Титанине). Хозяин, дай воды напиться!

    Титанин дергает левым плечом.

    Шутова. Конечно, родной. У нас в Синегорье самая вкусная вода... Была. До освоения целины.

    Шутова (подходит к окну, но становится чуть сбоку, опасаясь, что из окна что-то вылетит). Мария! Воды просят.

    Без всякой задержки из окна на верёвке спускается бидон, закрытый кружкой.

    Шутова (принимает предмет на вытянутых руках, наливает воды в кружку). Солярки хватит доехать до цели, ездок?

    [Монтёры на столбах выполняют функцию древнегреческого хора. Ободряют конкретные реплики и жесты Таичкова. В целом "болеют" за него как за "своего".]

    Таичков (шумно, всласть пьет воду. Облизывается. Воодушевляется). У меня ГАЗ-63. На бензине. К сбору урожая попросили перегнать машину из Целинограда в поселок Талшик. Ржавые тарантайки у них в Целинограде. Сидишь. Лупаешь по сторонам. Нравится мне это дело! Спасибо.

    Шутова смотрит на Титанина.

    Титанин. Собери ему в дорогу еды с нашего стола. Жареного мяса положи в оберточной бумаге. Фляга у меня последняя оставалась, фронтовая. Налей в неё токайского вина. Консервы.

    Шутова собирается идти к лестнице, но её останавливает женское покашливание из окна. Становится, прислонившись к стене. Завела руки за спину. Рассматривает Таичкова как гостя из будущего.

    Титанин (одобрительно). Живчик какой! (Таичкову) Тебе чего в дороге не хватало?

    Таичков. Нож в пути считай товарищеское плечо заменит.

    Титанин. Будет тебе нож. Отдам немецкий нож. Трофейный. С желобком. Ты мои подарком не вздумай кого-нибудь пырнуть. Оба сядем. Меня посадят за пособничество.

    Шутова отходит от стены. Идёт к лестнице. Женщине за сценой неслышно она пересказывает решение Титанина подарить нож. Не возвращается.

    Титанин. Бедолага, вскипел на жаре. Остыть тебе надо (по жизни). Два квартала на север будет озеро. С хорошим песчаным берегом. Искупайся. И езжай в свой Талшик. Не охладишься, не доедешь. Примета такая.

    Троеточие (беззлобно). Петрушка, как тебя родители нарекли?

    Таичков (причмокивает после имени, после фамилии). Виктор Таичков.

    Видно, что гордится именем и фамилией.

    Титанин (упивается образом Таичкова). Тайна всегда мятеж против забвения.

    Таичков (Троеточию). Полезно для печени, брат. Пить кофе и кушать виноград... Мой жизненный принцип этого дня: Вы, дяденька, меня хотели обидеть словом, а я вам полезный совет даю, вот я каков! (Всматривается в Троеточие, "прочитывает" мужчину и подводит итог своим впечатлениям от незнакомого человека.) "Я тебя из-под земли достану!", — ругались могильщики из-за богатого клиента.

    Титанин (чуть ли не по-отечески предупреждает Таичкова). Забвение клубится в одном шаге от тебя.

    Таичков (Обводит всех взглядом человека, в жаркий день утолившего жажду). Кто был в Талшике?

    Талшик создан в 1962 году. Никто в нём не был.

    Таичков (кулаком бьёт себя в грудь. Накануне слушал радиопередачу про историю Америки. На основе одним ухом услышанного сам себе даёт характеристику). Колумб!

    (Протягивает руку, пародия памятники с Лениным и прочими вождями).

    Солончаки, опресняйтесь! Идёт к тебе конкистадор, твоя черешня!

    (Все с интересом смотрят на него. Ждут продолжения. Пытаясь соответствовать ожиданиям, он хочет процитировать поэта Гумилева, о котором ему рассказывал лектор общества "Знание", которого он подвозил. Но ничего не может вспомнить. Нет образования. Срезался).

    Этим летом я подвозил лектора общества "Знание". Стоял на дороге, ловил попутку. Всю дорогу мне читал стихи какого-то поэта. Нашего. Мужского... Того, которого расстреляли за мятеж против Советской власти. Не помню.

    (Отвлекает слушателей от отказа памяти добрым делом, избыточно оказанной услугой).

    Я этого лектора с его (Поднимает указательный палец вверх.) книжками на немецком языке, считай, до самого клуба подвёз в совхозе... (Ему не по силам вспомнить название передового сельскохозяйственного коллектива советских трудящихся).

    Троеточие . Выдать бы тебе конфетку, да сегодня кондитерский магазин закрыт.

    Таичков (от переполняемых чувств продолжает разговор, начатый в другом месте). Я ему и говорю, ты, говорю, я тебе не кучер какой-нибудь...

    Троеточие. Я бы психологам большого государства вот это посоветовал бы изучать. Тут психологии на дюжину диссертаций.

    Таичков (подхватывая). Знал я одного психолога в круглых очочках. Он мне ночью в вагоне поезда игральные карты проиграл. С фотографиями голых женщин. Я тебе не психолог: не могу описать в каких позах сидели те красотки. Грудь, во-о! Ноги, что усы у Буденного.

    (Хочет вернуться к импровизации, но не получается. Забыл сказанное).

    Психология такая вещь, что штаны чаще стирать придется.

    (По нему видно, что он доволен своим участием в умном разговоре.)

    Титанин (Троеточию). Будешь такого допрашивать, с ума сойдешь.

    Троеточие. А я таких отпускаю. Да, нарушаю закон. Но старший сын юродивого не должен подпадать под юридическую ответственность. Раньше на таких империи держались.

    Таичков (на одной волне с Троеточием). «Расколотому камню одной капли ни на что не хватит», — сказал тюремщик, раздавая среди членов семьи передачи для заключенных.

    [Титанин (Троеточию). Второй уэллеризм, чтоб мне с места не сойти.

    Таичков (перекосив половину лица, подмигивает Титанину и Троеточию, подбородком показывая на Шутову). Не лезь на рожон, коли не имеешь детей от трёх жён.]

    Силуэт Марии вручает Шутовой походный рюкзачок со снедью. На согнутой руке Шутова показывает титанинский подарок Таичкову. Тот идёт к ней, не сводя глаз с еды.

    Перед Таичковым Шутова расстилает носовой платок.

    Виктор Таичков не чувствует себя чем-либо кому-либо обязанным и задолжавшим. По-честному и ради справедливости решает шуткой вознаградить незнакомых людей, в этот раз не сделавшим ему ничего плохого. Оборачивается. Поучающе поднимает указательный палец вверх. Действует по принципу "вовремя данный совет никому не помешает".

    Виктор Таичков. Бесплатный сыр не повод для знакомства, догадалась змея, свисая с колючек держидерева.

    Вроде как ничего не заметив, Таичков сапогом наступает на расстеленный перед ним и по его пути носовой платок от Шутовой.

    Вместе с Шутовой Таичков уходит со сцены, не попрощавшись.

    Троеточие подходит к забору. Снимает кобуру с гвоздика.

    Титанин. А пойдемте-ка в дом, гость полуденный. Такое марево нависает перед грозой. Не готов я с людьми общаться на такой жаре. Люблю я простой народ. Но сегодняшнюю норму я выполнил.

    Слышен звук запретного поцелуя. Это за сценой неугомонный Таичков чмокнул Шутову в щеку. Слышно, как озорной Таичков запрыгнул в кабину грузовика. Завёл свистящий двигатель. Задним ходом грузовик выехал на дорогу с нарушением всех правил, заставив кого-то притормозить. По улице Кладбищенской проехал по встречной полосе. За домом Селезнева свернул на улицу Граничную. Удалился в сторону озера.

    Кубик последний в акте

    Взволнованный Марс вбегает на опустевшую сцену.

    Марс (оглядывается). Почему так быстро события происходят в этом странном доме с высокими окнами? (Как бы обращается к Титанину, но в сторону открытого окна с силуэтом Марии.) А не пришёл ли я, Фаддей Фаддеевич, поделиться с Вами своими новыми жизненными планами? Один Вы знаете, (начинает ходить по сцене в свойственной ему нервной манере.) надо ли мне возвращаться в Ленинград? Насколько важна защита кандидатской диссертации на тему "Психология персонального стиля деятельности" в Ленинградском Государственном университете? Ждут ли меня в Казани? А не напрасно ли меня будут ждать в Казанском университете? Имеются ли на то самые что ни на есть революционные основания? Правду ли говорят партийные пропагандисты, что раньше Казань и Петербург были революционными центрами? Какие события ли последних дней подсказали мне принять единственно верное решение? Готов ли я рассказать о принятом решении?

    (Останавливается на авансцене. Лицом к зрителям. Поднимает левую руку со связкой книг в сжатом кулаке.)

    Почему я испытываю потребность переехать сюда, в Синегорье, на постоянное место жительства? Сразу после защиты диссертации? К чему такая спешка? Зачем такая категоричность жизненного выбора? Стоп, а где же ещё изучать психологию индивидуального стиля деятельности как не на месте проживания чудом выжившей Великой княжны Ольги Николаевны Романовой?

    (При пальцах, прижатых к правой ладони, выпрямленный большой палец прикладывает ко лбу.)

    Буду ли достоин называться синегорцем? Больше или меньше ста лет проживу здесь, в местах сакрального забвения? Вопреки забвению умру известным аксакалом Синегорья?

    Занавес.

    Акт 3

    Внутренние помещения дома с высокими окнами. Кабинет Титанина. Арочное окно то же самое. Доминанта почти пустого интерьера. Одновременно и двери в кабинет Титанина, чтобы войти в которые требуется перебираться через качели как высокий и неудобный порог. Вместо мебели связки книг, которые лежат стеной. Если кому-то нужен предмет, чтобы сесть на него, исполнитель роли подходит и выбирает связку книг под свой вкус, высокую или с широкими обложками.

    Несколько стопок книг представляют собой недавнее собрание сочинений Диккенса в темной обложке и с фамилией автора на корешке, доступной зрителям в первых рядах.

    Кубик "Цитирование до эпизода с Нурией"

    [Селезнев входит со свернутой тетрадкой в руках.

    Селезнев (как бы про себя). Если бы соседка была Великой Княжной, о чём знали несколько человек, то эти люди разделились бы на три лагеря при жизни и два после смерти женщины. Одна за старшую дочь. Другие на стороне младшей дочери. Нашёлся хотя бы один человек, который бы сказал, что обе дочери оказались недостойны матери. Я не вижу разделения на фракции.

    Марс (единственный услышал Селезнева). Где фракционная борьба среди синегорцев, уверовавших в недоказуемое?]

    Титанин. Это мой сосед Селезнев. Пока мы с Троеточием были заняты делом, по-соседски присматривал за домом номер четырнадцать.

    Селезнев показывает свернутую трубочкой тетрадь и с бантиком.

    Троеточие. Что-то нашёл? Что это?

    (Выхватывает тетрадь. Развязывает узелок, сделанный женщиной. Пролистывает тетрадь. Успокаивается, не найдя упоминаний про себя).

    Записи. Фразы про жизнь. Никаких фактов. (С облегчением.) Это не дневник.

    Шутова подбирает с пола веревочку, которой была перевязана тетрадь. Кладет в карман как музейный экспонат, который будет хранить на память о царевне.

    Титанин. Читай.

    Селезнев (усаживается, откашливается, важно читает из тетради). Забвение — это рекурсия бессмертия.

    Титанин. Мимо.

    Троеточие (соглашается). Невпопад. Читай дальше.

    Титанин (вспоминает про демократию). Нет, подожди, нам нужно выслушать мозгоправа.

    Троеточие . Психолог нам ничего не должен.

    Титанин (находит компромиссный вариант). Как психолог житель Казани нам ничего не должен. А как мозгоправ из Ленинграда, города двух революций, февральской и октябрьской, пускай выскажется.

    Марс (подстраивается под текущий момент). Ага-ага. Психология — это рекурсия рефлексии?

    Титанин. Не забвение противостоит памяти, но бессодержательность и безошибочность.

    Селезнев (по буквам читает из тетради). "В романе "Похищенный" прозаик Стивенсон предвосхитил мотив украденных детей бельгийского драматурга Метерлинка".

    Троеточие. Романы призваны поддерживать ложную уверенность в том, что воздаётся по заслугам.

    Титанин. Это не авторский афоризм.

    Шутова. Это заметки великой читательницы.

    Троеточие. Про которые никто никогда не узнает. Запомнить бы, что сейчас был сказано. Понятие не имею, кто такой этот Метерлинк. Но в Бельгии умеют совершать преступления.

    Селезнев (непонятно, читает из тетради или по своей инициативе ложной цитатой поднимает тему, которая ему давно интересна, но не было возможности обсудить. Не так прост, как кажется). Первого декабря 1948 года тело неизвестного мужчины без документов было обнаружено на пляже Сомертон австралийского города Аделаида. Спасибо, что не Батуми.

    Троеточие (раздражается). Мне лишних секретов не надо. Здесь этих тайн больше, чем выдюжит один человек. Например, на реке Копинка на военном заводе в подземном цеху...

    (Отмахивается. Отворачивается. Уходит на другой край сцены).

    Селезнев. С 1828 года Нюрнбергский найдёныш, не умевший ходить и говорить, под именем Каспара Хаузера стал одной из загадок Девятнадцатого века.

    Титанин. Ходить-то мы умеем. Бегаем. Попробуй догони! И говорить обучены. Здесь мозгоправ должен спросить нас: о чём говорить?

    Шутова. На деревянной лошадке Каспара Хаузера далеко не ускачешь. Тем более, в Советском Союзе.

    (Показывает на Троеточие.)

    Милиционер остановит.

    Марс (не понимает контекстов и подтекстов, вообще вовне темы). Чем не строчка из поэмы про Синегорье?

    Титанин (издевательски реагирует на пафос при упоминании Синегорья). Дали оглядные.

    Троеточие (переиначивает под свою картину мира тюремщика и певца насилия). Дали оглянуться.

    Титанин. Почитай нам советские газеты. Чем советский народ живёт?

    Селезнев (читает с газетной полосы). "В этом же издательстве готовится в печать новая книга писателей-фантастов братьев Стругацких".

    Шутова начинает отрывочно смеяться. Троеточие заливисто смеётся. Титанин сперва сдерживался с многозначительными ухмылками, но принимается хохотать. Марс обводит их непонимающим взглядом.

    Титанин (Селезневу). Поезжай-ка ты, мой по улице Кладбищенской соседушка, в роддом. Узнай, как там малдшая дочь. Будут новости, нам первыми сообщи.

    Троеточие (отдаёт ключи). Возьми мой мотоцикл. На сухой пыли заднее колесо слегка заносит.

    Селезнев. Я знаю.

    Селезнев уходит.

    Кубик "Толпа из Каспаров Хаузеров без Селезнева"

    Титанин. Деревянная лошадка Каспара Хаузера. Женщина, а ты хорошо сказала. Ну нет у меня поэтического таланта. Никаких талантов нет.

    (Не в первый раз за прошедшие полгода делится настроение чеховского дяди Вани).

    Наш синегорский Каспар Хаузер в юбке объявился осенью восемнадцатого года в Акмолинске. Десять лет прожила в каменном доме купца Кубрина под охраной десяти красногвардейцев. Двух штыков не хватает, чтобы было как в поэме Александра Блока. Через десять лет, с двадцать восьмого года в Кокчетав перевозят наш Сомертон в юбке. С двадцать восьмого года Кокчетав становится таинственного любого иного Сомертона. Тайна на тайне. А никто ничего не знает. Никому ни до чего нет дела. У них Каспара Хаузера отпустили и он вышел к людям. А нашего Каспара Хаузера в юбке сделали человеком-невидимкой Герберта Уэллса. И кому должно быть обидней?

    Троеточие (Издалека Селезневу). Вас всех, безумцев, послушать, так будто по миру ходит толпа из Каспаров Хаузеров (Марсу). Вот взять тебя, психолог. Сейчас вроде бы ты внутри нашей локации. А ведь ничегошеньки тебе не понятно, ленинградская головушка на казанских плечиках. Пока тебе не расскажут, не разжуют секрет и в рот не положат, так и не узнаешь всей правды. Синегорье — это матрешка, внутри которой находятся Сомертоны меньшего размера. Ты в доме с высокими окнами.

    (Разводит выпрямленные руки, охватывая всё).

    Но ты и не догадываешься, что здесь всё таит тайну. В чём секрет дома с высокими окнами? Титанин строил для Великой княжны. Двоеженцем собирался жить. Полигамист незадачливый. Почему у них не сложилось, почему она не переехала, не наше дело. Не даст нам здесь и сейчас Титанин объяснений, некому будет сказать правду. Все остальные люди на весь срок будут жить без тайного предназначения доме с высокими окнами. (Про Титанина и Шутову.) И так у них со всем остальным. И этой зимой умершая женщина шестидесяти восьми лет была Каспаром Хаузером. И этот дом с высокими окнами суть Каспар Хаузер из дерева и стекла. Красота Синегорья не в соснах или сопках над зеркальной озерной гладью, нет. А в мало кем узнаваемой атмосферой каспарохаузеровщины. Жаль почти не осталось людей старой закалки. Тех, что без подсказки способны почувствовать запах рукотворной тайны.

    Титанин. Нет! В лисьей норе не поместиться раненному волку. Не для меня та нора вырыта. А всем вам, да, совет да любовь, обустраивайтесь. Хитрить всем вам придется десятилетие за десятилетием.

    Марс. Земля Отечества может десятками рожать наших родных каспаров хаузеров?

    Титанин. У них на высокотехнологичном Западе невидимки, а у нас босоногие и голодные Каспары Хаузеры в обтрепанных юбчонках.

    Марс. Я так и не понял, а кто круче человек-невидимка Герберта Уэллса или Каспар Хаузер?

    Титанин. Ложь — это приглашение к забвению.

    Марс (освоился). Забвение — это рекурсия беспамятства?

    Титанин. Забвение — это самое последнее насилие.

    Троеточие (по каким-то своим внутренним правилам полагает, что в общем разговоре Марс пересёк черту, допустимую для приезжего). Вы мне тут не разводите самодельной КаспароХаузеровщины. Как государство решит, так и сделаем. Наши Каспары Хаузеры невидимы и без достижений физической и химической науки. А наш человек-невидимка наверняка прослужил в личной охране Сталина.

    Титанин. Забвение — это интрига без сюжета.

    Троеточие снимает сапоги, разворачивает портянку, шевелит пальцами. Босым выходит на авансцену.

    Троеточие (монолог в зал). Мы здесь все вменяемые люди... За исключением Титанина... Каждый из нас всё про себя правильно понимает. Взять к пример меня...

    Марс (перебивает, помогает сформулировать с местоимением Я). Кто я без оружия?

    Троеточие (отвечает, продолжает монолог). Учитель труда. Ошибаетесь, если полагаете, что среди людей в погонах не бывает бездельников и дармоедов. Всё происходит иначе. Государство не говорит мне: "Иди, дурашка, ловить преступников!" Государство доверяет мне оружие. Я вот с утра хожу с этой тяжестью. (Снимает пояс с кобурой.) Меня это всё раздражает. Я на нервяках. Как и многие люди в погонах. Когда происходит чудо державности? Тогда, когда мне доверили ключ от оружейной комнаты. Нет обратно дороги, когда в ладошку получил ключ от оружейного шкафа. С этого момента хочется оправдать оказанное доверие. Нос сам начинает вынюхивать преступников.

    Титанин. Бросить бы всё к чеховской матери. За этим шофером сбежать бы в этот самый Ротшильдами забытый Талшик.

    Марс (недоуменно). А плюсы?

    Троеточие (предсказывает). В совхозной столовой местные его побьют. Драться не умеет. Ему бы подружиться с ровесником, который умеет и любит махать кулаками и бить коленом. С таким, что привык выходить один против противников. Тогда раскрылся бы человечек. А так затюкают. Белая ворона. Слишком народный.

    Титанин (согнутым пальцем в сторону Троеточия). А ты похож... Соответствуешь...

    Троеточие (отчасти пародирует). Забвение не самое последнее насилие.

    Марс (своим ложным монологом разряжает обстановку, встревает между мужчинами, снимает их несогласие друг с другом). Сочетается ли позитивное восприятие забвения философской традиции, в рамках которой имеются несколько точек зрения на насилие? Какой? Философской традиции Запада? Философской традиции Востока? Философской традиции Азии? Философской традиции Евразии? Философской традиции Отечества? Философской традиции дореволюционного Отечества? Философской традиции послереволюционного Отечества? Философской традиции довоенного Отечества? Философской традиции послевоенного Отечества? Философской традиции сегодняшнего Отечества? Философской традиции завтрашнего Отечества? (Последующими вопросами как бы сам себе отвечает на свои же вопросы.) Услышанное мною высказывание не согласуется ни с одной философской традицией? Высказывание не имеет отношения к философии?

    Титанин. История боксирует по личности, когда со ртом, полным крови, трудно задуматься о последствиях забвения.

    Троеточие (Титанину). Поэтому тебе нужно новое оружие.

    Титанин. Я могу оформить документы на охотничье ружье.

    Троеточие. Ты меня не слышишь. Я говорю не про пукалки из металла. Я говорю про оружие победы. Раньше у тебя было оружие победы. Это тайна Великой княжны. Смерть женщины тебя разоружила. Автоматчики вынесли из твоего дома металлолом. Я тебя видел в деле. Ты можешь убивать и голыми руками. А вот что может стать новым оружием? Не знаю.

    (Осматривается, как будто в дом попал впервые.)

    Присмотрись к книгам. Книги могут быть оружием. Начни собирать библиотеку. Не для себя. Для внуков Великой княжны. Станут ли книги оружием? Это и всё остальное зависит только от тебя. Сегодня я не вижу в тебе победителя. Изменись. Подстраивайся под новое оружие, каким бы оно ни было.

    Титанин (принимается расставлять книги на полках. Ни на кого не смотрит). Я знаю.

    Троеточие (постепенно впадает в истерику, но сам же из неё и выходит). Какое забвение? Ты с ума сошёл? Забвение суть угасание памяти. Ни жители Синегорья, ни граждане государства не знали о том, Великая княжна чудом выжила и прозябала под фамилией людей, которые ей оказали помощь. Что ты несёшь?

    (На взгляд со стороны единственный раз Троеточие ведёт себя как Титанин. Уподобляется самодурству Титанина).

    Это мы с ней были знакомы!

    (Троеточие отзеркаливает типичное поведение Титанина).

    Мы. Носители тайны! Шутова. Ты. Я. Не понимаешь? Это наши имена подвергнутся забвению!

    (Троеточие показывает рукой в сторону сопки Букпа.)

    Жители Синегорья не знали, что живут рядом с Великой княжной! Разве можно подвергнуть забвению то, чего не знал? Здесь что-то другое. Нашего с тобой куцего образование не хватает понять, с чем мы имеем дело. Я надеялся на психолога. Но и командировочный не помог, хотя цеплялся за жизнь, словно котенок в кадке с водой. Не справился чёрт казанский.

    (Даёт совет отчасти самому себе.)

    Успокоится тебе следует. Достойно принять старость. Судьба за тебя решит. Если достойной старостью докажешь свой право на знание, то будет тебе какой-то знак. А мы с Ниной Шутовой и того не достойны.

    Титанин (обращаясь к Троеточии Шутовой, но куражится над незнанием Марса). Напомню вам, сударыня и сударь, слова небезызвестного вам Виктора Таичкова: "На безрыбьи век живи, не зная брода".

    Собеседникам шутка не кажется смешной.

    Кубик "Шутова на коленях перед Титаниным"

    Шутова (обращается к Троеточию и Титанину). Психолога не убивайте. Я так понимаю, молчать он будет. По идейным соображениям. Идейный он.

    Титанин. [Бедняга, ни разу не выезжала за пределы Синегорья. Мира не видела. Синегорье не тюрьма, но все же...] Ничего ты не понимаешь в людях. Наш психолог не из идейных. Он же он агакает. Идейные, если говорить твоими словами, не агакают.

    Шутова (перестала беспокоиться за Марса, но продолжает думать в том же направлении, связанном с образом Троеточия). Как Великая княжна называла Троеточие? Злой пародией на чеховских докторов Астрова и Дорна.

    Троеточие. Это медицинский факт. Я согласен. С поправкой. Анти-чеховский доктор для советского народа, больного насилием. Вот назначили меня начальником уголовного розыска. А какой я начальник? Но сидеть в засаде и тащить виновного в кутузку я люблю. Сходство и в том, что по вызову спешу к людям с кобурой вместо чемоданчика доктора с инструментами для осмотра игрушечных пациентов.

    [Троеточие. Ремарочную прозу не следует путать с понятиями "замечательная литература" и "беллетристика с замечаниями".

    Шутова. Жаль, что время не лечит...]

    Троеточие. Чтобы что-то чувствовать, надо чтобы кто-то другой не сомневался в твоей способности что-либо ощущать.

    [Шутова опускается на колени перед Титаниным.]

    Шутова (снизу вверх с подвоем). Ты убил проверяющего из Москвы. Молчи! Не возражай! Ты у меня на ладони как хлебный мякиш. Женскому уму все твои ходы видны. Вдвоем с начальником угрозыска вы убили контролера из Москвы. И... За это я тебе благодарна. Москва хотела отнять у нас нашу царскую сказку. Испохабить здесь в казачьей станице, как они они испортили всю страну своим коммунизмом. Не вышло. Плохим ты был телохранителем Великой княжны, ленивым. Покушать любил досыта, когда дочери царевны недоедали. Поспать любил, когда советский человек на заводе у станка стоял. Всё делал спустя рукава. Но пришло твоё время...

    (От сильных эмоций, от пафоса говорит по слогам.)

    За-ступи-лся ты за па-мять о ца-ревне. Многое тебе прощаю за это душегубство. У Москвы руки загребущие, да получила столица отворот от капитана-артиллериста! Убивать плохо, но и мечту у людей нельзя отнимать... Ещё поживём. Посмотрим как всё сложится, когда стариками станем.

    Кубик "Троеточие с оружием, но отныне не оруженосец"

    Троеточие (достаёт пистолет из кобуры). Что чувствуешь?

    Марс. Чем?

    Троеточие (разбирает пистолет на части). Всё из головы не выходит случай с Кзылту. Женой начальника приехала туда молодая учительница. И разбила там сад. Никто её не понимает. Её бы ничего и не разрешили, не позволили, но муж начальник. Годы пройдут, будет уезжать из пыльного и всем ветрам открытого Кзылту, а сад после неё останется. Рябиновый сад.

    Задумывается.

    Троеточие смотрит на Титанина через ствол пистолета, проверяя чистоту оружия.

    [Марс беззвучно плачет, сжимаясь в позу зародыша. Но на него никто не обращает внимания. Этот персонаж нуждается в поддержке персонажа, который ещё не выходил на сцену. Без Роксаны, единственной способной его пожалеть хотя бы по принципу сходства возрастов, психолог завянет подобно сорванному цветку.]

    Титанин (ничего не замечает). Не жизнь, а пьеса из детских деревянных кубиков. Красивый кубик можно украсть у соседа. Из кубиков можно сделать что-то замысловатое. А Эйфелевой башни не получится.

    Троеточие (чистит пистолет). Жил бы в Париже, придумал бы на эту самую Эйфелеву башню натянуть гигантскую юбку.

    Титанин. Такой у нас человечишко. Порода выведена такая за сорок лет. Носиком крысиным ищет стену. Добежит до стены и кричит в неё. А стена-то стрелкового тира. Да и я такой же. Не лучше.

    Троеточие (продолжает чистить пистолет). Мудрено изъясняешься. Я ничего не понимаю. Мне государство оружие выдало. Я приставлен к оружию. А значит, служебный человек. Я про оружие понимаю. Пока есть силы оружие держать в руках, никакое забвение тебе не страшно.

    Титанин. Мы все мишени в стрелковом тире. Все без исключения. А всё равно не похожи друг на друга. А причину той несхожести я тебе назову. Одни вешают мишень на соседа. А другой срывает мишень с соседа. Или собой загораживает от стрелка. Но за сорок лет отучили срывать с себя мишень. Этого не умеем.

    Троеточие (собирает пистолет и говорит как бы между делом). С завтрашнего дня узнаю, что Шутова ещё раз приходила в дом с высокими окнами (показывает на столбы), сам напишу донос на вашу компанию. Ничего между вами нет общего. Не вышли из вас заговорщики. Поиграли в королевский огород. И будя. Закрывайте царскую лавочку.

    Титанин. Нельзя с толпой говорить языком правды. Не поймут. Затравят за иноязычие.

    Троеточие (возвращает пистолет в кобуру). Поэтому переходи на любой иной язык. Начни говорить на книжном языке.

    Титанин. Плохой из меня книжник. никто не поверит, что я книжки люблю читать.

    Троеточие. Собери в маленьком провинциальном городе лучшую библиотеку. Не самую большую, но из умных книжек. В противном случае о тебе никто никогда не узнает! Тебя некому будет назвать "героем"! Тогда ради чего всё это?

    Кубик "Развязка"

    Входит Шутова, под руки сопровождающая Старуху, которая [как бы] бесцельно бродит по чужому дому. У Старухи за спиной гитара.

    [Старуха. Ну-кася!

    Троеточие (передразнивает). На три карася!

    Старуха. Ну-тка!

    Троеточие. Последняя минутка.

    Старуха. Но-но!

    Троеточие. Не смотри сегодня в окно.

    Старуха признаёт поражение перед дразнилками Троеточия, в которых она не распознала зашифрованного сигнала. Старухе неудобно с гитарой и она передаёт музыкальный инструмент Троеточию.]

    Шутова (после того отошла от Старухи говорит неуместно по-семейному). Мальчики, я для вас вкусняшек приготовила.

    Титанин и Троеточие смотрят на неё и думают про одно и то же: "Шутова та самая третья дочь? Рождена в Акмолинске в Двадцатые?"

    Вбегает возбужденный и вспотевший Марс, которого на улице некстати озарило.

    Марс (выкрикивает сенсационный газетный заголовок). "Шутова та самая третья дочь? Рождена в Акмолинске в Двадцатые?"

    Подобно статуе Меркурия, Марс замирает на одной ножке, вторая нога согнутая в колене осталась за корпусом.

    Монтёр №1 в руках держит месяц из реквизита гоголевских спектаклей и эпизодов про чёрта и похищенную Луну. "От подслушанного" как бы трагически срывается со своего места, удерживая месяц в руках. Забавно дергается на страховочном тросе. Вызывая оживления и смех в зале, раскачивается на страховочном тросе. Получается, что развязка не слова Марса, к которыми все готовы, но которых никто не ждал, но срыв монтёра №1 (акробатический элемент, исполняемый самым молодым и подготовленным мужчиной из массовки). Все смотрят только на Марса. Монтёры не замечая того, что случилось с их коллегой, тоже смотрят в сторону Марса.

    Троеточие (говорит бесстрастным голосом петербургского актера Станислава Ландграфа, умершего в 2006 году в возрасте 67 лет, как бы Титанину, но с разворотом в зал). Говорил я тебе. Карманный психолог не помешает. (Самокритика государственного человека). Наши карманы оказались маловаты.

    Старуха. Хлобысь!

    Кубик "Ввод Роксаны"

    [До того как войти в комнату в доме Титанина Роксана обнимает один из столбов, на котором с помощью световых спецэффектов имеются "полосы", дающие образ березы. Повисает на одной руке, наклоняясь корпусом к сцене. Кружится вокруг "березы". Роксана в купальном костюме конца 1950-х. Пришла с пляжа. Как бы находит гитару, кем-то оставленную под столбом. Берёт гитару в руку.

    Старуха. Плюх-плюх!]

    С девичьим хохотом выбегает босоногая Роксана. Кружится от избытка сил и хорошего настроения.

    Роксана. А я единственный в мире человек, который знает тайну психолога Марса. Он агакает после посещения БДТ, где показывали пьесу Горького. В пьесе горьковский персонаж агакал, а от него требовали, чтобы он прекратил. Не помню названия пьесы. Не видела ни этого спектакля, ни других пьес Горького на сцене.

    [Привычным для него жестом Марс разводит руки с призывом обниматься. Роксана откликается. Роксана обнимается с Марсом как с родным братом, которого у неё не было.]

    Роксана (шутит). Если бы царевна была Великой княжной...

    Старуха отталкивает Шутову. Всем своим даёт понять, что собирается сделать что-то важное.

    Старуха. Вау!

    Старуха. Е-ей!

    Старуха. Лю-лю!

    Старуха. Исчо!

    Старуха. Кар-кар!

    Старуха. Ась!

    Старуха. Япс!

    Старуха чертит буквы в воздухе. Босоногая Роксана обувается.

    Старуха. Курлы-курлы!

    Старуха. Ням-ням!

    Старуха. Ялдык!

    Старуха. Жу-жу!

    Старуха. Нафиг!

    Старуха. Абэвэгэдэ!

    Роксана что-то отвечает любознательному Марсу. Оба смеются тому, что симпатизируют друг другу.

    Шутова. Нормальные люди говорят: "Я думаю". Или: "Я планирую". И только единственный на земле человек Титанин вместо Я пользуется словом "забвение". Забвение то, забвение сё.

    Марс. Почему?

    Старуха. Яксы-яксы!

    Троеточие. Когда говорят двое, я теряю нить. На допросе один задает вопросы. Другой отвечает. И всё записывается. Мне привычнее записывать ответы, изобличающие подозреваемого.

    Марс (подстраивается). Зачем так много говорить?

    Титанин. Заткнитесь оба-трое. Нам со старухой надо выговориться.

    Шутова (на одной волне с Троеточием). Не знаю в чём нас подозревают, но да. Мы подозреваемые. Мы все заслуживаем хорошего допроса Госпожи Истории. (Лукавит.) Помню первый день, как первый раз я переступила высокий порог дома четырнадцать по улицу Лазаря Кагановича. (Говорит правду.) С давней поры я не устаю давать повод подозревать меня... В недопустимом. Если так долго ждешь чуда, то окружающим проще тебя в чем-либо подозревать. Зимой всех нас вызвали на небесный допрос. А приговорили нас к забвению.

    Марс. Кто приговорил? Кто исполнил приговор?

    Титанин (продолжает своё). Пока царевна была жива, я молчал в тряпочку. Ничего было нельзя из-за страха. Из-за страха за живого человека.

    Марс (как психолог сработал на опережение). А как вы узнаете, где предел ваших возможностей и вообще на что вы способны?

    Титанин (датой отвечает на вопрос психолога). Четвертого января царевна умерла...

    Шутова (перебивает). Третьего января.

    [Кубик "Ещё один музыкальный номер"

    Троеточие не хочет ещё одной перепалки и поэтому из-за спины Шутовой предлагает гитару. Шутова берёт в руки гитару. Перебирает струны. Роксана выходит на авансцену.

    Выходит Монтёр №3 с функциями рабочего сцены. Монтёр №3 устанавливает высокую стойку с красным микрофоном перед Роксаной и для Роксаны. Затем Монтёр №3 расстилает кусок грубошерстного войлока под ногами Марса. Во время музыкального номера Марс трясется и прыгает на коврике, отчасти пародируя буйное поведение западного слушателя на рок-концертах начала 1960-х годов.

    Монтёр №3 и Роксана перемигиваются и многозначительно улыбаются: у них что-то было за кулисами.

    Роксана подходит к стойке с микрофоном. Широкий пестрый ремень с этническим рисунком укрепляет на левом плече, чтобы гитара висела на ремне и руки были свободны для широких концертных жестов в сторону публики. Поёт в микрофон. По ходу музыкального номера и после окончания песни эффектно разводит разогнутые руки в стороны, как это часто делает певица Taylor Swift.

    Шутова грудным голосом начинает петь в стиле театральной актрисы из Санкт-Петербурга Валентины Паниной.

    Шутова. "Суровым пасынкам забвенья

    Угрюмо сморщенным в лице,

    Что страстно ждут не наслажденья,

    А снисхожденья ждут в конце.

    Титанин и Троеточие становятся за спиной Шутовой.

    Роксана (громко, голосом молодости). Время воскликнуть: Забвенные всесильны!

    Простят за покаянье нас,

    (Роксана закрывает глаза и закидывает голову, подбородком указывая на "их" местоположение в районе небесного свода.)

    Они щедры, они любвеобильны,

    Услышат алчущий наш глас.

    По щеке Титанина бежит слеза. Текст песни он воспринимает рассказом про себя и Шутову.

    Шутова и Роксана (дуэтом двух поколений). Даруют свет, тоску развеют,

    И жизнь из пепла воскресят,

    Вернут мечту, (пауза, как у Валентины Паниной при исполнении классического русского романса, но с отсылкой к Девятнадцатому веку) добро посеют,

    Спасут от гнева и обид…

    Марс смотрит на Роксану. В его нереализуемых на сцене галлюцинациях Роксана превращается в Лилит.

    Роксана разводит выпрямленные руки в стороны. Ведёт себя как рок-исполнительница. Жестами ладоней просит публику поддержать Шутову. Следующий куплет исполняется в лирическом и протяжном стиле Аллы Пугачевой из фильма "Ирония судьбы, или С лёгким паром!".

    Шутова. Суровым пасынкам забвенья

    Угрюмо сморщенным в лице,

    Что страстно жаждут наслажденья,

    И снисхожденья ждут в конце.

    Далее верхние три строки исполняются динамично и ударно по возможности близко к тому стилю, в каком актриса Нина Ургант исполняла песню «Нам нужна одна победа» поэта Булата Окуджавы в финале советского художественного фильма «Белорусский вокзал» 1970 года режиссёра Андрея Смирнова.

    Шутова и Роксана (дуэтом двух женщин). Но не решат за нас задачи

    Не повторять ошибки вновь.

    Не будут позволять тем паче

    (Шутова переводит взгляд, ранее направленный в зал, на Роксану. Следующая строчка про Роксану и для Роксаны.)

    Мертвить свою живую кровь.

    В этом месте слушателям могут послышаться протяжные интонации как в эпизоде с романсом в исполнении представительницы цыганской династии Валентины Пономаревой, которая пела вместо актрисы Ларисы Гузеевой в костюмной мелодраме «Жестокий романс» 1984 года режиссёра Эльдара Рязанова.

    И, если не копить уроки,

    Не жить толково и расти,

    То выйдут у терпенья сроки

    И перестанут нас... пасти." **

    Перестают петь. Но все на сцене остаются неподвижными.

    Монтёр №3 забирает гитары у Шутовой и Роксаны. Монтёр №3 уносит высокую стойку с микрофоном. Монтёр №1 сворачивает и пытается унести кусок азиатского войлока. Но Марс сопротивляется и не отдаёт восточную вещь. Монтёр №1 уходит.

    Марс садится у ног Роксаны. Когда Роксана уходит с авансцены, Марс движется за ней на четвереньках, по-собачьи.]

    Титанин (голосом резонера в зал). Незабвенная мертва. Похоронена. Оплакана. Полгода спустя по-прежнему ничего нельзя. Царевну нельзя обсуждать на людях. Её песни нельзя петь при посторонних. Но страх отступает. (Предупреждает обыденным голосом.) Я слышу шаги.

    Старуха (ладонями вертит, изображая беличье колесо). Шур-шур!

    Из-за правого столба раздается начальственное раскашливание. Так прочищают горло перед произнесением исторически важных докладов. Входит Нурия. Снисходительно осматривается, как это бывает при первом посещении помещения. Улыбается. Показывает пальцем на раскачивающегося монтёра в стиле "это что у вас, хозяева, там под потолком такое забавное висит?". Это как бы юмористическая подсказка зрителям пропустившим участие монтёра в развязке.

    Нурия. Физкультурный привет, колонизаторы!

    Немая сцена.

    Кубик "Начало цитирования газетной статьи «Круг интересов ученого»"

    Монтёр №2 изображает из себя революционера вроде молодого Валерьяна Куйбышева, который залез на фонарный столб, спасаясь от царской полиции. Словно пролетарий, сошедший со школьных учебников истории СССР 1950-х годов, достаёт из-за пазухи прокламации и запрещенные листовки. Победоносно размахивает ими в воздухе. Разбрасывает над Нурией. Одна Нурия видит эти листы.

    Никто не видит, но Троеточие целится Титанину в затылок. Жест палача перед жертвой расстрела. Нурия смотрит на Титанина. Пугается безмятежного лица Титанина. Нурия переводит взгляд на Троеточие. Троеточие отводит выпрямленную руку и целится в Нурию.

    Впервые в своей жизни материалистки и коммунистки она столкнулась с чем-то, не имеющим объяснения. Возможно, вместо мужчин она увидела каких-то чудовищ из иного мира. Это настолько необъяснимо и страшно, что отныне она (1) не может общаться и (2) не решается смотреть по сторонам. Наклоняется. Поднимает один из листов. Троеточие перестаёт целиться в Нурию. Доволен произведенным эффектом. Прячет оружие в кобуру.

    Кубик "A Play Within A Play. Пьеса в пьесе. Детский спектакль по инсценировке газетной публикации «Круг интересов ученого»"

    Нурия сначала читает с листа, а потом говорит роль в зал. При упоминании фамилии соотечественника голос становится "теплым", добрым и проникновенным. Имена мировых знаменитостей озвучиваются с интонациями официальной речи.

    Нурия. «Видный деятель казахского народа [Чокан [Чингисович] Валиханов] родился в 1835 году. [Умер в 1865 году в возрасте 29 лет».

    Марс. Был старше меня на два года.]

    (Троеточие уходит потому, что жестами из-за левой кулисы его вызывает Мария по поводу предстоящего визита Аиды.)

    [Кубик "Галлюцинация с Валихановым"

    Марс. У меня солнечный удар? Это моя галлюцинация?

    Роксана. Да. Если это твоя галлюцинация, постарайся получить удовольствие. Заметь, они все очень милые. Хотя я не знаю, кто из них кто. Но их всех упомянули по фамилии. Смотри!

    Из-за правой кулисы азиатский путешественник (шпион) Чокан [Чингисович] Валиханов за уздечку выводит за собой костюмированного верблюда. (Это два артиста в костюме из детского спектакля.) Верблюда ведет одной рукой. В другой руке держит тот самый «Круг интересов ученого», ставший газетным заголовком во второй половине ХХ века. На авансцене рукавом бухарского халата вытирает пот со лба. Передняя половина костюмированного верблюда поддерживает отважного азиатского путешественника, положив ему на плечо тупые искривленные когти. Задняя половина костюмированного верблюда азартно лягается в сторону Марса. Уходит в левую кулису изучать загадочную Джунгарию. Юмор в том, что Валиханов и его верблюд следуют прямо за спиной Троеточия как бы на жест вызова Марии, остающейся за левой кулисой.]

    [Кубик "Образец крайне неуместного цитирования"]

    Нурия. «Накануне празднования 130-летия со дня рождения Чокана [Чингисовича] Валиханова во многих мероприятиях, посвященных юбилею, большое значение уделено книге. В областной универсальной научной библиотеке, (Нурия готова заплакать от сопричастности грядущему 130-летию своего земляка, который встречает в должности заведующей библиотеки.) на стационарной выставке при областном историко-краеведческом музее, в передвижных выставках, маршруты которых охватывают все районы области, литературе о Чокане уделяется особое внимание».

    [(Марс собою перекрывает Нурию, чтобы произнести реплику вместо неё. Беззвучно шевелит губами. Будто это он задаёт вопрос. После вопрос отходит в сторону.)

    Левый Александровский столб распускается ярким цветком. Это видит один Марс, завороженный цветочной галлюцинацией. Справившись с этой задачей, монтеры по колосникам покидают Александровские столбы, которые отныне без людей ради соблюдения правил безопасности.] Марс передвигается влево.

    Нурия. «Но закономерен вопрос, а что же читал сам Чокан Валиханов? Мы знаем, что он любил и знал наизусть стихи Пушкина, Лермонтова, Майкова, Полонского, басни Крылова. Интересовался романами Гончарова, Руссо, Диккенса,.. (Мимикой и жестами Нурия пытается обратить внимание на фамилию Диккенса, из-за которого она и набралась смелости наведаться в дом с высокими окнами. Но какая-то сила мешает ей прервать цитирование и внятно объяснить цель своего визита, действительно связанного с Диккенсом.) ... Теккерея, не остался равнодушным к пьесам английских и французских классиков».

    Титанин (обескураженно). Это кто-то незнакомый в моём доме.

    Марс (не передразнивает Титанина, а как бы реагирует на некое нарушение неписаных правил. Здесь разве не я единственный имею право задавать вопросы?

    Роксана. Это Нурия, заведующая библиотекой.

    Марс. Это первые два абзаца из какой-то газетной публикации?

    Нурия (одобренная репликами Роксаны и Марса, которые посылают друг другу воздушные поцелуи). «Изучает молодой Чокан социальные романы и философские трактаты, правдиво изображающие буржуазное общество. Обличительные статьи [ведущего литературного критика царской России Виссариона Григорьевича] Белинского [родившегося в 1811 году в Хельсинки и умершего в 1848 году, а незадолго до смерти ходившего смотреть на то, как возводится здание Московского железнодорожного вокзала,] и [Александра Ивановича] Герцена, [родившегося в 1812 году в Москве и и отравленного в 1870 года в Париже. Нет. Это не надо было читать. Это тайна, которая ещё не раскрыта даже в "желтой прессе"!] острый юмор Гоголя вызывают отклик в его душе, а идеи русских мыслителей Чернышевского, Добролюбова оказали заметное воздействие на философские воззрения».

    [Кубик "Галлюцинация с Белинским, Чернышевским и Добролюбовым"

    Владелец окровавленного носового платка Виссарион Григорьевич Белинский на бегу раздаёт пинки и тумаки Чернышевскому и Добролюбову, которые вынуждены бежать из левой кулисы в правую. Неистовый Виссарион так настойчиво стремится попасть Чернышевскому и Добролюбову по их спинам, что становится понятно несогласие литературного критика со своими преемниками по разделу литературной критики в толстых журналах.

    С разворотом головы в зал Виссарион Григорьевич Белинский беззвучно шевелит губами: «А вот попробуйте сделать меня-то пасынком забвения!»

    Марс (забывает, что это только его костюмированная галлюцинация). Что сказал неистовый Виссарион?

    Роксана (воспроизводит). «А вот попробуйте сделать меня пасынком забвения!» (Добавляет от себя, связывая два карнавальных эпизода.) Мне кажется, что этот туберкулезный дядечка не согласен с тем, какое «заметное воздействие мыслители Чернышевский и Добролюбов оказали на «философские воззрения» Чокана Валиханова, ну, того, что с верблюдом ушёл за Троеточием.]

    [Кубик "Продолжение цитирования ни к селу и не к городу"]

    После слов про книги слушатели одновременно повернут головы и посмотрят на гору из связок книг.

    Нурия. «В юности книги помогли определить свой жизненный путь будущему ученому. О двух из них хочется рассказать особо».

    Роксана аплодирует всей поверхностью ладоней пальцами вверх, сдвигая выпрямленные ладони.

    При словах про книги слушатели начинают приходить в умиление. Кроме Титанина.

    Титанин. Я по-прежнему не вижу смысла в этом детском спектакле, но если вам всем нечем заняться в понедельник двадцать четвертого июня шестьдесят третьего года, то я вам не помеха в аших безумствах

    Марс (спрашивает от имени всех). А что она делает?

    Роксана. Нурия цитирует газетную статью под названием «Круг интересов ученого», опубликованную в областной газете "Степной маяк". У неё нервный срыв. Её надо дать высказаться.

    Титанин. Я почему-то не удивлен тем, что у неё (педалирует, подразумевая, что сам имеет больше прав на то же самое состояние.) нервный срыв, а не меня.

    Роксана (воспринимает слова хозяина дома как вопрос). Не знаю. Может быть, увидела кобуру с пистолетом или злой взгляд Троеточия. Мало ли женщине надо. Хорошо, что не задаёт вопросы как тот симпатичный аспирантик.

    В темном зале под видом "опоздавшего" зрителя Фотограф усаживается на свободном месте первом ряду партера. На шее Фотографа муляж профессиональной фотокамеры. Фотограф делает вид, что он обычный зритель.

    Нурия (словно в подтверждение объяснений Роксаны, в восторженных глазах Марса показавшей себя экспертом по психологии). «В 1768-74 годах петербургский естествоиспытатель Петр Симон Паллас [, родился в 1741 году, а умер 1811 году, значит в Синегорье прибыл в возрасте двадцати восьми лет».

    Александровские столбы слегка качнулись при упоминании Петербурга.

    Марс. А почему он "Петербургский", если родился в Берлине у Симоны и Сюзанны Паллас? И умер в Берлине?]

    Нурия (не дает себя сбить историческому карнавалу, который разворачивается вокруг неё и возьмет вверх над советской черно-белой реальностью, если перестать цитировать печатный орган областного комитета КПСС. Повышает торжественность в голосе, сообщая о важном историческом событии). «Петр Симон Паллас возглавляет экспедицию Петербургской академии наук».

    [Кубик "Галлюцинация с Императрицей и Самодержицей Всероссийской Великой Екатериной Второй и франтоватым Петром Симоном Палласом"

    Словно ответом на вопрос Марса после музыкального (оркестрового) оповещения о приближении царской особы, из кулисы в кулису величаво шествует ярко нарумяненная и в парике Екатерина Вторая в длинном шуршашем платье, на ходу слушая какие-то научные объяснения и инициативы своего любимца Петра Симона Палласа, облаченного в белый парик одетого по моде конца Восемнадцатого века.

    Цепко держась за юбку Екатерины Второй и не отпуская её ни на секунду семенит ножками в белых чулочках юная Альбертина Паллас.

    Петр Симон Паллас в расстегнутом жюстокоре (а не в аби) с полами до колен и обшлагами, декорированными золотым узором. Под жюстокором кафтан ярко насыщенного красного цвета с золотым шитьем и позументом. В треугольной шляпе поверх длинного парика. Башмаки с метталическими пряжками огромным бантиком.

    Петр Симон Паллас держит в руке сачок для ловли бабочек. Сачком Петр Симон Паллас постоянно с разных сторон как бы ловит-накрывает каких-то невидимых насекомых на пышной широкой юбке собеседнице.

    Понимая, что это его галлюцинации и до конца 80-летней жизни ничего подобного не повторится, Марс беспрерывно кланяется Екатерины Второй до самого её ухода за кулису. В сторону Екатерины Второй, своей дальней родственницы, кокетливая и покрасневшая Роксана делает церемониальные приседания на правой ноге с далеким задвижением за спину согнутой левой ножки.

    Екатерина Вторая благосклонно осматривается, всем своим видом выражая доверие Петру Симону Палласу в выборе маршрута для ознакомительной прогулки.

    Петр Симон Паллас. Матушка Императрица и Самодержица Всероссийская! Извольте, Ваше Императорское Величество, обратить внимание на местные достопримечательности! (Цитирует пьесу «Пасынки забвения».) «Земляным сфинксом сопка Букпа сторожит тайну озера Копа. Сопка Букпа похожа на древнеегипетского сфинкса, хранящего тайну озера Копа».

    У Роксаны возникает план, которым она шепотом делится с Марсом. Фотограф, словно подслушав идею Роксаны, встаёт, подходит к сцене.

    Роксана разбивает пару Екатерины Второй и Петра Симона Палласа. Екатерина Вторая, Роксана и Альбертина Паллас смотрят в зал, представляя собой композицию из "трёх сестер". Раздаются звуки работы папарацци.

    Марс о чём-то спрашивает у одиноко стоящего Петра Симона Палласа.

    Фотограф делает сенсационные "королевские" снимки женщин в композиции "трех сестер". Фотограф садится на своё место.

    Роксана возвращает Екатерину Вторую и Альбертину Паллас, успевшему прийти в себя, Петру Симону Палласу.

    На подходе к кулисе в какой-то момент трио замедляет шаги, Альбертина Паллас увидела Старуху. Но в своей галлюцинации вместо Старухи Альбертина Паллас увидела свою ровесницу. И поэтому радостно помахала ей ладошкой свободной ручки, призыва поиграть вдвоем вокруг юбки императрицы.]

    Демонстрируя хватку театрального режиссера, Роксана сбивает Старуху и Нурию в композицию и "вишенкой на торте" собой дополняет мизансцену на тему "трёх сестёр".

    Нурия (косится на движение Александровских столбов, что как бы подтверждая, что на какой-то момент она перенеслась в Девятнадцатый век и вместе с Палласом выбивала царское финансирование экспедицию Петербургской академии наук). Результаты экспедиции изложены ученым в труде “Путешествие по разным провинциям Российского государства”. Он был не только прирожденным путешественником: ему удалось с интересом рассказывать даже о самых скучных, на первый взгляд предметах. Паллас открыл и впервые описал огромное количество новых видов птиц, млекопитающих, рыб и насекомых. “Путешествие...” стало одним из первых изданий, подсказавших Чокану его стезю.

    Чокан во время своего посещения Петербурга ознакомился с “Флорой России” - капитальным трудом Палласа».

    Александровские столбы медленно наклонятся в сторону источника цитаты, как бы продолжая реагировать на лексему "Петербург".

    До России еще только доходили слухи о “скандальном” английском ученом Дарвине, авторе теории эволюции, а Чокан благодаря Палласу знакомится с идеей исторического развития органического мира, с первым изображением последовательных связей животных организмов в виде родословного дерева».

    Титанин (показывает на Марса). Житель Казани приехал из Ленинграда, чтобы задавать вопросы. Другая сумасшедшая цитирует незнамо что. У меня что, в доме открыли клуб сельской самодеятельности? А у хозяина дома спросили разрешение репетировать молодежный праздник Новый год с танцами в праздничных масках?

    Нурия (интонациями голоса с чуть слышным восточным акцентом выражает своё возмущение колонизаторской политикой Российской империи в благословенном Синегорье). «Сын члена-корреспондента Петербургской академии наук Петра Рычкова, Николай, с 22-х лет принимает участие в различных экспедициях.

    (После упоминания Петербурга Александровские столбы не сразу возвращаются в вертикальное положение.)

    В “Дневных записках путешествия капитана Рычкова в Киргиз-кайсацкие степи в 1771 году” им даны описания природы, обычаев местных жителей, состояния горного дела в исследованных районах.

    О лучших минутах пребывания в Омском кадетском корпусе, связанных с этими книгами, Григорий Потанин вспоминал: “Для меня было большим счастьем, когда начальство разрешило брать книги из фундаментальной библиотеки. Это в нашем развитии была эпоха, когда Чокан принес из недоступного книгохранилища “Путешествия Палласа” и “Дневные записки Рычкова”... Чтение указало нам наше призвание”».

    Титанин (саркастически). Становится интересно.

    Нурия. «После возвращения из Кашгарии Чокан плодотворно трудится в Военно-ученом комитете Генштаба и Азиатском департаменте, слушает лекции в университете на нескольких факультетах, обрабатывает свои рукописи.

    На его рабочем столе труды английского историка, автора “Истории цивилизации в Англии”. Историю человеческого общества Бокль рассматривал с идеалистических позиций: как процесс, основанный на влиянии природных условий. В ряде социально-экономических вопросов Чокан перерос автора “Истории цивилизации”. В известной работе “Очерки Джунгарии”, оценивая общественное устройство азиатов как “патологический кризис развития”, Чокан имел смелость прямо указать, что это есть результат не влияния невыигрышных географических условий, а последствие невежества народа, “развращенного исламом и забитого до идиотизма религиозным и монархическим деспотизмом туземных владельцев, с одной стороны, и полицейской властью китайцев (т.е. китайских колонизаторов - А.Ю.) - с другой”.

    По-видимому, в литературных кругах Петербурга...»

    После последнего упоминания Петербурга Александровские столбы, принявшие вертикальное положение, уходят в землю на 0,5 метра. [Виден дым, связанный с технологией процесса ухода под землю каменной махины.]

    Звук, похожий на взрыв в далекой шахте, прерывает чтение. Люди прислушиваются, но не понимают, ни источника, ни происхождения звука.

    Нурия (вынужденно начать заново). «По-видимому, в литературных кругах (опасается повторять название города, пропускает то, что было названо при первом чтении) ... Чокану предлагают ознакомиться с книгой “Герои и героическое в истории”. Автор ее создал своеобразную концепцию “культа героев”, выдвинул в качестве образцов поведения деятелей революции 1791-93 годов. Влияние английского философа и писателя Томаса Карлейля...». (Далее несёт отсебятину и все это понимают, жестами рук показывая, что не нужно дат жизни и смерти великого человека) ... Томас Карлейль родился в 1795 году, а умер в Лондоне в возрасте 85 лет в 1881 году).

    [Кубик "Галлюцинация с Королевой Викторией и Томасом Карлейлем"

    Под звуки колоколов Бига Бена через зеркало сцены следуют Королева Виктория и седобородый Томас Карлейль во фраке и в цилиндре по моде 1840-50-х годов.

    Томас Карлейль (на авансцене). Позвольте мне, Томасу Карлейлю, представить Вашему Величеству варварские условия существования хозяев этого континента. (Цитирует на английском языке). «Озеро Копа». (Правой рукой в сторону дома.) «Сопка Букпа». (Топает ногой в изящной туфле по моде начала Девятнадцатого века). «Всё это называется Синегорье. И ровно никакого Вам дела до всей этой природы быть не должно».

    Роксана намерена повторить успех. Роксана берет Шутову за руку, тянет за собой в сторону персонажей галлюцинации Марса. Роксана разбивает пару Королевы Виктории и Томаса Карлейля.

    Марс о чём-то выспрашивает Томаса Карлейля, который морщится от звуков речи современного человека и от вопросов. Нервного Томаса Карлейля раздражает любой звук кроме его собственного голоса. По мимике мужского лица под сильным гримом (исполнителя роли исторического персонажа) понятно, что Томас Карлейль распознал в энергичной Роксана женщину из описанного им "культа героев".

    Роксана, Шутова и Королева Виктория статуарно застыли в композицию в узнаваемом стиле "трёх сестер". Фотограф поднимается с места, приближается к сцене. Удовольствие и азарт от сенсационных "королевские" снимков женщин в композиции "трех сестер". По звукам понятно, что папарацци сделали свою работу.

    Роксана возвращает Королеву Викторию и Томасу Карлейлю.

    Пара по-королевски удаляется в противоположную кулису.]

    В ответ на упоминание Лондона Петербурга Александровские столбы поднимаются на те самые 0,5 метра, на которые ранее опускались. [Из наверший бьют лучи лазера, как на современных танцевальных тусовках. С помощью световых спецэффектов левый столб превращается в силуэт Бига Бена, часовой башни Вестминстерского дворца. Слышен звук башенных колоколов.]

    Нурия. «... скажется на некоторых поступках Чокана».

    [Кубик "Цитирования абзаца про "культ героев" во время движения по сцене толпы героев" Из кулисы в кулису марширует толпа героев, воспетых Томасом Карлейлем. Взвод чеканит шаг как на параде Восемнадцатого века.]

    Нурия. «"Культ героев" разъярил буржуазных филистеров. Карл Маркс...

    (Чтение прерывается. Все смотрят направо на новый источник шума. При упоминании "Карл" Троеточие что-то роняет за кулисой. Из кулисы Троеточие выступает на сцену. Он успел на имя Карла Маркса. Не мог не успеть в связи со столь важным поводом. Мужчина вытягивается во весь рост, словно попал в кабинет Сталина. Троеточие замер в позе оловянного солдатика. Руки прижаты к телу, подбородок высоко поднят. Это один из самых дисциплинированных солдат из поредевшего взвода синегорских марксистов.)

    ... и Фридрих Энгельс

    (В левой части сцены под правым столбом Марс повторяет поведение Троеточия. Непонятно, делает он это всерьёз или пародирует Троеточие. Если делает всерьёз и от избытка чувств к Энгельсу, то всё равно выглядит как обезьяничает. Все смотрят на Марса, который как бы в серьёзной позе на вытяжку, но, как йог, стоит на правой ноге, а левую согнул в колене и ступней положил поверх правого колена. Все смотрят налево на согнутое колено Марса. Чтение продолжается.)

    писали об авторе “Героическое в истории”, что Томасу Карлейлю “принадлежит та заслуга, что он выступил в литературе против буржуазии в эпоху, когда ее взгляды, вкусы и идеи заполнили всю официальную... литературу”».

    Титанин (начинает фразу почти с отцовской нежностью и вся реплика произносится как повод упомянуть фамилию удалого шофера). Виктор Таичков ещё не доехал до поселка под названием Талшик. Какая-то учительница посадила сад в поселке Кзылту. И сейчас мне, белокожему колонизатору, рассказывают про историю поселения Сырымбет. Спасибо за урок региональной географии, но я жду рассказа про ассортимент лавку колониальных товаров в городе Кокчетав в дореволюционный период.

    Нурия. «Из авторов, с творчеством которых Чокан Валиханов познакомился в столице, можно вспомнить Фридриха Шлегеля, теоретика романтизма.

    (Уходит Титанин, уставший, то ли от цитирования, то ли от женского голоса.)

    [Фридрих] Шлегель преклоняется перед свободой форм и светлостью содержания античной культуры. Конечно, Чокан - читатель не прошел мимо его романа “Люцинда”, в котором передовая интеллигенция России нашла протест против буржуазной морали, выраженной в эмоциональном протесте героев произведения».

    Уставшая от глупого цитирования, Роксана машет обеими согнутыми руками как будто плывёт по-собачьи.

    Шутова и Марс под руки выводят так и не пришедшую в себя Нурию, которая и за кулисами продолжает цитировать статью про Чокана Валиханова.

    Роксана идёт за ними следом. Смотрит на Марса. Ждёт от него шуточных вопросов, на которые можно по-девичьи прыснуть.

    Марс (с хищной интонацией человека, который самодовольно указывает собеседникам на то, что именно его слово оказывается последним). Я один сосчитал, что газетная публикация из 16 или 18 абзацев? (Как бы спрашивает учеников, сидящих за школьными партами.) Ага, из скольких абзацев состоит процитированный материал по истории Синегорья?

    Роксана прыскает, заливисто смеется шутке Марса. Они понимают друг друга.

    Цитирующий голос слабеет, но его по-прежнему слышно.

    Нурия (вне сцены, за кулисами, издалека. После первых слов звучит запись с носителя. Шипение и потрескивание старой граммофонной пластинки. Та же исполнительница, но торжественный сильный голос с официального мероприятия. Формат радио-записи с пластинки. Сильный голос охватывает весь зал). «О том, что читал Чокан Валиханов в последние годы жизни, мы, к сожалению, знаем очень мало. Не сохранилось книг, служивших семье Валихановых, нет и походной библиотечки первого казахского ученого и путешественника».

    Марс подпрышивает на месте от возмущения. Широкими движением рук крест-накрест он призывает остановить ложь. Зрителяям Марс показывает на гору из книжных связок, среди которых, вероятно, сохранилось что-то от домашней библиотеки семьи Валихановых в Сырымбете.

    Нурия (голос из динамиков, равнодушный кпротестной жестикуляции Марса). «Процессы формирования Чокана Валиханова—мыслителя и Чокана Валиханова—читателя неразделимы. Об этом свидетельствуют творческое наследие и факты биографии ве-ли-кого сына казахского народа».

    Единственный на мимику и возмущенные жесты психолога реагирует костюмированный верблюд, выпригивающий из-за кулис. Костюмированный верблюд доходит до книжной кучи. С подсказки Марса выбирает стопку книг как бы из чудом сохранившейся Сырымбетской библиотеки семьи Валихановых. Берёт в зубы книжную веревочку и удаляется за кулисы с изображением чувства гордости за участие в спасение культурных ценностей семьи своего хозяина.

    Марс плачет, понимая, что в его жизни больше не будет столь исторически верных галлюцинаций. Размашистыми жестами правой руки Марс прощается с костюмированным верблюдом и со всеми персонажами газетной публикации, кто последние полчаса развлекал его и Роксану, а также кто когда-то заставлял всплакнуть главного редактора областной газеты "Степной маяк".

    Финал пьесы в пьесе обозначен уходом костюмированного верблюда за кулису.

    Кубик "Аида не из Аделаиды, но тоже в своем роде местный Сомертон"

    Монтёры вернулись на столбы.

    Шутова. Париж, он прекрасен! Прекрасен! О, Париж! Париж...

    Входит Аида.

    Аида. Варшава.

    Шутова. Что, простите?

    Аида. Варшава — это город, в котором не соизволил побывать видный руководитель Советского Союза и соратник Сталина Валерьян Куйбышев. Поэтому (меняет интонацию на одно слово) формально (смена интонации воспринимается паузой, но паузы не было) я не могу сама себя отправить в командировку в столицу Польши. Если я связана по рукам и ногам, зачем мне должность директора музея имени Валерьяна Куйбышева?

    Шутова. Синие горы были созданы для того, чтобы, проходя мимо, люди ими восхитились и пошли бы дальше своим окольным путем. А люди зачем-то осели здесь на постоянное местожительство. Срубили лес для домов. Забросили сеть в озеро. И стали бросать ненужные вещи в солончаки. Мир приблизился к хаосу в тот день, когда в Синегорые открылась первая лавка колониальных товаров.

    Аида (считает, что её бросили вызов и надо реагировать). Чем Боровое не Швейцария?

    Марс (как психолог предотвращает обострение между женщинами). Почему над Синегорьем такие выразительные облака?

    Аида. Джаландинские горы размером не вышли. Так, сопки. А вот Копа ни дать, ни взять швейцарское озеро. Одна беда: нет в нас альпийской беззаботности.

    Аида. Как ответственный работник, привыкший выступать с трибуны, я вам скажу...

    Марс о чём-то допытывался у Старухи.

    Старуха (громко отвечает Марсу с интонациями обреченности). Фигакс!

    Троеточие (берёт Аиду за локоток, ведёт). Наша полюбовная сделка будет заключена на моих условиях. На адрес вашего никчемного музея по-прежнему будут поступать продуктовые наборы. Половину всего, что получаете, будете отдавать интернат для казахских детей, который начинают строить прямо через дорогу от дома с высокими окнами. Ни старшей дочери, ни младшей не передавать ни одной банки консервированного мяса, ни фруктов. Ни в чём никому не признаваться. Молчать и праздновать Новый год круглогодично. Ежели мои условия вас не устраивают...

    Аида. Договорились. Мы с братьями согласны.

    Входит Титанин.

    Титанин (предупреждает). Ещё одного цитирования я не выдержу.

    Марс (озвучивает вопрос Титанина). А зачем приходила Нурия?

    Роксана. Библиотека не успела оформить подписку на собрание сочинений Диккенса. Слышала, что у вас имеется два собрания этого великого. Просит одно передать в дар библиотеке. Денег заплатить не смогут.

    Титанин испытывает облегчение по поводу того, что больше не увидит Нурию и во второй раз не станет жертвой её пристрастия к цитированию газетных очерков по истории Синегроья. Барским жестом Титанин разрешает отдать то, что попросила Нурия.

    Роксана (напоминает). Того самого Диккенса, что упомянут в великой газетной статье «Круг интересов ученого».

    Титанин вздрагивает при назывании заголовка газетной статьи.

    Шутова уходит выполнять книжное поручение Титанина. Её нет на сцене до конца визита Аиды.

    Троеточие. Я помог решить вопрос по которому директор музея имени Валерьяна Куйбышева впервые пришла в дом с высокими окнами. Остались детали, по поводу которых хотят узнать твоё мнение.

    Аида (импровизирует в предлагаемых обстоятельствах). Возникла необходимость обсудить поговорку «Коля Петю догоняет, да Исаакий мешает».

    Титанин (смотрит на всех как сумасшедших). Я был в Ленинграде. Немного успел поучиться в железнодорожном институте...

    Роксана организует мизансцену на тему "трёх сестёр", соединяя согнутые руки Старухи с руками Аиды и прилипая к ним обеим.

    [Монтёр №2 направляет старый квадратный фотоаппарат на композицию из женщин. Из динамиков слышен звук фотовспышки. Фотограф из зала делает свои снимки. Фотограф незаметно покидает зрительный зал.]

    Марс (помогает Троеточию). А если не к вам, куда ещё пойти директору музея имени Валерьяна Куйбышева? Предлагаете сходить в библиотеку к Нурие?

    Титанин (искренне, под впечатлением только что выслушанного и пережитого). Нет.

    Марс (Аиде). Что конкретно Вы, как директор музея имени Валерьяна Куйбышева, хотели спросить у Фаддея Фаддеевича Титанина, в довоенные годы жившего в Ленинграде и учившегося в железнодорожном институте? Про рельсы? Как что-то очень-очень тяжелое перемещать по рельсам?

    Аида (не столько с подсказки, сколько по наитию). Фаддей Фаддеевич! Что-то не так с Исаакиевским собором! Да, мы далековато живём от города трёх революций, города белых ночей, Северной столицы, Северной Пальмиры, Северной Венеции, культурной столицы Российской Федерации. Нам, синегорцам не всё равно. Но интересуемся техническими секретами неведомых создателей, поставивших каменное здание весом в триста тысяч тонн на поворотный круг.

    Марс. Откуда взялся второй вариант той же фразы «Дурак умного догоняет, да Исаакий не мешает»?

    Аида (к этому моменту сложился план, как отвести подозрения от Троеточие и переговоров за спиной у владельца дома). Фаддей Фаддеевич! Вы общались с жительницей нашего города, которая умерла этой зимой...

    Марс (сокращает вступление Аиды для Титанина). Она с Вами никогда не обсуждала проблему Исаакиевского собора?

    Титанин. Нет.

    Марс (за Аиду, под одобрение Троеточия). А как специалист по металлу и возведению зданий, не считаете ли Вы возможным... перемещение Исаакиевского собора?

    Троеточие (понимая, что в сложившейся ситуации все средства хороши отвлечь Титанина от подлинной цели визита Аиды). Я тоже давно хотел спросить про главную тайну Ленинграда.

    Марс (не хочет, чтобы опережали его формулировку конспирологического вопроса). Кто, как и для чего с 1842 года "разворачивал" на 90 градусов каменную махину Исаакиевского собора?

    Аида (поняла к чему её подводили). Примерно до 1842 года нынешним южным фасадом с рельефом на тему библейской сцены поклонения волхвов Исаакиевский собор стоял к реке. (И, кстати, собор стоял ближе к реке Нева на несколько десятков метров). И наоборот, нынешний северный портик смотрел на площадь, на юг. Нельзя сказать "смотрел на север" или "был развернут на юг" потому, что мы не знаем расположения сторон света в те годы. Поэтому так: смотрел на реку тем фасадом, которым сегодня смотрит на площадь. (По гигантским ступеням гиганты с реки входили в собор, не обходя собор.) И наоборот.

    Марс (торжествует над местными). Вопрос, при помощи каких технологий можно "развернуть" такую махину на девяносто градусов? Для какой надобности? Почему нельзя было оставить как было? Почему об этом не сказано у экспертов по Исаакию? Когда к обсуждению наконец будет предложена тема: разворачивали ли Исаакиевский собор? И знаем ли мы "правду" без признания того факта, Исаакиевский собор "разворачивали" на 90 градусов? Фаддей Фаддеевич, Ваше мнение? Ваша версия?

    Титанин. Это невозможно.

    Аида. Спасибо за ответ. Не смею Вас больше отвлекать.

    Аида становится боком к Титанину, чтобы не было продолжения разговора. Ждёт, что Троеточие вызовется её проводить.

    Троеточие. Я провожу.

    Уходят.

    Старуха садится на качели.

    [Кубик "Цитирования абзаца про "культ героев" во время движения по сцене толпы героев"

    Театр в театре. Пролог детского спектакля под названием "Зачем Петя разворачивал Исаакиевский собор, который архитектор Огюст Монферран не строил". В галлюцинацию цитирования остаточной группой затесались эвакуированные из лета 1941 года.

    Лев Семенович Берг и Мария Федоровна Андреева подходят к Марсу и Роксане.

    Старуха (узнала вдова Максима Горького). Горько!

    Марс хлопает себя по лбу.

    Марс. А эти кто такие?

    Роксана (дергает йога за рука, призывая соблюдать формальные приличия). Йог недоделанный! Я надеюсь на то, что это твоя последняя галлюцинация, вызванная долгим и скучным цитированием советских газет.

    Лев Семенович Берг (оправляет на себе короткий пиджачок). Добрые день, местные жители! Мы группа эвакуированных представителей интеллигенции Москвы и Ленинграда. До конца сорок первого года нам предписано находиться в Боровом. (Представляет женщину внушительной внешности и со взглядом воспитательницы трудных подростков.) Это бывшая актриса МХАТа, соратница Станиславского и Немирович-Данченко и вдова покойного драматурга Максима Горького Мария Федоровна Андреева. В 1931 году товарищ Сталин лично назначил Марию Федоровну самой главной над нами, академиками. В эвакуации между академиками вдова Максима Горького распределяет продуктовые пайки. Во время войны в Боровом будут жить великие ученые Советского Союза. (Рукой показывает на левую кулису в сторону как бы отставшей основной группы.) В Боровое вместе с нами направляются Владимир [Иванович] Вернадский, Глеб [Максимилианович] Кржижановский, Леонид [Исаакович] Мандельштам, Алексей [Николаевич] Крылов, Валентин [Петрович] Вологдин, Алексей [Евграфович] Фаворский, Сергей [Алексеевич] Зернов, Андрей [Александрович] Рихтер, Николай [Дмитриевич] Зелинский. И позвольте вам особо представить... Удивительный мозг нашего славного Отечества, не теряющий эффективности в столь трудные времена. Ещё в поезде этот человек предупреждал нас, академиков, что мы в едем в Синегорье, ставшее пристанищем забвения для чудом выжившей Великой княжны Ольги Николаевны Романовой. Познакомьтесь, это мой друг и соратник по научным изысканиям...

    Мария Федоровна Андреева (грубо прерывает Берга). Вот мы, странники Герхарта Гауптмана, и спрашиваем у вас. (Марсу. Кокетливо.) Добрый человек из Синегорья, подскажите нам дорогу на Боровое.

    Марс не знает ответа.

    Роксана показывает в сторону левой кулисы.

    Берг и Андреева уходят шаркающей походкой столичной интеллигенции туда же, откуда вышли.]

    Кубик "Роксана бросает вызов [Марии Федоровне Андреевой]"

    Марс (Роксане). Сколько у вас друзей?

    Роксана (про эвакуированных). Мамины знакомые мне не подружки.

    Марс (округляет глаза). У вас, с вашей красотой, нет друзей?

    Оба хохочут.

    Титанин смотрит на Марса.

    Марс. А Вы полагали, что забвение заточено лично под Вас? Откуда нам знать, какие бывают формы забвения и на что забвение распространяет свою мощь? Желаете иметь дело с забвением в формах, удобных только для Вас?

    Титанин. С царевной я никогда не обсуждал Исаакиевский собор.

    Марс. А почему?

    Роксана. Аида приходила задать два вопроса. Но вы её смутили. Она успела задать только один вопрос.

    Марс. А про что был второй вопрос.

    Роксана (морщит лобик, вспоминает то, что слышала от матери с момента начала освоения целины и в последние годы. Воспроизводит по памяти, передавая материнскую интонацию). В начале Двадцатого века веке на планете насчитывалось двадцать миллионов неизвестных видов насекомых. Российская империя была страной «миллиона» - на ее территории обитали не менее два миллионов неизвестных видов насекомых. В прошлом веке на планете общее число неизвестных видов насекомых сократилось до десяти миллионов. До войны в СССР жили насекомые одного миллиона неизвестных видов. К концу текущего века на территории России их число не будет превышать всего лишь пятьсот тысяч видов. С 1954 и по 1962 год при бездумной индустриализации и преступной распашке залежных земель в Зауралье, Южной Сибири, Синегорье и на Алтае было уничтожено не менее двухсот тысяч неизвестных науке видов насекомых.

    Роксана радостно прыгает на одной ножке от того, что пересказом приобщила себя к умному разговору между матерью и младшей дочерью, до беременности поступившей на химико-биологический факультет Алма-Атинского университета.

    Марс (подытоживает услышанное). Верите ли Вы, что при освоении целины в СССР уничтожили двести тысяч неизвестных науке видов насекомых?

    У Титанина нет слов, но окружающие готовы ему помочь вплоть до того, чтобы высказаться вместо него.

    Марс. Хотите спросить, а что это было?

    Роксана (в паре с Марсом). Фаддей Фаддеевич, Вы часто упоминали забвение. Вот Вам Ваш противник показал свои сильные стороны. Каждый из нас боится забвения. А у забвения имеются и другие объекты.

    Старуха (подловила Титанина на моменте слабости). Э-ге-ге!

    Кубик "Уход Старухи"

    Титанин (всматривается в психолога). Так вот через кого делается приглашение к забвению. Нынче черти на посылках у забвения.

    Марс. Устного слова недостаточно для образования, развития и культивирования «чувствительности», «восприимчивости» и «обратные связи»?

    Титанин. Ты не умеешь держать драматическую паузу говори как полагается.

    Марс. Правду говорят, что прямой нос и вогнутая спинка носа затрудняют доставку кислорода в мозг, что ограничивает интеллектуальные способности?

    Троеточие вернулся на сцену.

    Титанин. Я не буду рабом.

    Троеточие. Тридцать лет ты был рабом.

    Титанин. Я родился до октября семнадцатого года. Я не родился рабом. И перестал им быть, когда в сорок седьмом узнал о том, что царевна чудом выжила.

    Марс. А как не быть рабом среди рабов? Как не быть рабом после того, как чудо завершилось?

    Роксана садится на качели.

    Роксана и Старуха вдвоем на неудобных ассиметричных качелях. По прыти Старуха не уступает Роксане. Забавляются своими попытками усидеть на качелях, не предназначенных для безмятежного дореволюционного отдыха.

    Титанин. Забвение имитирует утешение.

    Марс. Забвение приносит прощение прошлого или даёт команду отмены пережитого?

    Марс подходит к правому столбу. Берется рукой за трос. Пытается раскачивать качели, на которых и так с трудом сидят Роксана и Старуха.

    Старуха (отвечает на попытки Марса привести качели в движение). Фу-ты!

    Роксана. Я слышу, что психолог из Ленинграда и сумасшедшая старуха из сытого дома говорят на одном языке. О, наука! Ленинград! Алма-Ата! (По секрету как бы шепчет на ухо Марсу, который вынужден к ней наклониться.) Моя младшая сестра забеременела от какого-то головореза из страшного города Петропавловска. Лежит в роддоме на плохой жесткой кровати с раздувшимся животом. А могла бы стать бы выпускницей химико-биологичский факультета Алма-Атинского университета. И тогда была первой в нашей семье с дипломом высшего образования. А теперь, через четыре года диплом достанется бывшей однокурснице моей сестры по фамилии Григорьева. Всего через четыре года моя сестра говорила бы на вот этом птичьем языке.

    Старуха. Фырк!

    Шутова вернулась после того, как помогла Марии по хлопотам домашнего хозяйства.

    Титанин. Забвение — это самый доступный и быстро возобновляемый ресурс, который люди продолжают игнорировать.

    Троеточие. Да. Признаю. Ты поэт. Но певец одной темы. Степной акын забвения как возмездия.

    Роксана беззаботно соскакивает с качелей. Её беззаботность, как всегда, представляет угрозу для окружающих. Старуха чуть не падает. Её подхватывает Марс, который, как известно, любит телесный контакт. Видно, что к Старухе Марс не испытывает никаких чувств. Избыточной мимикой выражает сожаление, что это была не Роксана.

    Титанин. Забвение — это рекурсия бессмертия.

    Шутова. Судьба — это портрет личности, сотканной паутиной забвения.

    Титанин. Бессмертие — это вид лжи о кажущейся победе над забвением.

    Титанин. Забвение сильнее бессмертия.

    Марс. Забвение прощает прошлое или отменяет?

    Шутова. Ты повторяешься.

    Титанин. Я не повторяюсь, я самому себе доказываю, что я пока ещё на берегу забвения.

    Марс. Возможен ли человек как абсолютно непроницаемая тайна с необъяснимым происхождением и прошлым?

    Шутова. А разве судьба не портрет на пленке поверх бездны забвения?

    Титанин. Да будет бессмертно забвение!

    Повтор Шутовой реплики с искажениями, вызванными собственными сомнениями.

    Шутова. Хочется верить хотя бы в то, что будет бессмертно хотя бы забвение.

    Марс. Ага, будет ли забвение бессмертно?

    Старуха. Утю-тю-Тютю!

    Марс. Ага, ага, ага.

    Титанин (выходит на авансцену). Человеку доступен единственный способ быть бессмертным на земле: я должен забыть про неизбежность забвения.

    Старуха (устала от напряжения произношения закодированных слов). Уст-усть!

    Титанин (с авансцены). Ротшильдовна устала. Устанут и те, кто за всем этим стоит. Уведите её. Она своё дело сделала. Ходячая иллюстрация творческого долголетия. Изъясняться кодом в её-то возрасте, это подвиг. Когда мы доживём до её возраста, и на то не будем способны.

    Роксана и Марс помогают Старухе слезть с качелей.

    [Марс (Роксане). А мы ещё увидимся, если я буду рядовым преподавателем на кафедре психологии в Синегорском педагогическом институте? А если у таких простых людей как Титанин и Шутова была тайная жизнь, то и я, с дипломом психолога как-нибудь, справлюсь с необходимостью жить двумя жизнями?]

    Роксана (как бы объясняет, чего хочет хозяин дома). Шевелись, копуша.

    [Ни на ком из персонажей нет нательного крестика, но Старуха Ротшильдовна зачем-то крестится на верхушку правого столба.]

    Роксана (повторяет свою традиционную шутку). Если бы Великая княжна была царевной...

    Роксана уводит Старуху.

    Старуха [(в зал, зрителям)]. Досвидос!

    Троеточие провожает хлопками, то ли Старуху, то ли Роксану, то ли аплодирует девичьей шутке. [Возможно, Троеточие аплодирует попыткам Старухи Ротшильдовны перекреститься на столб без ангела и без церковной символики. Или, подобно персонажам итальянского драматурга-новатора Луиджи Пиранделло, реагирует на троеточие в финале шутливой реплики Роксаны.]

    Шутова (вослед Роксане с мыслью о Роксане). Судьба — это паутина забвения, прочитанная портретом личности.

    Троеточие (торжествует при мысли об ушедшей Роксане [, в которой видит дисциплинированную государственную служащую]). Конец всем вашим местечковым тайнам! Отныне никаких секретов от общества! Единение с государством!

    [Кубик "Пятый и предпоследний музыкально-танцевальный номер"

    Из правой кулисы в роскошном платье Роксана эффектно возвращается, чтобы в паре с Марсом исполнить медленный танец под песню на стихотворение Ларисы Штраус "Грани судьбы" и музыку Елены Чичерины.

    Фонограмма (звук из динамиков может содержать атрибуты ресторанной жизни. Звяканье вилок и тосты попали на запись песни в локации красивой жизни). Ты мой не услышишь плач,
    Я ночью уйду к причалу.

    (Зрители слышат звукозапись морской волны, набегающей на ограждение в порту.)

    В дорогу лишь зонт и плащ,
    Устала я жить в печали!
    Ведет ли рука судьбы,
    Сама ли я путь меняю,
    Песочных дворцов следы
    Слезами дожди смывают.

    (Не разбивая пары, не выпуская рук партнерши, Марс подпрыгивает на обеих ногах. Действие мужчины выражает избыток жизненных сил. В жестах и позах исполнитель становится похож на советского актёра Эраста Гарина в его комедийных ролях.)

    Пусть ветер в лицо и дождь,
    Натянуты струны воли!
    Диктует ритмично дрожь,
    Что в маске любовь – неволя!
    Прощаю обиды, боль…
    И счастья тебе желаю.
    Нельзя воскресить любовь,
    Дыханье её теряя.

    (Максимальный наклон спины у Роксаны, томно закрывающей глаза. Марс нависает над партнершей. От страсти Марс бесшумно щелкает, резко выдвигаемой, нижней челюстью.)

    Пусть грани судьбы остры,
    Рискуя, пройду по краю.
    Горят за спиной мосты
    В огне маскарад сгорает!
    Ласкает волну волна,
    Над палубой крики чаек

    (Зрители слышат звукозапись неприятных криков морской чайки: буквалистская иллюстрация образа из песни, запись, которой, возможно, проходила в корабельном ресторане.)

    И сбросив оковы сна,
    Рассвет колыбель качает…

    (Слева и справа кулисы покачиваются, как бы изображая волны.

    Танец разбросал партнеров. Пара разбилась. Партнеры на какое-то время замирают у правой и левой кулисы. А затем сходятся. Жунщина и мужчина делают большие шаги на согнутых ногах, на расстоянии пожирая друг друга взглядами и поглаживая себя по бедрам. Соединившись, они продолжают танец, но с замедлением.)

    Пусть ветер в лицо и дождь,
    Натянуты струны воли!
    Диктует ритмично дрожь,
    Что маски любви – неволя!
    Прощаю обиды, боль…
    И счастья тебе желаю.
    Нельзя воскресить любовь,
    Дыханье её теряя.

    Несмотря на очевидное комичное несоответствие физических параметров партнеров, оба танцуют как в последний раз. Энтузиазм танцоров знакомит зрителей с позицией: "Жизнь продолжается, кто бы не ушёл в забвение, сколько бы людей не постигла участь забвения". А ещё танец молодой пары можно понимать как возражение словам Троеточия про государство. Под финал музыкального номера танцующие Роксана и Марс лицами разворачиваются в зал. Марс даёт понять публике, что он уводит партнершу со сцены. В танце удаляются за кулисы.]

    Троеточие (поначалу к Шутовой, но про Титанина). Была бы моя воля: без следствия и суда я бы тебе вынес приговор "забвение пожизненно". Но и без моего приговора ты наказан судьбой. Разбежался наш Фадейка в самое что ни на есть романтическое и роковое забвение. Да случилась беда мирного времени. Перед курносым мальцом царские ворота закрылись. Полгода наш Фадя сидит перед царскими воротами забвения. Лупает уставшими глазками. Пытается прочитать недоступную ему грамоту. Загадочные призывы пойти и спасти женщину высечены из экзотического дерева и покрыты позолотой. Одного не может понять пастушок: грамота заморская недоступна по табелю о рангах. Не по чину будет-с, Дея.

    [Кубик "Вознесение в условиях забвения и музыкальный номер в стиле оплакивания"

    Из левой кулисы Мужчина в штатском в зимнем пальто и Монтёр №3 в зимней фуфайке выносят тело в свернутом ковре. Осторожно кладут на сцену. Мужчина в штатском бросает взгляд наверх. Ему на лицо падают снежинки. Убедившись в том, что Монтёр №1 и Монтёр №2 находятся на своих рабочих местах, Мужчина в штатском уходит со сцены, словно боится разбудить женщину в ковре.

    Песня "Метель" на стихи Ольги Орловской в исполнении Елены Чичериной из динамиков звучит весь эпизод, пока Монтёр №3, Монтёр №1 и Монтёр №2 возятся со свернутым ковром.

    Монтёр №3 на земле закрепляет тросики на свернутом ковре. Разрешает подъем. Поглядев по сторонам и убедившись, что нет свидетелей, Монтёр №3 уходит в левую кулису.

    Свернутый ковер на тросиках начинает подниматься. С одной стороны зрителям видны сдвинутые ступни женских ног, завернутые в белую материю. Из ковра торчат женские ступни в красных туфлях с металлической пряжкой. Это пример театральной условности, которая оправдана художественными задачами эпизода с элементами мистики.

    А с другой стороны ковра видны плечи и силуэт головы, завернутой в черную шаль забвения. То есть, по сути, в ковер завернут манекен человека в полный рост. Монтёр №1 и монтёр №2 сперва смотрят сверху вниз. Проверяют надежность креплений, когда ковер достиг их уровня. Они убеждаются в наличии тела. И жестами разрешают подъем кому-то, невидимому из зала.

    Свернутый ковёр с человеческим телом поднимается на уровень арочного свода. В этом момент с помощью световых спецэффектов из арочного свода создаётся полноценный большой желтый круг Солнца. На какой-то момент тело замирает на фоне жёлтого круга. Затем уходит вверх. Ковра и тела не видно. Но Монтёр №1 и Монтёр №2, приложив ладони козырьками ко лбу, смотрят вверх. Гаснет желтый круг.

    Спустя какое-то время наверху, из колосников, слышен звук, словно захлопнули служебное окно, через которое на небесный свод было доставлено тело Царевны.]

    Занавес. [Затемнение.]

    Акт 4

    Вечер того же дня, 24 июня 1963 года. Титанин рядом с настольной лампой с зеленым рассеивателем света.

    Кубик "Домашние уютные тайны"

    При первых репликах обозначился Марс.

    Титанин. Не хочу вспоминать лето пятьдесят третьего года.

    Шутова. Никто не знает нашей с тобой тайны.

    Титанин (после женских слов меняет свою позицию). А вот пусть психолог из Казани будет четвертым носителем нашей тайны. Солома вместо мозгов. Пусть советская наука узнает, как ты провела ту июльскую ночь. С полуночи и до половины четвертого утра с гранатой всю ночь простояла у выходных дверей кинотеатра в здании купца Короткова. Если бы после демонстрации кинохроники с коронацией Елизаветы Второй царевну вывели бы во двор расстреливать, что собиралась сделать? Выдернуть чеку, бросить гранату под ноги палачам из расстрельной команды? Дрожала под звёздным небом. Три часа репетировала фразу: "Беги, Ольга!" Своим тельцем прикрыла бы царевну. Вот какова наша Нина Шутова!

    (Передразнивает кого-то.)

    Не шутите с ней!

    Марс. Откуда Вы знаете? Что всю ночь? Что с гранатой в руках?

    Шутова. Со мной он рядом стоял. С двумя пистолетами в обеих руках. В закрытые двери целился. Стрелок. Как звуки смокли, а киноаппарат тарахтел как твой дизель у трактора, так Фаддей Титанин завозился в темноте. Один пистолет достал из кожаной кобуры, которую с собой привёз с фронта. А здесь в Синегорье ему из войлока сшили кобуру под второй ствол. В три часа ночи в темноте положил обе кобуры у себя перед сапогами. Руки с оружием вытянул. Стоял и ждал, когда Великую княжну будут выводить... на расстрел.

    Марс. А, так вы вдвоём той ночью были? И чём всё закончилось?

    Шутова. Двери открылись. Вышла Великая княжна. И стала плакать. Навзрыд. Фадеюшка обнял за дрожащие плечи Великую княжну. Так и шли от торговых рядов купца Короткова к себе домой на улицу Кагановича. А мне пришлось те кобуры с земли поднимать, да фонариком дорогу им освещать. Как собачонка сбоку бежала от Великой княжны и её телохранителя.

    (Титанину.) Тяжелые были твои пистолеты. Правильно сделал Москва, что отняла у тебя всё твоё оружие, вояка недоделанный.

    Титанин (ухмыляется.) А гостю нашему из Казани не хочешь рассказать, что тем утром дальше было? Довели мы царевну домой, уложили под одеяло. Вышли на утреннюю улицу Кагановича. Дело было до рассвета... И что было дальше? Повествуй в подробностях.

    Шутова (ожесточенно). Никто никогда не узнает.

    Титанин (примирительно). И я не расскажу. Вот и получается: ученые, а ничего им знать не дано про простого человека. Чем люди живы? Стройте свои научные гипотезы на ночном песке. А мы промолчим. Правда всегда промежду простых людей. Недоступна наша простецкая для взгляда ученого со стороны.

    Шутова (вдруг улыбается). А дружок твой что учудил в тот июльский день, помнишь? Узнал, что Великую княжну на ночь в торговые ряды Короткова пригласили. Никто же не знал, что для частного кинопросмотра. Этот горе-милиционер сам себе ордер выписал на излов преступника в Зеренде. После захода солнца сыщик сел на мотоцикл. В дороге из фляги какое-то пойло пил. Не доезжая до Зеренды мотоцикл и опрокинулся. Неделю без штанов провалялся на койке. Неделю не мог выбраться из Зеренды. Злополучная Зеренда. Ничего не знал о том, что здесь в Кокчетаве произошло. Вернулся. Щеки такие впалые. Взгляд безумный. Побежал расспрашивать, а никто ничего не знает. Не было у простых советских людей никакой тайной жизни. Ко мне прибежал как миленький. Еды принёс. Хватило ума прийти не с пустыми руками... И как такого назначили начальником уголовного розыска?

    Марс. Мужская дружба.

    Шутова и Титанин. Может и так.

    Входит Троеточие, недовольный тем, что не знает времени ужина.

    Троеточие (реагирует). Позакрывать все цирки. Разогнать всех клоунов.

    Марс. Зачем я был вам нужен? Экспертиза личности умершей на основе показаний очевидцев? Диагноз живым?

    Троеточие. Всенепременно обсудим эти вопросы. После того, как через год-другой Паганель от психологии вернется возглавить кафедру психологии в нашем педагогическом институте. Вам пора на поезд в Петропавловск.

    Троеточие выталкивает Марса.

    Шутова. Завтра с утра в милицию пойду. Напишу заявление. Это я была на озере с контролером из Москвы. Напишу, что позвал он меня купаться вечером, обещал мясные консервы и подарки московские. Далеко от берега отплыл. Судорога случилась в ночной холодной воде. Звал на помощь, а я испугалась. Пусть так. Пусть меня шлюхой весь советский народ считает. А я свой долг перед царевной исполню. Сама себе пособницей буду.

    Кубик "Люди"

    Титанин сидит за столом, опустив голову на руку, согнутую в локте.

    Нина Шутова. Грозовеет.

    Троеточие (Титанину). Уезжай из Синегорья! Если останешься, обречешь на забвение дочерей женщины, которая тебе ничего плохого не сделала.

    Титанин. Я помню дочерей маленькими. Я их обоих в первый раз увидел в сорок седьмом году. Младшей было пять лет. Крохотуля. Высокая и крепкая Роксана выглядела старше своих лет...

    Запинывается, не может назвать возраст. Точно не знает год рождения старшей дочери соседки.

    Титанин. Одно и обидное слово: реликт.

    Троеточие (показывает себе за спину). Жена твоя, немка, которую ты из Германии вывез, мышиными шагами ходит.

    Титанин (Троеточию покровительственно). Ты, братец, французского философа Жана-Поля Сартра не читал? То-то же. Вот и не лезь в разговор умных людей.

    (Марсу.)

    Что ты, ленинградский татарчонок, говоришь?

    Марс. Я не понимаю, почему мой учитель из Перми считает диалог плохой тренинговой ситуации «здесь и сейчас»?

    Троеточие (Титанину). Сходил бы ты, братец в общие бани дореволюционных предпринимателей Сазоновой и Кузьминой.

    Марс. Для простых жителей Синегорья важнее канализационной сеть с водопроводом или память об одной-единственной женщине? Ага?

    Троеточие. Неправильно ставишь вопрос, горе-психолог.

    Титанин. Мир так устроен, что если нет памяти об одной-единственной женщине, то объективные обстоятельства помешают горожанам получить доступ к таким благам, как горячая вода из крана и централизованная канализация. И через двадцать лет. И через пятьдесят лет.

    Марс. Ага. А дальше?

    Титанин. Я не ослышался? Мозгоправ спрашивает, что будет через шестьдесят лет? Да хоть через сто! Люди захотят жить по-человечески. Люди потребуют городских благ. И тогда придется делать выбор.

    (Делает жест отсечения.)

    Если хотите жить лучше, то придется отказаться от СПАСИТЕЛЬНОГО забвения. Про "лучше" сегодня и завтра никто не говорит. Будут молчать, ибо помнят ту самую женщину. А вот когда умрёт последний носитель забвения, когда исчезнет формальный повод "не помнить", вот тогда горожане потребуют материальных улучшений.

    Троеточие. И вот тогда музей сталиниста Куйбышева переименуют-таки в музей чудом выжившей Великой княжны.

    (Титанину с незначительным укором, не педалируя.)

    А твои племянники, те самые, что до этого переругаются из-за твоего наследства после твоей смерти, станут директорами нового-старого учреждения культуры... И выговорил же такие поганые слова.

    Шутова. Я вижу будущее Синегорья. Прекрасное озеро на середине которого из лодки видно монетку на дне превратится в заболотится, замусорится. Берега будут в камышах и в тине, так что купальщикам не войти в воду с городского пляжа. Опустишь в мутную воду руку и своей ладони не рассмотришь. И горожане ничего не смогут сделать с этим.

    Марс с чемоданом стоит за столбом. Это тот же самый большой чемодан, в котором Монтёр №1 и Монтёр №3 увозили кричащего психолога со сцены. В этот раз чемодан тоже возникает как образ похищения человека. Отпуская реплики из-за столба, Марс возится с чемоданом. Переставляет. Открывает и закрывает крышку. Проверяет швы. Заглядывает вовнутрь. Переворачивает вверх дном. Марс хочет увезти Роксану с собой. Возня с чемоданом выдаёт степень его инфантильного желания "похитить" Роксану.

    Привезли Великую княжну в Синегорья в 1927 году, в год когда в городе был смонтирован первый радиоузел.

    Троеточие (Марсу). Страшную историю мы тебе рассказали?

    Марс (из-за столба). Это контрольная операция?

    Шутова. Память не волчица, а кусается так, будто из живого тела куски выхватывает.

    Шутова. Без правды люди живут в пустоте.

    Шутова. Не жить людям единой семьей.

    Титанин. Люди! Творцы беспамятства. Посмотришь со стороны. Словно целые заводы вырабатывают беспамятство. И кто первым эту машину запустил?

    Титанин. Люди! Эх, люди! Отвык я от людей. Люди мне не братья по забвению.

    Троеточие. На самую верхотуру взобрался Борька Титанин. Соизволь Ротшильды щелкнуть пальцами, наш даритель швейных машинок Зингер мог бы стать премье-министром возрожденной монархии. Но судьба не дремлет. Начальнику угрозыска выпала честь угаснувший пламень бросить в мир тишины и покоя.

    Титанин. Одиночество — это дозированное забвение.

    Троеточие. И я как семейный лекарь выписываю тебе два пуда этого самого пользительного лекарства.

    Титанин. Чувствую себя большим начальником: ректором университета забвения.

    Марс. Где Ваши студенты?

    Титанин. С семнадцатого года на затянувшихся каникулах.

    Троеточие морщится от никчемной политизированности темы Октябрьской революции 1917 года. Не ожидал от собеседника.

    Марс. Атлантиду населяли доисторические Каспары Хаузеры?

    Произнеся свою последнюю реплику в спектакле, исполнитель роли Марса сам, по своей воле, забирается в большой чемодан. Закрывается изнутри. Из-за кулисы выходят Монтёр №1 и Монтёр №3, которые берутся за ручки большого чемодана и выкатывают его со сцены. Из спектакля психолог уходить вещью.

    Шутова (провожает взглядом большой чемодан и говорит в зал с высоко поднятой головой). Нет. Каждый взятый по отдельности наш отечественный Каспар Хаузер — это... целая... Атлантида.

    Затемнение правой стороны сцены, пользуясь которой артисты уходят за правую кулису переодеваться для массовки в Масленицу.

    Кубик "Поворотное событие"

    Слышен топот мужских ног. На мгновение у зрителей создается ощущение, как будто бежит не один человек, а к дому с высокими окнами приближается взвод автоматчиков, которым дали задание арестовать хозяина земельного участка. С мотоциклетным рулем в руках Селезнев пробегает через зеркало сцены от кулисы к кулисе.

    Селезнев. Соседи! Младшая дочь! Родила! Мальчик! Здоровый ребенок! Благополучный исход!

    Титанин (идёт вослед Селезневу, но оказывается на авансцене). Простому человеку доступен единственный путь к бессмертию: я должен забыть про неизбежность забвения.

    Шутова (становится плечо к плечу с Титаниным, в зал и с вызовом). Тайны только начинаются!

    Титанин (в восторге обнимает Шутову, в зал). Послужим ещё!

    Затемнение авансцены и правой половины сцены.

    Кубик "Предпоследний"

    Оставшиеся монтёры спускаются со столбов. Мужчина в штатском пересчитывает по головам монтёров. Ладонью вытянутой руки дотрагивается до головы, которая опускается рабским жестом. Отпускает их со сцены. Монтёров не на столбах, их нет на сцене. За кулисами переодеваются в праздничную зимнюю одежду.

    Мужчина в штатском подходит к авансцене. Смотрит в зал с подозрением. Шевелит губами, подсчитывая количество зрителей. Смотрит в свои бумаги, сверяя показатели. Кто-то на 10 ряду внушает ему недоверие. Осматривает зал сталинским взглядом. Презрительным жестом руки разрешает выходить зрителям из зала. С криками взаимных приветствий шумная массовка выходит слева и справа, затягивает Мужчину в штатском вплоть до того, что он теряется в праздничной толпе, на которую его власть не распространяется.

    Кубик "Василий, муж Царевны: Удалой молодец, гордость Масленичного столба, или Гуляние Русской Атлантиды"

    Масленица 1939 года. В довоенном 1939 году сырная седмица (масленица) выпала с 13 по 19 февраля. Кокчетав. Сенной рынок. Почти нет снега. Теплее, чем должно быть в феврале.

    Оба столба без монтеров, которые заранее спустились, переоделись и выходят в праздничной, по всем законам соцреализма, массовке веселыми ладными мужчинами из бодрых советских кинофильмов 1930-х и 50-х годов. Отчетливо прочитываемым Александровским столбом высвечена левая колонна. Это голографический стигмат казенного Петербурга. На правый столб сверху опустилось колесо от телеги. Колонна превращается в Масленичный столб.

    Пестрая массовка выходит для гуляний на Масленицу. Массовка в праздничных одеждах. Среди толпы Нурия, Аида в костюмах и гриме своих молодых матерей. Школьница Шутова в эффектном театральном костюме русской царевны для девочки, чего не видят люди в толпе. Ещё одна школьница в пальто не по сезону. Монтёры заранее спустились играть мужчин в массовке.

    Людской рекой идут на первый круг по зеркалу сцены.

    Советские люди хорошо одеты и выглядят всем довольными.

    Шутова взмахивает белым платком в вытянутой левой руке.

    Царевна выходит с запеленатым ребенком на руках. Грудь колесом рядом с ней идёт Василий. Василий одет не как советские мужчины в праздничной толпе. В зеленом костюме сказочного Ивана царевича. В шапке царевича из детских сказок. (Зачем отходить от натурализма и реализма? Почему в костюме сказочного персонажа? Ответ на подобные критические вопросы может быть простым. Потому, что так видел кто-то из участников действия.)

    Царевна, нянечка и её муж Василий церемонно раскланиваются со знакомыми.

    Первый синегорец. Кого я вижу!

    Второй синегорец. Василий!

    Третий синегорец (по-крестьянски таращится на Василия, которого видит впервые в жизни). Давно не виделись!

    Царевна и нянечка отходят вправо. Царевна передаёт ребенка на руки нянечке.

    Первый синегорец. Я не видел Василия с тридцать восьмого года.

    Второй синегорец. А я не видел Василия с тридцать седьмого года.

    Смотрят на Третьего синегорца, мол, как выкрутится?

    Третий синегорец (бодро, но вынужденно). Рад знакомству!

    Толпа замирает. То ли реакция на выкрик Третьего синегорца. То ли ждут ответного слова Василия. ответное слово задаст настроение всему празднику.

    Василий. А за дочь Роксану жене большое мужское спасибо! Будет у меня дочь-богатырша!

    Толпа удовлетворенно отреагировала и пошла на второй круг по зеркалу сцены.

    Первый синегорец. Смотрите!

    Второй синегорец. На Масленичный столб вывесили мешок с подарками!

    Третий синегорец (не вопрос). А я один не вижу мешок с подарками!

    Первый синегорец и Второй синегорец разворачивают его в сторону Масленичного столба.

    Первый синегорец. Масленичный столб выше, чем был в тридцать восьмом году.

    Второй синегорец. Чует моё казацкое сердце, в этом году с Масленичного столба упадёт больше мужиков, чем свалилось за два предыдущих года.

    Третий синегорец. А я, как в прошлые годы, боюсь лезть на высокий и гладкий Масленичный столб за мешком с подарками.

    Толпа останавливается во второй раз. Все смотрят вверх. Только сейчас Ангел, мужчина с кучерявыми волосами, с крыльями с навершия соседней Александровской колонны по дуге перемещается вправо и на крюк (!) на спице колеса от телеги на Масленичном столбе (на правой колонне) размещает толстый мешок с завидными подарками. То есть, Третий синегорец говорил правду, когда единственный не видел мешка с подарками на Масленичном столбе, которого там минуту тому назад не было.

    Первый синегорец. Колесо от телеги тяжелее, чем было в тридцать восьмом году.

    Второй синегорец. Колесо от телеги привязали лучше, чем в тридцать седьмом году.

    Третий синегорец (интонация частного собственника, не изжитая в гражданскую войну 1920-х годов). Это моё колесо от моей телеги.

    Толпа чужими спинами пытается закрыть школьницу Шутову, которая одна укрепляется взглядом на Третьем синегорце.

    [Из левой кулисы выходит и в полшага величаво движется Ангел с вершины Александровского столба, который на руках несёт макет Исаакиевского собора.]

    Василий входит в состояние куража и бросает шапку оземь. Снимает верхнюю часть одежды и выясняется, что царский костюм был одет на голое тело.

    Полуголый Василий лезет на Масленичный столб.

    Колесо от телеги срывается и опускается ему на спину. Преодолевший середины расстояния до мешка с подарками, Василий принимает удар и удерживается на столбе в верхней части. Спускается с колесом от телеги как огромным терновым венцом. (Конечно, для безопасности сделано так, что колесо опускается на тросах, но движется одновременно с исполнителем, поэтому для зрителя они одно целое.) Подрагивая от напряжения Василий становится обеими ногами на сцену.

    Первый синегорец и Второй синегорец пытаются ему помочь. Отказывается от помощи. На лице видны порезы. Одна штанина оторвана до колена.

    Колесо от телеги держит на руках над своей головой как огромный венец. Василий поворачивается в разные стороны: все ли видят, что он не оплошал? По губам видно, что шепчет что-то вроде: если ему жена родила дочь Роксану, то и он должен быть "на высоте".

    Как только Василий отходит от столба, так правый столб в затемнении.

    Колесо от телеги удерживает как скульптурного ягненка несут на плечах скульптурного пастыря. Пастырь, но на плечах вместо ягненка колесо от телеги Третьего синегорца.

    Но школьница Шутова не сводит взгляда с Третьего синегорца.

    Жестом охотника, одолевшего опасного хищника, Василий ставит ногу в сапоге на мешок. Все одобрительно смеются, не прекращая движения по кругу. Гуляния продолжаются несмотря на инцидент.

    После разрешающего жеста Василия, в очередной раз подтвердившего свою репутацию, с которой он выходил на Сенной рынок, Первый синегорец и Второй синегорец поднимают мешок с подарками.

    Царевна, изогнувшись под колесо, целует Василия в щеку.

    Толпа идёт на третий круг, медленнее чем прежде.

    [Ангел с вершины Александровского столба после церемониального поклона ставит макет Исаакиевского собора перед Царевной.]

    Левой рукой Шутова подкидывает вверх белый платок, который медленно опускается на сцену. С колесом от телеги, как с ягненком на плечах и с осанкой пастыря, Василий уходит вправо. Идёт победителем. Наступает на белый носовой платок, но не замечает этого.

    [Царевна наклоняется. С помощью световых спецэффектов зритель видит, как гигантская женщина смотрит на экскурсию на куполе макета Исаакиевского собора. Её что-то не устраивает. Вытянутыми руками Царевна разворачивает макет Исаакиевского собора. Движения "гигантской" женщины сопровождаются лязгом заржавелых шестеренок, которые пришли в движение в механическом основании Исаакиевского собора. Царевна улыбается. Жестом ладони с выпрямленными пальцами Царевна разрешает Ангелу с вершины Александровского столба поднять, развернутый ею, макет Исаакиевского собора.

    С макетом Исаакиевского собора на руках Ангел с вершины Александровского столба движется за Царевной.]

    Царевна уходит вправо.

    Первый синегорец и Второй синегорец движутся вправо, на ходу достают из мешка с подарками вещи и показывают их Царевне и любопытствующим из толпы.

    Нянечка с тихо плачущим ребенком остаётся посреди сцены. На сцене: нянечка с ребенком, Шутова и Третий синегорец. Под затемненным правым столбом школьница Шутова смотрит за движениями Третьего синегорца.

    Третий синегорец подходит к основанию затемненного второго столба. Прижимается к основанию как к стволу дерева. Смотрит снизу вверх, как высматривают белок на верхних ветках. Дрожащей рукой сломленного человека показывает куда-то наверх.

    Третий синегорец (владелец телеги с оставшимися двумя колесами в последний раз в довоенной жизни требует справедливости, в зал). Это моё колесо... от моей... телеги.

    По кругу гуляющая толпа резко замирает. У каждого в толпе каждая нога по отдельности стала тяжелее всего остального тела, ступни прижаты к доскам, каблуки вжаты в сцену. Неподвижная толпа становится задником для мимики школьницы Шутовой.

    Школьница Шутова вскидывает брови. Школьница Шутова округляет глаза. Школьница Шутова тянет шейку. Школьница Шутова вытягивается на цыпочках. Школьница Шутова в немом крике осознания государственной реальности 1939 года закрывает ладонью распахнутый рот.

    Из-за правой кулисы монтёры в монтерских когтях выкатывают телегу на двух колесах. Им неудобно из-за монтерских когтей, которые они не сняли, но они справились. Монтёры остаются на сцене. Монтёры держат на руках ту часть телеги, колеса с которой были реквизированы Советской властью и использованы для двух Масленичных столбов.

    Нянечка баюкает ребенка по нарастающей. Движения раскачивающихся плеч женщины становятся слишком размашистыми, угрожающе безответственны. Это начинает походить на спортивный размах плеч и верхней половины корпуса спортсменки на соревнованиях по метанию ядра.

    Детский плач маленькой Роксаны слышен через динамики с дефектами граммофонной записи. Возможно, это плачет младшая дочь Третьего синегорца, чья телега с двумя колесами стоит тут же на сцене.

    Правое крыло сценического занавеса наползает так, что скрывает только ту половину телеги, которую монтеры держат на уровне пояса. Скрытые занавесом, монтеры полминуты держат телегу на весу. Вдруг невидимая зрителю половина телега с грохотом падает на сцену. Это монтеры её просто выпустили из рук, предварительно чужую частную собственность подняв до уровня груди. Для усиления звука ту часть телеги, которую монтеры держат в руках, следует подбить металлическим листом. А второй металлический лист, на который опустится телега, следует заранее положить на сцену, обозначив место приземления телеги.

    Детский плач смолк. Громкий звук прервался. Но слышно шипение граммофонной пластинки, на которой была бракованная запись шума толпы на коронации Елизаветы Второй.

    Топанье нерадивых "атлантов", за занавесом уходящих со сцены с переругиванием на английском языке на тему того, кто из них где стоял на коронации Елизаветы Второй.

    [Монтёр №1. I didn't see you at the coronation at Westminster Abbey!

    Монтёр №2. And I didn't see your name on the list of eight thousand two hundred and fifty-one people!

    Монтёр №1. The devil himself will remain unnoticed in a crowd of eight thousand two hundred and fifty-one people!]

    Финал спектакля.

    [Эпилог

    Старуха пытается выйти на авансцену, но "промахивается" в сторону качелей.

    Старуха. Опс!

    Старуха. Ла-ла!

    Старуха. Ь-Ы-ы!

    Старуха. Гугашеньки!

    Старуха. Атаньсьен!

    На сцену выходит Нина Шутова, чтобы на плечи Старухи набросить шаль.

    Старуха. Ни-ни!

    Старуха. Исполать!

    Старуха. Как бы не так!

    Старуха. Охохонюшки!

    Старуха. Ля-ля-ля!

    Старуха. Алаверды!

    Старуха. Естественно!

    Старуха. Вуаля!

    Старуха. Ня!

    Старуха. Асеньки!

    Обессиленная Старуха опускается на качели. Нина Шутова становится у неё за спиной. Осторожно, чтобы не спугнуть мизансцену "трёх сестёр", выходит Роксана. Роксана опускается на согнутые ноги перед Старухой. Нина Шутова смотрит вверх и вперёд, в сторону бельэтажа. Старуха смотрит в левую кулису. Роксана наклоняет голову. Её взгляд направлен куда-то влево и вверх. Она мурлычит. С плеча Старухи на доски сцены сползает шаль.

    Второй финал спектакля.]

    * Гримировать исполнителя роли 30-летнего Марса так, как на этой картине.

    ** На сцене исполняется стихотворение Владимира Вадимовича Селицкого (род. 1963) "Суровым пасынкам забвенья..." за 1984 год с некоторыми изменениями под требования музыкального номера на театральной сцене. У автора пьесы имеется письменное разрешение Владимира Вадимовича Селицкого на исполнение стихотворений со сцены. У автора пьесы имеется письменное разрешение Татьяны Легкодимовой на исполнение стихотворения со сцены. У автора пьесы имеется письменное разрешение Ларисы Штраус на исполнение стихотворений со сцены. У автора пьесы имеется письменное разрешение музыканта Елены Чичериной.

    При наличии музыкальных голосов у обеих исполнительниц желателен дуэт Шутовой и Роксаны. Сценическое двухголосие должно перекликаться с многоголосием в музыкальном номере Елены Чичериной, звучащем через динамики. Либо Шутова, либо Роксана может быть единственной исполнительницей песни в музыкальном номере. Решение за режиссером-постановщиком.

    Если композитор напишет оригинальную мелодию для музыкального номера, тогда во втором финале спектакля музыкальная тема повторяется в оркестровой аранжировке без слов.

    Словарик пьесы «Пасынки забвения»
    См. Аби
    См. Австралия
    См. Аида
    См. Аида (персонаж пьесы)
    См. Аделаида
    См. Актёр
    См. Актёрская династия
    См. Актриса
    См. Александровская колонна
    См. Мария Федоровна Андреева
    См. Атланты
    См. Атриды
    См. Бессмертие
    См. «БОЛЬШАЯ РЕМАРКА (пьесы для взрослых)» (конкурс)
    См. Боровое
    См. Бруски
    См. Верблюд
    См. Войлок
    См. Эраст Гарин
    См. Гитара
    См. Главный редактор
    См. Максим Горький
    См. "Грани судьбы" (стихотворение)
    См. Лариса Гузеева
    См. Двоеточие (персонаж)
    См. Двухголосие
    См. Действие
    См. Диккенс
    См. Драматургия
    См. Жюстокор
    См. Забвение
    См. Зеленый цвет
    См. Зимний дворец
    См. Изоляторы
    См. Исаакиевский собор
    См. Казенной
    См. Картина мира
    См. Картины
    См. Каспар Хаузер
    См. Качели
    См. Квадратные скобки
    См. Кзылту
    См. Кобура
    См. Кокчетав
    См. Конкурс
    См. Копа (озеро)
    См. Костюм
    См. «Круг интересов ученого»
    См. Кубик
    См. Татьяна Легкодимова
    См. Лилит
    См. Лист
    См. Люди
    См. Масленичный столб
    См. Масленица
    См. Металл
    См. "Метель"
    См. "Метель" (стихотворение)
    См. Мизансцена
    См. Микрофон
    См. Многоголосие
    См. Монтаж
    См. Монтёр
    См. Монтёр (персонаж)
    См. Мотоцикл
    См. Музей
    См. Музыка
    См. Музыкальный номер
    См. Номер
    См. Нос
    См. Носовой платок
    См. Областная газета
    См. Одиночество
    См. Озеро
    См. Окно
    См. Оконная рама
    См. Ольга Орловская
    См. Оружие
    См. Елена Никифоровна Парфёнова
    См. «Пасынки забвения» (пьеса)
    См. Пасынок
    См. Пауза
    См. Пение
    См. Песня
    См. Петербург
    См. Печатный знак
    См. Луиджи Пиранделло
    См. Пистолет
    См. Платок (головной убор)
    См. Платок (носовой)
    См. Валентина Пономарева
    См. Григорий Потанин
    См. Прецизировать
    См. Пробел
    См. Провода
    См. Пьеса
    См. Реакция
    См. Реагирование
    См. Редактор
    См. Ремарка
    См. «Ремарка» (конкурс)
    См. Реплика
    См. Роксана
    См. Роксана (персонаж пьесы)
    См. Руль
    См. Николай Петрович Рычков (капитан)
    См. Сапоги
    См. Тейлор Свифт
    См. Селезнев (персонаж пьесы)
    См. Владимир Вадимович Селицкий
    См. Сено
    См. Синегорье (Кокчетавщина)
    См. Синегорье (Челябинск)
    См. «Синегорье»
    См. Смущение
    См. Сомертон
    См. Собрание сочинений
    См. Советский Союз
    См. Совет
    См. Сосед
    См. СССР
    См. Сталин
    См. Старуха
    См. "Степной маяк" (газета)
    См. Столб
    См. Марс Субханкулов
    См. "Суровым пасынкам забвенья..."
    См. Сцены
    См. Виктор Таичков
    См. Виктор Таичков (персонаж)
    См. Телега
    См. Титаны
    См. Титанин (персонаж)
    См. Траверс (опоры электропередач)
    См. "Три сестры"
    См. Троеточие
    См. Троеточие (персонаж)
    См. «Упрёк»
    См. Борис Фадеевич Усанин
    См. Уткин
    См. Герберт Уэллс
    См. Цыгане
    См. Цыганская династия
    См. Финал
    См. Человек-невидимка
    См. Чемодан
    См. Чемодан без ручки (образ)
    См. "Чемодан без ручки" (стихотворение)
    См. Елена Чичерина
    См. Шерсть
    См. Фридрих Шлегель
    См. Лариса Штраус
    См. Шутка
    См. Нина Шутова
    См. Нина Шутова (персонаж)
    См. Эпизод
    См. Эрмитаж

    Участник Конкурса драматургии «Ремарка» 2022 года.
    Номинант в разделе «БОЛЬШАЯ РЕМАРКА (пьесы для взрослых)» в категории «Пьесы всех жанров». Пьеса не попала в лонг-лист конкурса.

    Участник 31-ого Международного конкурса современной драматургии «Время драмы, 2021, зима». Номинант в категории «Пьеса». Пьеса не попала в лонг-лист конкурса.